меню
Суббота, 08 августа 2015 16:20

Книга. Взаимодействие полов

Исследования о женщинах и мужчинах, любви, браке и сексуальности. Одна из самых интересных и глубоких книг на вышеперечисленые темы. Примечательно, что книга была написана еще в начале двадцатого века, но и по сей день не только сохраняет свою актуальность, но и является примером ярчайших достижений, едва ли превзайденным по глубине и качеству описаных проблем и возможных методв их решения. Перевод выполнен по изданию: Alfred Adler. Co-operation Between the Sexes. Writings on Women and Men, Love and Marriage, And Sexuality. — W. W. Norton and Company, Inc. New York — London).

Часть I. Социологические и теоретические работы

1. Миф о женской неполноценности [1]

Разделение труда и половой диморфизм [2]

Доминирующее влияние на все психологические процессы оказывают два фактора: социальный интерес и стремление к личной значимости. В обустройстве и сохранении условий своей жизни, при столкновении с кругом трех основных жизненных проблем — любовью, профессиональной деятельностью, положением в социуме — человек всегда активизирует свой социальный интерес и стремится к достижению личной значимости, превосходства и власти.Чтобы правильно понять любое явление психологического характера, надо оценивать его с точки зрения количественного и качественного соотношения этих двух факторов. Их взаимосвязь определяет, насколько личность будет способна постичь логику человеческого общежития и адаптироваться в условиях разделения труда, на которые и оказывает влияние эта логика.

Разделение труда является жизненно необходимым для сохранения человеческого общества. Следовательно, каждый человек, условно говоря, должен занимать свою определенную нишу. Если же он не участвует в осуществлении этого обязательного условия, то он отказывается от сохранения социальной жизни как таковой, равно как и от сохранения собственно рода человеческого. Он забывает о своей роли как о человеке-собрате и становится некто, создающим проблемы. В относительно легких случаях имеются в виду дурные манеры, злонамеренность, потакание своим прихотям; при сложных же мы наблюдаем эксцентричность, правонарушения, а в последующей жизни и преступление. Эти явления возникают исключительно вследствие их отдаленности и несовместимости с требованиями социальной жизни.

Достоинство человека определяется тем, насколько он соответствует тому месту, которое занимает в сообществе в плане разделения труда. Утверждаясь в социальной жизни, человек становится значимым для других; он начинает представлять одно из звеньев грандиозной цепи, на которой и зиждется продолжение человеческого общества; и в случае отсутствия определенного количества звеньев социальная жизнь приходит к упадку. В идеале, именно индивидуальные способности каждого человека определяют его место во всеобъемлющем общественном трудовом процессе. Однако в это положение закралось некоторое противоречие; оно нарушило эту концепцию разделения труда, выдвинув ошибочный критерий оценки значимости личности. По той или иной причине человек может и не соответствовать своему месту в обществе; также могут возникнуть трудности на почве жажды власти или неоправданной амбиции у некоторых индивидуумов, которые в своих эгоистических интересах препятствуют этому способу человеческого общежития и сотрудничества. Личная власть или экономические интересы становятся причиной такого распределения видов труда, чтобы более приятное положение, дающее больше власти, доставалось определенным группам общества, в то время как другие не допускаются к нему. А так как жажда власти играет в этом случае огромную роль, то процесс разделения труда никогда не протекал гладко. Стремление к власти как мощный, незатухающий феномен постоянно создавало ситуацию, когда одним предоставлялась привилегированная работа, а другим работа в роли подчиненных.

Подобное разделение труда привнесено и в половой диморфизм людей (деление на два противоположных пола). Уже изначально это явление отстраняет одну часть, женскую, от определенных видов деятельности из-за ее физической конституции; в то время как, наоборот, другие профессии минуют мужчин, потому что их можно лучше использовать в иной области. Подобное разделение труда следует осуществлять в соответствии с абсолютно беспристрастными критериями.

Женское движение, умеющее не доводить до критической точки свою борьбу, признало логику именно этой точки зрения. Она не лишает женщин их начала, как и не разрушает естественное отношение мужчины и женщины к тем видам трудовой деятельности, которые наиболее подходят им. На протяжении развития человечества разделение труда приняло такую форму, когда женщина берет на себя ту часть работ, которая при этом не мешает мужчине оставаться занятым чем-либо другим; в то время как последний может с большей пользой использовать свои возможности. Такой способ разделения труда можно считать оправданным до тех пор, пока трудовые ресурсы не начинают растрачиваться в связи с этим впустую, а интеллектуальный и физический потенциал использоваться не по назначению.

Культурологический аспект

Мужское господство [3]

Рассматривая развитие культуры через призму стремления к власти, особенно через призму попыток отдельных людей или целых классов сохранить для себя привилегии, можно видеть, что разделение труда отдано на откуп сильной половине человечества. Эта тенденция существует и по сей день; ее результатом является то, что человеческая культура характеризуется чрезмерным возвышением значимости мужчин. Таким образом, разделение труда — это не что иное, как наделение мужчин гарантированными привилегиями. Занимая доминирующее положение, мужчины оказывают влияние на положение женщин в разделении труда и создании материальных благ с целью достижения собственных преимуществ: Мужчины не только предписывают женщинам соответствующую им сферу жизни, но и навязывают ее; они определяют для женщин и образ жизни, который подчиняется мужскому миропониманию.

Состояние данной проблемы на сегодня таково, что мужчины постоянно стремятся к господству над женщинами, в то время как последние постоянно выражают недовольство по поводу мужских привилегий. И хотя, однако, оба пола теснейшим образом связаны друг с другом, тем не менее наблюдается постоянное напряжение между ними, нарушение психологической гармонии. Эта всеобщая психологическая ситуация исключительно болезненно переживается как той, так и другой стороной и ведет к далеко идущим неблагоприятным последствиям.

Доминирующее положение мужчины не имеет естественного происхождения и его пришлось закрепить рядом законов. До этого, должно быть, существовали периоды, когда приоритет мужчин не был так четко выражен. Действительно, имеются исторические свидетельства о периоде матриархата, когда мать, женщина играла более важную роль в жизни, особенно в отношении к детям, а все мужчины племени выполняли перед ней определенные обязанности. На это указывают до сих пор существующие обычаи и традиции, например, использование шутливого обращения к каждому мужчине как к дяде или брату ребенка.

Переходу от матриархата к патриархату предшествовала большая борьба. Действительно, первоначально мужчина не имел своих привилегий, которые, как он сейчас пытается представить, даны самой природой; ему пришлось бороться за них. Хорошим подтверждением такой эволюции служит работа Августа Бебеля «Женщина и социализм» (1885). Победа мужчин была равноценна поражению женщин. В особенности об этом процессе дискриминации красноречиво свидетельствуют протоколы принятия законов.

Преимущество мужчин не имеет природного характера, но стало необходимым только во время непрекращающейся вражды с соседними племенами, когда главенствующая роль выпала на долю сильного мужчины, который в конце концов прочно захватил лидерство. Параллельно с этим шло укрепление частной собственности и закона о наследственности как основы закрепления за мужчиной его приоритета перед женщиной, поскольку обычно мужчина зарабатывает на жизнь и является собственником.

Взгляд на женскую неполноценность [4]

Чтобы оправдать свое лидирующее положение, мужчина прибегает к утверждению о том, что, помимо того, что оно якобы принадлежит ему по праву, женщина как таковая представляет собой низшее существо. Подобная постановка вопроса о второсортности женщины настолько распространена, что это явление кажется привычным для всех людей. Вдобавок, в характере мужчин можно найти определенный элемент тревоги, который, возможно, сохранился в нем со времен его борьбы против матриархата, когда женщина действительно была раздражающим фактором для мужчины.

В истории и литературе мы постоянно встречаем ссылки на это. Так, древнеримский писатель отмечает: «Mulier est hominus confusio» (Женщина это беспокойство для мужчины). На церковных соборах предметом жарких дискуссий был вопрос о том, есть ли у женщины душа; были написаны научные трактаты по проблеме является ли женщина человеком. Охота на ведьм, казнь их через сожжение длились столетия, и это является печальным свидетельством ошибок, чудовищной неуверенности в жизни и тревожности того времени в отношении к данному вопросу.

Женщину часто представляют причиной всех зол на земле, начиная от библейской истории первородного греха или гомеровской «Илиады», в которой женщина была способна ввергать целые народы в несчастье. В легендах и сказках всех времен показана нравственная несостоятельность женщин, их греховность, злобность, лживость, непостоянство и неверность. В подтверждение незыблемости законов как антитезу употребляют словосочетание «женская легкомысленность». Подобным образом умаляют в женщинах их компетентность и представительность. В каламбурах, анекдотах, поговорках и шутках всех народов мы встречаем уничижительную критику в адрес женщин. Их обвиняют в склочности, непунктуальности, ограниченности и глупости.

Собрано великое множество доказательств женской неполноценности, достаточно только вспомнить такие имена, как Стринберг, Мобиус, Шопенгауер, Вейлингер. Их круг может расширить большое число женщин, которые покорно разделяют точку зрения о женской неполноценности и о заслуженной ею второстепенной роли. Неуважение к женщине также выражается в очень неравноценной оплате за ее труд, намного меньшей, чем за труд мужчины, даже если они выполняют одинаковую работу.

Правда, тесты по выявлению способностей показали, что по определенным предметам, таким, как математика, преуспевают мальчики, а, например, в языках успешнее девочки. Мальчики действительно обнаруживают больше способностей, чем девочки, к тем дисциплинам, которые готовят их к мужским профессиям. Однако здесь речь идет, по-видимому, только об их большей способности. Если более пристально приглядеться к девочкам, то обнаружится, что рассказы о низких способностях женщин не более чем выдумка, ложь, которые только на первый взгляд похожи на правду.

Дальнейшим аргументом против предрассудков о женской несостоятельности является весомое число женщин, которые стали выдающимися личностями во многих областях жизни, особенно в литературе, искусстве, технике и медицине; и их достижения на этих поприщах нисколько не уступают достижениям мужчин. Между прочим, можно встретить огромное количество мужчин, которые не только не блещут какими-либо достижениями, но и проявляют высокую степень некомпетентности, что могло бы стать основанием для мифа о несостоятельности мужчин, что в конечном счете также будет несправедливо.

Серьезным результатом мифа о неполноценности всего, что несет в себе черты женского начала, является своеобразная полярность позиций. Все мужское просто идентифицируется с значимостью, силой и непобедимостью; женской половине отводится покорность, раболепство и второсортность. Подобный образ мышления настолько глубоко укоренился в нашей культуре, что любое совершенство априори отдается мужчинам; в то время как все несовершенное и вызывающее возражение представляется женской характеристикой. Общеизвестно, что для части мужчин самым сильным оскорблением является брошенная фраза: «Ну просто как женщина!» Для девушек же обвинение в мужественности нисколько не умаляет их достоинств. Акценты всегда расставляются таким образом, что любое упоминание о женском начале означает неполноценность.

Явлением, часто подтверждающим этот миф, являются при ближайшем рассмотрении последствия задержки в развитии. Мы не собираемся провозглашать, что из каждого ребенка с обычным потенциалом могли бы сотворить одаренную или очень способную личность. В то же время не сомневаемся, что в любом ребенке мы могли бы «загасить» всякое проявление таланта и объявить его затем неодаренным. Разумеется, мы никогда не делали подобного, однако нам известно, что другие довольно неплохо преуспели в этом. На сегодняшний день наиболее вероятно то, что данное явление представляет собой проблему больше для девочек, чем для мальчиков. В нашей практике есть случаи таких «неодаренных» детей, которые однажды настолько проявили свои таланты, что казалось, будто бы они фактически из одних превратились в других.

Влияние на детей

Мальчики [5]

Вся наша социальная система, традиции, законы, мораль и обычаи свидетельствуют о привилегированном положении людей мужского пола, на которых они ориентированы и с помощью которых они сохраняют свою жизнеспособность. Они окружают ребенка чуть ли не с его младенчества и оказывают огромное влияние на его психику. И хотя мы не можем утверждать, что ребенок ясно осознает эти связи, однако он чувствует их. Представьте себе мальчика, который на требование облачиться в девичью одежду впадает в неистовое негодование. Подобные случаи дают нам достаточно оснований для детального рассмотрения этих связей. Таким образом, мы вновь, но уже с другой стороны, подходим к выводу о существовании стремления к власти.

Когда однажды стремление мальчика к собственной значимости достигает определенного уровня, он предпочтет ступить на тот путь, который гарантирует ему как мужчине привилегии, наблюдаемые им кругом. Современное семейное воспитание весьма благоприятствует взращиванию стремления к господству, а отсюда и склонность к возвышению мужских привилегий и желание к их достижению. Причина в том, что обычно именно мужчина, отец предстает перед ребенком в качестве символа власти. Своими таинственными приходами и уходами он вызывает у сына много больший интерес, чем мать.

Очень скоро ребенок замечает главенствующую роль, которую играет отец; как он повышает голос, отдает распоряжения и руководит жизнью семьи. Ребенок видит, что каждый считается с указаниями отца, а мать постоянно обращается к нему за помощью. И в каждом случае ребенок видит мужчину только со стороны силы и могущества. Для некоторых детей отец является настолько авторитетным, что любое его слово становится для них священным; и когда они хотят придать весомость своим словам, то прибегают к единственной фразе: «Так сказал отец».

Даже когда влияние отца не столь очевидно, дети все равно будут отдавать ему предпочтение в превосходстве, потому что им будет казаться, что основной груз семейных забот лежит на нем, в то время как фактически только разделение труда дает отцу возможность наилучшим образом проявить себя.

Растущему ребенку не обязательно черпать из книг знания в данном контексте. Даже если ему вообще ничего не известно об этом, он все равно почувствует, что муж чина является главным добытчиком и привилегированным лицом, даже если благоразумные родители охотно откажутся от традиционных взглядов на привилегии в пользу равноправия. Чрезвычайно трудно объяснить ребенку, что мать, несущая на себе все тяготы по дому, является равноправным партнером отца.

Представьте себе, что должен чувствовать мальчик. который с первых дней наблюдает вокруг себя предпочтительность мужчины. Уже сам факт его рождения встречается с большей радостью, нежели появление девочки, и его чествуют как принца. Все знают, что большинство родителей в первую очередь хотят мальчиков. На каждой ступени развития мальчик ощущает свою исключительность в силу того, что он является продолжателем рода. Каждое слово, адресованное ему или подхваченное им, снова и снова подчеркивает для него важность роли мужчины по сравнению с ролью женщины.

Превосходство мужского начала мальчик обнаруживает еще и в том, что живущие с ним под одной крышей женщины занимаются менее привлекательными видами деятельности, и наконец в том, что женщины в его окружении не всегда уверены в своей равноценности с мужчинами. Они обычно играют роль второстепенного и подчинительного характера.

Ребенок сталкивается со всеми ситуациями, которые вытекают из этих взаимоотношений. Результатом являются всевозможные эпизоды и высказывания, касающиеся сущности женщины, в которых она, как правило, появляется в довольно неприглядном виде. Психологическое развитие мальчика, таким образом, принимает мужское направление. Все, о чем он может мечтать, стремясь к превосходству, — это исключительно приобретение мужских черт характера и положения в мире.

Из описанной иерархии семейных взаимоотношений вырисовывается характеристика мужских добродетелей.

Определенные отличительные черты, которые помогают нам выделить это, выводят нас на «мужские» и «женские» признаки, не требуя для этой характеристики каких-либо доказательств. Когда мы сравниваем мальчиков и девочек и находим явное подтверждение этой классификации, мы тем не менее не можем утверждать, что эти качества носят естественный характер. Скорее всего, мы можем отметить мужские или женские черты в людях, которых уже вогнали в определенный образ, чей жизненный план, чья магистральная линия уже сведены к четко выраженным притязаниям. Эти иерархические взаимоотношения окончательно закрепили за такими людьми соответствующую им нишу, в которой им и придется искать пути для своего развития.

Различение мужских и женских характерных признаков, таким образом, не имеет достаточных оснований. Мы видим, что как те, так и другие половые признаки могут отвечать требованиям стремления к превосходству, что можно добиться власти и с помощью «женских» средств, например, через смирение и покорность. Используя свой арсенал возможностей, покорный ребенок может больше преуспеть в своем продвижении вперед, чем его упрямый сверстник, хотя в обоих случаях стремление к превосходству будет иметь место. В анализе внутреннего мира личности мы часто испытываем трудности в том плане, что для достижения результатов стремление к превосходству как таковое прибегает к использованию широкой гаммы черт характера этой личности.

Чем старше становится мальчик, тем осознание им своей роли как мужчины становится почти обязанностью. Его честолюбие, его жажда власти и превосходства становятся единым качеством, направленным на выполнение своего мужского долга. Многие дети в своем стремлении к господству не довольствуются только одним внутренним осознанием того, что они принадлежат к роду мужчин. Они всегда хотят продемонстрировать и доказать, что они мужчины, и, следовательно, им полагаются привилегии. С одной стороны, они постоянно хотят выделиться и в этих попытках преувеличивают свои мужские достоинства; с другой стороны, они всегда стараются продемонстрировать свое превосходство женскому окружению, как это делают все тираны, проявляя полное пренебрежение или подлое коварство, в зависимости от того противодействия, которое им оказывают.

Поскольку каждого человека оценивают с точки зрения своеобразного идеала, присущего мужскому началу, то не удивительно, что с этими мерками подходят и к мальчику, и сам он в конце концов оценивает себя таким же образом. Он будет спрашивать себя и оценивать себя со стороны, всегда ли он ведет себя как мужчина, похож ли он уже на мужчину и т. д. Все, что сегодня подается как «мужское» начало, очень знакомо — это нечто совершенно эгоистичное; нечто, удовлетворяющее себялюбие (то же, что и превосходство); главенство над другими — все это наряду с такими активными качествами, как мужество, сила, гордость, воспоминания о всевозможных победах (особенно над женщинами), продвижение по службе, награды, звания, склонность не поддаваться на женские капризы и т. д. Это проявление непрекращающейся борьбы за личное превосходство, потому что считается, что только мужчина и должен занимать высокое положение.

Таким образом, мальчик вберет в себя те черты, которые позаимствует от образцов только взрослых мужчин, в особенности от отца. За этим фетишем искусственно созданного величия можно наблюдать везде. С ранних лет мальчик испытывает искушение приобрести для себя как можно больше власти и привилегий. Они для него означают ни много ни мало как наличие истинной мужественности. Эта мужественность в сложных педагогических ситуациях очень часто оборачивается хорошо известными примерами грубости и жестокости.

Девочки [6]

Преимущества, которые очень часто демонстрирует мужское начало, являются величайшим соблазном; вот почему многих девочек привлекает идеал сильной личности. Это может быть выражено как неутоленное страстное желание или как критерий для оценки своего поведения, или как способ самовыражения и деятельности. «Находясь в социуме, каждая женщина хотела бы стать мужчиной». Данное положение имеет в виду тех девочек, которые в неукротимом своем желании предпочитают только те игры и такую активность, что по физическим характеристикам могли бы быть присущи мальчикам. Они взбираются на деревья, любят вращаться в компании мальчиков, а женские виды деятельности подвергают остракизму. Они находят удовлетворение только в тех областях, которые принадлежат мужчинам. Все это можно объяснить с позиции предпочтения девочками мужественности. И мы можем ясно увидеть, как борьба за более высокое положение, стремление к превосходству направлены больше на внешнюю сторону ее проявления, нежели на реальную их сущность и действительное положение в обществе.

Девочке постоянно и в различных вариациях чуть ли не каждый день подчеркивают, что девочки ни на что не способны и что им подходит только легкая и неответственная работа. Понятно, что у маленькой девочки нет возможности проверить правильность подобных утверждений, и она будет считать женскую несостоятельность чем-то неизбежным и роковым и тем самым сами вынуждена будет поверить в собственную несостоятельность. Таким образом, лишенная уверенности в себе, она без нужного интереса будет заниматься школьными предметами (такими, как математика) — если ей вообще когда-либо придется — или потеряет к ним интерес. Вот так она и лишается внешней и внутренней подготовки.

При подобных обстоятельствах доказательство женской несостоятельности, конечно, покажется незыблемым. Однако здесь по двум причинам имеет место ошибка. Первая причина это то, что человека все еще оценивают по внешнему проявлению его качеств, то есть с точки зрения одностороннего абсолютно своекорыстного подхода. Учитывая это, действительно можно просмотреть, в какой степени связаны психологическое развитие девочки и ее внешние данные и способности.

Вторая и главная причина заключается в том, что девочка с детства знакома с мифом, который, вероятно, и должен поколебать ее веру в собственные силы, подорвать уверенность в себе и лишить надежды достигнуть в чем-либо компетентности. Она вынуждена считать так, постоянно видя перед собой эпизоды, когда женщинам отводятся только второстепенные роли, и становится понятным, что она растеряет уверенность, никогда больше не захочет взять на себя ответственность и в конце концов отступит от жизненных проблем.

И в этом случае она естественно предстает перед нами ни к чему не способной и ни для чего не приспособленной. Это все равно, что мы при знакомстве внушим кому-то доверие, а затем от его имени разрушим все надежды, которые он с чем-то связывает; когда мы таким образом развенчаем его уверенность в себе и удостоверимся, что ее у него как не бывало, — тогда никто не скажет, что мы правы, более того, нам придется признать, что именно мы являемся причиной этой трагедии.

Не так-то легко девочке в условиях нашей культуры иметь мужество и уверенность в себе. Между прочим, даже при тестировании способностей мы встретились со странным фактом: определенная группа девочек 14—18 лет оказалась на высоте перед другими группами, включая сюда и мальчиков. Все эти девочки были выходцами из семей, в которых женщина, мать или только она одна имели профессии, требующие от них личной ответственности и самостоятельности. Это означает, что данные девочки выросли в атмосфере, в которой они не ощущали этот пресловутый миф о слабой способности женщин или чувствовали это в меньшей степени, потому что они могли сами видеть, как их матери успешно двигались вперед благодаря своей компетентности. Таким образом, саморазвитие девочек шло более свободным и независимым путем, почти не обремененное распространенным мифом.

Влияние на женщин

Протест против женской доли [7]

Первенство мужчин вызвало серьезное затруднение в психологическом развитии женщин, что нашло отражение почти в повсеместной неудовлетворенности ими своей ролью. Они живут и действуют в тех же условиях, что и все люди, но по какой-то причине унаследовали неослабевающее ощущение неполноценности. Надуманный миф о природном происхождении их неполноценности является дополнительным, отягощающим фактором в их психологическом развитии.

Если тем не менее большая часть девочек находит хоть какое-то компромиссное удовлетворение, то это происходит благодаря их характеру, уму и, возможно, определенным привилегиям, которые, однако, говорят о том, что одна ошибка немедленно вызывает другие. Подобными привилегиями являются всякого рода льготы, предметы роскоши, приятный флирт, — они создают некую видимость преимущества, скрывая в себе ложное уважение к женщине. Наконец, и женщину также идеализируют, но Результатом этого является то, что ее считают созданной Для удовольствия мужчин. Одна женщина точно заметила: «Достоинство женщин — это удачное мужское изобретение»*.

Борьбу против женской доли можно раскрыть в трех основных типах женщин. Первый тип представляют те, что будут развиваться в деятельном, «мужском» направлении. Эти женщины становятся чрезвычайно активными, честолюбивыми и борются за достижение успеха. Они стараются превзойти своих братьев и приятелей; обращаются предпочтительно к тем профессиям, которые предназначены для мужского пола; занимаются всеми видами спорта и т. д. Они также часто отвергают любовь и супружеские отношения. Если им все же приходится вступать в брак, они разрушают его своими усилиями и здесь всегда будут доминирующим партнером, имеющим превосходство над другим. К рутине домашнего хозяйства они испытывают огромное отвращение, заявляя об этом искренне Напрямую или косвенно, отрицая в себе всякий талант домашней хозяйки, а временами и доказывая отчасти отсутствие оного.

Этот тип пытается противостоять злу посредством мужских качеств. Оборонительная позиция против женской доли является основной чертой их натуры. Их иногда называют «леди-мужчина». Но в этом названии заложена ошибочная концепция внутреннего фактора, а именно — мужской сути, которая и вынуждает этих девушек поступать таким образом. Однако вся история человеческой культуры говорит о том, что притеснение женщины и ограничение ее в правах (что она до сих пор и испытывает) невыносимо для нее как для личности и заставляет ее восставать против этого. Если этот бунт принимает направление, которое можно назвать «мужским», то оно указывает на тот факт, что в этом мире имеются только две возможности избрать свой путь: либо соответствующий идеалу мужчины, либо женщины. Таким образом, любое отступление от женского поведения рассматривается как проявление мужского начала и наоборот; но это происходит не в силу каких-то таинственных вмешательств, а потому, что с пространственной и психологической точки зрения по-другому просто невозможно. Следовательно, необходимо помнить о тех трудностях, при которых идет развитие девочки. И мы не можем в полной мере согласиться с этой жизнью, с этими неприглядными фактами нашей культуры, характером взаимоотношений между полами, пока у женщин не появятся равные права наряду с мужчинами.

Другой тип, встречающийся в жизни, — это женщина, которая демонстрирует покорность, смирение, послушание и невероятную степень приспособляемости. На первый взгляд, подобные женщины везде ко двору, готовы работать где угодно; однако они обнаруживают такую неуклюжесть и тупость, что не годны ни к чему, и вызывают к себе подозрение. Или, выказывая нервозность, они явно демонстрируют свою слабость, провоцируя тем самым особое отношение к себе. Таким вот образом они показывают, как неестественная практика нарушения их природы ведет к нервным расстройствам и способствует тому, что человек становится неспособным к социальной жизни. Представляя собой лучшую часть человечества, они, к несчастью, ущербны и не могут выполнять те требования, что выдвигают по отношению к ним. И в конце концов дело доходит до того, что они просто не могут соответствовать своему окружению. Их покорность, смирение и самоограничение имеют ту же причину, что и в случае с первым типом. Они словно хотят открыто сказать: «Такая жизнь нам не в радость».

К третьему типу относятся те, кто, не отвергая женскую роль как таковую, тем не менее испытывает мучительные чувства от того, что, будучи существами не высшего порядка, вынуждены влачить второстепенную роль. Они глубоко убеждены как в женской неполноценности, так и в том, что только мужчина призван исполнять самые престижные обязанности, тем самым они тоже выступают в защиту его привилегированного положения. В связи с этим они лишь усиливают стройный хор голосов, которые приписывают мужчине подавляющий спектр способностей и требуют для него особого положения. Чувство слабости в этих женщинах проявляется настолько явно, словно они стараются, чтобы это заметили и предложили поддержку. И подобная позиция тоже не что иное, как проявление давно запланированного сопротивления. Это часто обнаруживается в замужестве, когда женщина постоянно перепоручает своему мужу все обязанности, которые ей совершенно по плечу, признавая таким образом, что только мужчина в силах с ними справиться.

Неудовлетворенность женской ролью наиболее ярко проявляется в девушках, которые в силу определенных «особых» причин отходят от мирской жизни, уходя, например, в женский монастырь или занимаясь тем видом деятельности, который связан с безбрачием. Они относятся к тем, кто не может смириться со своей женской ролью, и фактически перечеркивают все пути к осуществлению своего подлинного призвания. Многие девушки исподволь стремятся как можно быстрее получить работу, чтобы достичь независимости, которая становится для них своеобразной защитой против раннего замужества. В таких случаях подобное нежелание исполнять естественную, традиционную для женщины роль также является очередным движущим фактором.

Даже в пору замужества, когда признается, что девушка добровольно приняла на себя эту роль, часто данное обстоятельство не является доказательством того, что она смирилась со своей женской ролью.

Данные типы женщин в качестве матери [8]

Несмотря на миф о женской несостоятельности, выполнение одной из важнейших и труднейших задач нашей жизни, а именно воспитание детей, почти полностью передано женщинам. А раз так, какими же матерями могут стать вышеописанные типы женщин и как они будут отличаться друг от друга?

Первый тип, с его проявлением мужского начала по отношению к жизни, будет действовать как тиран с использованием громких окриков и постоянных наказаний и, следовательно, с оказанием сильнейшего давления на детей, которые, естественно, постараются всего этого избежать. И в лучшем случае результатом подобной практики явится обычная муштра, которая тем не менее не будет иметь никакой воспитательной ценности. Дети обычно считают таких матерей неспособными к воспитанию. Эти постоянные шум, ор, суета ведут к очень печальному результату; и появляется опасность, что девочек они подтолкнут к подражанию своим матерям, в то время как мальчики будут жить в вечном страхе всю свою оставшуюся жизнь. Среди мужчин, подвергшихся жесткому влиянию со стороны подобной матери, неожиданно найдутся такие, которые за версту будут обходить женщин, вследствие своей закрепощенности и отсутствия уверенности в своих силах по отношению к женскому полу. Возникающий при этом между полами постоянный дискомфорт мы называем настоящей патологией. И даже в подобных случаях нет-нет да возникнет невежественное мнение о якобы «неверном разделении мужской и женской сущности». Другие два типа женщин в равной степени не способны проявить успеха в воспитании детей. Одни из них склонны демонстрировать такой странный стиль общения, что дети вскоре замечают отсутствие у матери чувства уверенности в себе, после чего они отбиваются от рук.

Мать вновь и вновь будет прибегать ко все новым попыткам и предостережениям, при этом также стращая рассказать все отцу. Однако, как и раньше опираясь на родителя-отца, они в который раз обнаруживают неуверенность в своей способности успешно поднимать на ноги детей. Таким образом, даже будучи родительницей, она подумывает об отступлении, словно она должна подтвердить бытующее мнение о том, что именно мужчина является компетентным, а следовательно, и тем единственным, кто способен воспитать детей.

В других случаях такие женщины, чувствуя свою полную некомпетентность, отказываются от любой воспитательной деятельности и перекладывают эту ответственность на своих мужей, гувернанток и т. д.

О женщинах зрелого возраста [9]

В этой связи хочется отметить еще один феномен, который также часто дает основания для уничижительной критики женщин. Речь идет о так называемом опасном возрасте около 50 лет, когда на поверхность выходят определенные психологические явления и изменения, связанные с обострением некоторых черт характера. Физические изменения могут намекнуть женщине, что в недалеком будущем она потеряет и то последнее напоминание о едва видимой ее значительности, которое она с таким усердием старалась сохранить. При таких малоприятных условиях ей придется усилить попытку удержать в своих руках все то, что ей раньше помогало достичь и сохранить статус-кво.

В нынешние времена, когда балом правит его величество успех, для пожилых людей в целом наступает тяжелое время; и это в большей степени относится к женщинам. Данное удручающее обстоятельство, подрывающее вконец значительность более старших по возрасту женщин, другим концом бьет и по каждому из нас. Калькуляцию и оценку наших жизней нельзя производить на основании каждого текущего дня. То, чего человек достиг в пору расцвета своих потенций, следует засчитывать ему и тогда, когда он растратит свою силу и мощь. Нельзя так просто исключать человека из орбиты психологических и материальных взаимоотношений только потому, что он стар. Что касается пожилых женщин, то к ним это применяется, как правило, в оскорбительной форме. Можно представить себе ту озабоченность, с коей взрослеющая девушка думает об этом времени, с которым ей также однажды предстоит встретиться лицом к лицу. Жизнь женщины не теряет своего смысла в 50 лет; и человеческое достоинство также не ослабевает в этом возрасте и должно быть сохранено.

Случай из практики [10]

Приводим типичный пример непримиримости со своей женской ролью, связанный с 36-летней замужней женщиной, которая жаловалась на различные нервные расстройства. Она была старшим ребенком в неравном браке пожилого мужчины с очень властной женщиной. Тот факт, что мать, очень привлекательная девушка, вышла замуж за пожилого, позволяет предположить, что именно протест против женской доли повлиял на выбор мужа. И действительно, брак оказался далеко не лучшим. Дома при общении мать всегда кричала и навязывала свою волю без всякого встречного возражения. Старика-мужа она всегда загоняла в угол. Пациентка рассказывает, как мать часто не позволяла отцу даже растянуться для отдыха на скамье. Она всегда стремилась к ведению хозяйства с помощью принципа, который гласил, что именно она является организатором и беспрекословной хозяйкой во всем.

Наша пациентка росла очень способным ребенком, которого сильно баловал отец. Ее мать, напротив, была вечно ею недовольна и постоянно выступала против нее. Позднее, когда родился мальчик, мать всю свою любовь отдала ему и ее отношения с дочерью стали вообще невыносимыми. Девочка, однако, знала, что в лице отца она имела защитника, который, несмотря на свою вялость и уступчивость, тем не менее мог оказать очень яростное сопротивление, когда дело касалось его дочери. В своем упорном противодействии матери дочь стала ее в конце концов ненавидеть. Излюбленным объектом нападок девочки была любовь матери к чистоте, которая заходила настолько далеко, что она, например, не позволяла горничной дотрагиваться до дверной ручки без последующего ее протирания. Девочка забавлялась тем, что ходила по дому грязной и неряшливой и оставляла за собой повсюду грязь. В целом она развивала в себе только черты, бывшие абсолютной противоположностью тем, которых добивалась мать. Все это явно противоречит мысли о том, что эти черты у девочки носят врожденный характер. Если у ребенка развиваются только те черты, которые способны раздразнить мать до полусмерти, то это должно быть основано на осознанном или неосознанном расчете. Эта борьба продолжается и по сей день; и вряд ли найдется где-либо более упорное по своему накалу противостояние.

Когда нашей пациентке было 8 лет, в доме установилась примерно такая ситуация: отец всегда был на стороне своей дочери; мать никогда не меняла свой гнев на милость, осыпая их придирками и упреками; вечно огрызающаяся дочь всегда была готова на остроумную выходку и парировала все усилия матери с завидным искусством. И эта ситуация усугубилась, когда младший брат девочки, материн любимец и баловень, заболел с диагнозом сердечной недостаточности. В связи с этим внимание матери к нему еще более усилилось. Следует отметить, что избирательное отношение родителей к своим детям постоянно приводило их самих к ссорам. Вот при таких вышеизложенных обстоятельствах и росла девочка.

Однажды она, по-видимому, заболела какой-то нервной болезнью, которой никто не мог дать объяснение. Ее то и дело обуревали мрачные мысли, связанные с матерью, которая, как она считала, всегда стоит у нее на пути. Неожиданно она увлеклась религией, однако, без особого успеха. Через некоторое время мнительность девочки ослабла, что посчитали результатом лечения; однако вполне вероятно, это стало возможным ввиду того, что сама мать в силу каких-то причин умерила свой агрессивный пыл. Впрочем, все же остался след от этой мрачной настроенности: панический страх перед грозой. Она считала, что гром и молния появляются только из-за ее больного сознания и что однажды в ответ на ее злобность небо разверзнется над ней. На этом примере можно увидеть, как ребенок сам, собственными усилиями пытается избавиться от ненависти, которую питает к своей матери.

Таким образом шла эволюция в нравственном развитии ребенка, перед которым, казалось бы, маячило хорошее будущее. Однажды девочку просто поразило откровение одного из учителей, который сказал буквально: «Эта девочка справится с чем угодно, если только этого захочет». Сами по себе данные слова ничего не значили, однако для нашей девочки они имели решающее значение, ибо она их для себя переиначила так: «Если она захочет победить, она этого добьется». Для нее это стало установкой, и как результат — она с еще большим рвением вступила на тропу войны с матерью.

Достигнув половой зрелости, наша пациентка превратилась в прелестную девушку; она стала невестой, у которой появилось множество ухажеров. Но из-за своего острого языка она то и дело разрушала возможности для нормальных взаимоотношений. По-настоящему ей нравился только один: это был взрослый мужчина, живший по соседству, но и он опасался, что она однажды выйдет за него замуж. Однако и он через некоторое время исчез из ее поля зрения, оставив девушку без жениха до той поры, пока ей не исполнилось 26 лет. В кругах, в которых она вращалась, это было очень необычно, и никто не мог понять, что происходит, поскольку никто по сути не знал истории ее жизни. В жесткой борьбе против матери, не прекращающейся с самого детства, она стала по своему характеру невыносимой и склочной. Обычным ее состоянием была борьба. Из-за поведения матери она стала раздражительной и постоянно была поглощена тем, что искала хоть в чем-нибудь первенства. Горячие споры являлись для нее лучшей отдушиной; тем самым она тешила свое тщеславие. Мужское начало в ее поведении выражалось также в том, что она предпочитала те игры, которые обязательно предполагали победу над противником.

И вот в возрасте 26 лет она знакомится с очень порядочным человеком, которого не отпугнула склочность девушки; и он начал серьезно ухаживать за ней. Его поведение отличалось скромностью и смиренностью. Родители ее настаивали на замужестве, она же в ответ неоднократно заявляла им, что он ей совсем не люб и что союз с ним не приведет ни к чему хорошему. С учетом ее характера, подобное пророчество не было лишено оснований. После двух лет упорных отказов она, наконец, дала согласие, крепко уверовав в душе, что найдет в его лице мужа-раба, с которым сможет делать все, что пожелает. У нее была тайная надежда на то, что этот мужчина станет таким же, как ее отец, который ублажал ее во всем.

Но вскоре она обнаружила, что была не права. Через несколько дней после свадьбы он как ни в чем ни бывало усаживался в гостиной с дымящей трубкой, с наслаждением читая свою газету. По утрам он уходил в офис, точно ко времени приходил на обед и ворчал, если тот еще не был готов. Он требовал опрятности, внимания, точности, что по ее мнению было несправедливо и к чему она не была готова.

Дальнейшие отношения совсем не были похожи на те, что установились между ней и отцом. Это было для нее неприятным прозрением. И чем больше были ее собственные требования, тем меньше муж спешил исполнять ее желания; а чем больше он указывал ей на роль хозяйки, тем меньше он видел проявление этой роли. Она без устали напоминала ему, что он на самом деле не имеет права на предъявление своих условий, поскольку в свое время она ясно дала ему понять, что его не любит. Но это не произвело на него никакого впечатления. Он непреклонно продолжал свою политику, и будущее ей виделось уже мрачным. Этот умный, здравый человек ухаживал за ней самозабвенно, словно в забытьи; однако вскоре это его состояние улетучилось, как только он почувствовал, что отныне крепко стоит в семье на ногах.

Сложные отношения между ними не упростились и тогда, когда она стала матерью. Ей пришлось принять на себя новые обязанности. Отношения с матерью, которая недвусмысленно принимала сторону зятя, еще более обострились. Так как в домашней войне применялись все более тяжелые орудия, муж временами действительно становился неприятным и не выказывал никакого внимания к жене; и в таких случаях правда была на ее стороне. Хотя, однако, его поведение было следствием неадекватной реакции женщины на происходящее, а также нежеланием ее примириться со своей женской ролью. Если бы у нее была постоянная возможность играть роль повелительницы, идущей по жизни с неизменным слугой, который бы выполнял все ее прихоти, тогда их брак, вполне возможно, был бы крепким и устойчивым.

Что же ей следует предпринять сегодня? Подать на развод или вернуться к матери и объявить себя побежденной? Она не могла бесконечно оставаться независимой, поскольку не была готова к такой роли. Развод оскорбил бы ее гордость, ее тщеславие. Жизнь была сплошным мучением. С одной стороны, был муж, критикующий все и вся, а с другой — мать с ее арсеналом болевых уколов, постоянно проповедующая чистоту и порядок.

Неожиданно на нашу пациентку нашла тяга к чистоте и порядку. С утра до вечера она занималась протиранием и полировкой. Казалось, она наконец усвоила урок, который ее мать столько лет вдалбливала в голову. Поначалу мать, вероятно, улыбалась, и муж также был достаточно доволен внезапно появившейся аккуратностью своей жены, постоянно вычищающей туалет и чуланы.

Но подобная деятельность может быть также и утрированной. Она мыла и протирала в доме все до последней вещицы. Каждый каким-нибудь образом мешал ей во время уборки, она в свою очередь также мешала им. Когда она мыла какую-то вещь и кто-то касался ее, то эта вещь тотчас должна была быть вымыта еще раз и только она могла это сделать. Однако вряд ли еще где-нибудь можно было найти больше грязи, чем в этом доме, так как для нее это была не проблема чистоты, а возможность для причинения беспокойства окружающим. Все это привело к тому, что у нее не было близкой подруги, она ни с кем не могла ладить, и она так и не испытала уважения к себе.

Подобная болезненная чистоплотность очень часто встречается в жизни. Такие женщины просто борются за свою эмансипацию; они хотят подобным видом безупречности свысока посмотреть на других, которые этим не блещут. Эти попытки безотчетно направлены на подрыв устоев семьи.

Наука должна в ближайшем будущем предоставить нам методы воспитания девочек, которые научили бы их находить точки соприкосновения с реальной жизнью. Насколько мы можем наблюдать сегодня, подобное примирение не может быть еще достигнуто даже при наличии самых благоприятных условий. В нашем обществе женская неполноценность, хотя и не существующая в реальности и отрицаемая здравомыслящими людьми, до сих пор еще встречается в сводах законов и морали; Мы всегда должны держать это в поле зрения, должны признать наличие целой технологии порочного подхода к общественному миропорядку и бороться против него не в силу преувеличенного, благоговейного почитания женщины, а просто принимая во внимание тот факт, что существующие условия разрушают нашу социальную жизнь.

Средства по исправлению [11]

Все эти явления основаны на ошибках нашей культуры. Как только какой-нибудь миф проникает в культуру, так он сразу находит себе место везде и во всем. Так, миф о женской неполноценности и связанное с ним превосходство мужчины постоянно нарушает гармонию полов. И как следствие, возникает огромное напряжение, которое затрагивает в особенности любовные отношения, угрожая любой возможности для достижения счастья, и зачастую разрушает их. И вся сексуальная жизнь индивидов отравляется этим напряжением, она иссушается и становится скучной и бедной.

Вот почему счастливый брак так редок, и дети вырастают с уверенностью, что брачный союз мужчины и женщины — это нечто необычайно трудное и ужасное. «Миф о женщинах» и сходные с ним мысли часто отвращают детей от постижения истинного понимания жизни. Достаточно вспомнить многих девочек, считающих брак одной из возможностей бегства от серой жизни; и мужчин и женщин, видящих в супружестве одно лишь неизбежное зло. Трудности между полами, возникающие вследствие этого напряжения, за последнее время выросли до неимоверных размеров. И их тем больше, чем сильнее привнесенная с детства склонность девушки бунтовать против навязанной ей женской роли; или, соответственно, чем больше будет мужское стремление играть привилегированную роль, несмотря на то, что это выходит за рамки логики.

Товарищеские отношения

Характерным признаком примирения и ослабления напряжения между полами является товарищество (Kameradschaftlichkeit). Именно во взаимоотношениях полов субординация так же невыносима, как она неприемлема и между нациями. Трудности, возникающие на основе субординации как для одной, так и для другой стороны, настолько велики, что каждому из нас следует обратить внимание на данную проблему. Эта область настолько велика, что касается жизни каждого индивидуума. А сложна она потому, что наша культура навязала ребенку форму выбора своего отношения к жизни в виде оппозиции к противоположному полу.

Неспешное воспитание, возможно, могло бы преодолеть эти трудности. Но бешеный ритм наших дней, отсутствие по-настоящему апробированных педагогических принципов, и в особенности дух соперничества во всех сферах жизни наложили печать и на самых маленьких детей, предоставив им почти готовое руководство дальнейшей жизни. Многие люди с опаской вступают в любовные отношения. И эта опасность для них заключается в том, что именно мужчине при любых обстоятельствах приходится доказывать свое мужское начало, даже посредством хитрости и «побед» над женщинами. А это разрушает открытость и доверие в любви. Дон-Жуаном, без сомнения, является человек, который не верит в свою состоятельность как мужчины и потому постоянно ищет все новые доказательства своей полноценности в любовных победах.

Широко распространенное взаимное подозрение между полами разрушает любое доверие, от чего страдает все человечество. Преувеличенный идеал мужского начала символизирует требовательность, постоянный импульс к действию, бесконечное беспокойство; и все это заканчивается не чем иным, как претензиями к тщеславию, самолюбованию и привилегированному положению, что противоречит естественным условиям человеческого общежития.

У нас нет причин развенчивать сегодняшние цели женского движения за свою свободу и равные права. Наоборот, мы должны активно поддерживать их, потому что в конечном счете счастье и радость всех живущих на земле будет зависеть от создания условий, которые позволят женщинам примириться со своей женской ролью, а также от того, насколько адекватно мужчины будут решать проблему своих взаимоотношений с женщинами.

Совместное обучение

Среди средств, направленных на улучшение взаимоотношений между полами, самым важным является совместное обучение. Однако практика показывает, что взгляд этот не бесспорен; он имеет как противников, так и сторонников. Последние отмечают, что главным преимуществом этого является предоставление противоположным полам возможности вовремя и получше узнать друг друга и тем самым избежать пагубных последствий пресловутых мифов. Оппоненты же в свою очередь выдвигают положение, что различия между мальчиками и девочками при поступлении в школу настолько велики, что совместное обучение только увеличит и усугубит их. Мальчики почувствуют себя ущемленными, потому что девочки в этот период интеллектуально будут их опережать. И мальчики, которые должны нести все бремя своего мнимого превосходства и уверенности, что они более компетентны, неожиданно столкнутся с открытием, что их привилегированность не что иное, как мыльный пузырь, лопнувший перед лицом реальности. Некоторые ученые добавляют к этому данные о том, что в процессе совместного обучения у мальчиков появляется робость по отношению к девочкам и они теряют самоуважение.

Без сомнения, в этих наблюдениях и аргументах есть своя истина. Однако эти доводы разбиваются, если рассматривать совместное обучение с точки зрения соперничества между полами, когда победа одних выявляет их большую компетентность. И если данное явление так и будет пониматься учителями и учениками, то оно действительно будет иметь пагубные последствия. До тех пор, пока учителя не осознают в полной мере, что совместное обучение — это повседневная подготовка к будущему взаимодействию полов по разрешению общих жизненных проблем и не будут строить свою профессиональную деятельность на этой концепции, их эксперименты в этом направлении всегда будут терпеть фиаско; а противники данного подхода будут представлять все неудачи доказательством своей точки зрения.

Для того, чтобы описать полную картину этой проблемы, нужно обладать по меньшей мере талантом поэта. Мы же ограничимся обращением нашего внимания только к ключевым моментам. Связь с вышеописанными типами женщин очевидна. Многие читатели вспомнят, что те же самые мысли возникают и при описании детей с врожденными физическими недостатками: и растущая девочка ведет себя так, словно она неполноценна. И в этом случае все, что уже говорилось о средствах компенсации за свою неполноценность, имеет отношение и к ней. Разница здесь лишь в том, что девочка получает постоянное подтверждение своей неполноценности и извне. Ее жизнь настолько увязает в этой колее, что даже проницательные исследователи временами поддаются этому мифу.

Главной бедой данного мифа является то, что оба пола в конце концов ввергаются в водоворот политических игр, связанных с престижем (Prestigepolitik), и начинают играть роль, с которой ни одна из сторон не может справиться. Это усложняет безоблачное течение их жизни, лишает их взаимоотношения непосредственности и окутывает их предрассудками, перед которыми любая перспектива счастья сходит на нет.

Заключение [12]

Вероятно, самой важной проблемой нашего общества является женский вопрос (Frauenfrage). Так как наша жизнь ориентирована на работу и хлеб насущный, происходит так, что в вопросах денег мужчины требуют и получают за свой труд большую плату, чем женщины. Это положение находит свое отражение в умах большинства людей в виде мнения, что женщины созданы для мужчин и для их обслуживания. Однако это надуманное предположение, основанное на искусственном разделении естественной связи между полами. В то же время этот миф легко возникает там, где налицо случайные задержки в развитии женщин, и проносится как мужчинами, так и женщинами через всю жизнь. Подобную оценку можно встретить не столько в словах и мыслях, сколько в отношениях к человеку.

Низкая самооценка женщин, ее неверие в собственные силы ведет к тому, что она всегда старается избегать моментов, где от нее требуется решение жизненных проблем. Ее попытки обычно быстро ослабевают или своей экзальтированностью выдают отсутствие уверенности в себе. Склонность к проявлению независимости обычно исчезает в самом раннем детстве, а острая потребность опереться на что-либо, которую редко можно Удовлетворить, накладывает на ее достижения печать второсортности. И на свет выходит немощный арсенал окольных методов достижения самых высоких целей, а также проявления покорности, которые вначале кажутся слишком преувеличенными, а затем становятся доминирующими чертами личности.

Искажается общая физическая конституция и ее части; все побуждения изменяются и приземляются из-за желанных и в то же время нежеланных целей, а также под тяжестью вынужденного замужества. Это происходит потому, что естественные признаки женственности обесцениваются и их значение восстанавливается лишь условно. Некоторые высокообразованные авторы считают, что обнаружили черты природного проявления женского начала в худшем смысле этого слова, или, другими словами, женскую природу, которая обрекает личность на вечную неполноценность. Но это связано с несчастливым исходом, только что описанным нами, который должен произойти, если маленькая девочка впитала в себя мужской предрассудок о безнадежности ее умственных устремлений и безотрывно пытается сейчас разговаривать голосом мужчины. И все попытки, направленные на протест, инициируемые желанием вселить веру в собственные силы, которой она лишилась уже в младенчестве, при одном лишь возникновении тут же умаляются. Когда мальчик в своей активной деятельности встречается с трудностями, ему прежде всего помогает то, что он представляет их себе лишь как некое неудобство, вследствие чего он сохраняет психологический баланс и движется дальше по пути к цели. Девочка же в подобной ситуации только и слышит со всех сторон, а также и от не знающего отдыха сердца, что она всего лишь девочка, и потому без сопротивления считает свои попытки напрасными. При таком самоуничижении человеческой душе трудно найти успокоение. Результатом этого обычно является пусть и скрытая, но легко выявляемая, непонятная враждебность по отношению к привилегированному на первый взгляд мужчине.

Мужчина со своей стороны, с детства обремененный сознанием необходимости доказывать свое превосходство над женщинами, отвечает на скрытую враждебную природу женского пола повышенной подозрительностью и, возможно, тиранией. Принимая во внимание явную равноценность всего человеческого рода, становится понятным, что оба пола через свое неестественное, но почти неизбежное отношение к происходящему словно запрограммированно выходят на тропу войны. В результате им приходится прибегать к неизбежному применению силы, предосторожностям и схваткам ради сохранения пресловутого престижа. Более того, оба пола с излишней предусмотрительностью и надуманным страхом начинают противостоять друг другу как враги, открыто бросая вызов и боясь собственного поражения.

Данные соображения подчеркивают глубочайший кризис нашего социального организма и раскрывают, что рассмотренные выше ущербные перспективы, стоящие перед детьми, становятся предвестниками их трагической судьбы. В связи с этим было бы неверным апеллировать к лживому приукрашиванию наших мыслей, возникающих по общему мнению из борьбы между противоположными полами. Для тех, кто хотел бы продолжить свое исследование в данной области, я бы указал на то, что доказательства наличия превосходства между мужчинами и женщинами почти всегда представляют собой не что иное, как псевдодоказательства, и практически лишь на малую толику способны возвысить одного по отношению к другому. К сказанному следует добавить, что появление того или иного признака превосходства часто достигается с помощью запрещенных приемов, основанных на хитрости и воображении.

Приложение: проблема преждевременного прерывания беременности [13]

Как при рассмотрении большинства вопросов, так и при изучении закона против абортов мы обнаруживаем, что только с точки зрения индивидуальной психологии можно осветить все стороны данной проблемы и понять их истинную значимость.

Аргументы, обычно выдвигаемые теми, кто добивается принятия закона против абортов, для психолога не всегда представляются обоснованными. В данном контексте я не рассматриваю медицинских показаний для прерывания беременности. Кто-то может заявить, что любой врач, не обремененный предрассудками, встанет на сторону хирургического вмешательства в случае, если жизни матери угрожает опасность. Однако чтобы точно оценить степень опасности, необходимо владеть точной диагностикой.

Часто возражения против продолжения беременности достигают своего апогея исключительно из-за пессимистического взгляда людей на данный вопрос. В большинстве конкретных случаев после объективного их анализа мы увидим, что любую ситуацию можно оценивать и по-другому, с большей долей мужества; и тогда горячие призывы за аборт сойдут на нет.

Нам часто твердят, что семья может жить нормальной жизнью, опираясь на собственные доходы, имея только двух детей; при появлении третьего или четвертого ребенка может возникнуть угроза значительного падения уровня жизни. Но, с другой стороны, довольно часто мы наблюдаем иную картину, когда с появлением новых детей родители получают свежие импульсы, активизирующие их деятельность; новая ситуация вдохновляет их на поиск дополнительного дохода и вместо пугающего обнищания семья обретает благополучие. Определенные трудности, связанные с поиском работы, а также нехватка жилья в наше время, естественно, в некоторых случаях усугубляют положение этих семей.

В ситуациях, когда девушка, не будучи замужем, ждет ребенка и тем самым оказывается перед лицом серьезного конфликта со своими родителями и потери доброй репутации, также можно найти другой выход, чем аборт. Нам известны многие случаи, связанные с беременными девушками, которые, пребывая в полной прострации, позже по истечении времени находили свое истинное счастье в ребенке и великолепно уже знали, как разрешить сложнейший вопрос материнства вне супружества. Только это и побуждало их делать успешную карьеру, которая гарантировала им независимость от агрессивного окружения. В качестве следующего доказательства можно привести случаи с девушками, которые, удачно избавившись от нежелательной беременности, затем, однако, горько сожалели об этом, ибо они поняли, что были все-таки возможности для рождения ребенка, который в последующем принес бы им утешение и радость. Мужественность матери-одиночки также, вероятно, создает предпосылки для того, чтобы воодушевить партнера вступить с ней в брак. Конечно, есть и такие примеры, когда для того, чтобы спасти жизнь девушки, приходится прерывать ее беременность, тем более, когда у нас нет возможности повлиять на ее окружение, ее родителей и т. д.

К тому же следует сказать, что какими бы важными ни были причины на аборт, с объективной точки зрения они не обоснованы. Суть проблемы обычно состоит в том, что женщина не желает иметь дело с неокрепшим еще, формирующимся маленьким человечком. Она не хочет этого в силу того, что сама, еще не созрев как полноценная женщина, просто боится не преуспеть в своей жизни. Ребенок в конце концов означает нечто большее, чем обычная ответственность за то, чтобы утолить его голод. Это главным образом форма подневольного укрепления уз с отцом ребенка. Это означает отказ от беспредельной самовлюбленности, потерю центрального положения, которое многие женщины привыкли занимать в своем окружении. Наступление беременности, а затем и рождение ребенка означает поражение для многих женщин, всецело поглощенных борьбой против превосходства мужского пола. Это также означает открытое выявление их невыгодного положения как женщины во взаимодействии полов.

Однако крайне редко женщина позволит себе признаться в подобной причине отказа от материнства, ибо она знает, что это станет признанием ее малодушия и эгоизма. Так, мы достаточно часто наблюдаем замужних женщин, которые, хотя и находятся в состоянии, допускающем счастье иметь детей, и имеют благоприятные для этого условия, искусно создают различные обстоятельства для того, чтобы избежать вышеназванной проблемы, свалившейся на них. И мы видим, с каким рвением эти женщины ведут свои домашние дела, как преувеличенно умножается их забота и как они придают исключительное значение нарушению режима или вмешательству в привычный порядок вещей, — окружающие поневоле задаются мыслью: "Как славно, однако, что у этой женщины только один ребенок!" И мы снова и снова назовем источником многочисленных нервных расстройств страх иметь ребенка.

Следует ли оказывать давление на такую женщину, которая столь яростно отвергает идею о ребенке, чтобы она родила против своей воли? Для юриста эта проблема будет решена с рождением ребенка. Но мы знаем, что проблема после появления ребенка на свет только начинается, и такая женщина вряд ли безропотно признает нежелательный для нее факт материнства. И какой же матерью она станет для ребенка?

Как она сможет справиться со своей сложнейшей обязанностью, если она навязана ей насильно? Некоторые склонны утверждать, что с появлением ребенка материнская любовь, безусловно, возьмет верх подобно химической реакции. Психолог, однако, знает, что это часто далеко не так. Есть достаточно женщин, которые различными способами дают своим детям понять, что их вовсе никто не ждал, когда они родились. Осознание того, что ты нежеланный ребенок, отравляет жизнь многим индивидуумам; готовит почву для появления серьезных психических расстройств и часто становится главной зловещей причиной формирования правонарушителей, преступников и всех тех психопатов, которые на всю оставшуюся жизнь так и не могут избавиться от проклятия юности, не познавшей материнской любви и ласки. И только исходя из сострадания к подобным детям — имеются в виду в основном те дети, которых мы рассматриваем в данном контексте, — я сторонник того, чтобы прямо сказать каждой женщине: «Нет необходимости вам иметь детей, если вы этого не хотите».

И в то же время я часто встречался с фактом, когда женщина, ранее уклонявшаяся под любым предлогом от материнства, неожиданно вспыхивает желанием иметь ребенка, от которого она яростно отказывалась, как только ей предоставлялась полная свобода самой решать судьбу своей беременности. Мы никогда не должны забывать, насколько глубоко у каждой женщины укоренился протест против их неравного положения с мужчинами. Принудительная сила закона, созданного мужчинами, который отбирает у женщин возможность независимо решать свою судьбу, должна ощущаться каждой женщиной как унижение их достоинства. Согласно этому закону, женщина является не столько человеком, сколько некой функцией, которая служит в интересах продолжения рода.

Следующий аргумент против закона о запрещении абортов отодвигает все остальное на задний план: только та женщина, которая желает своего ребенка, может стать ему хорошей матерью.

В некоторых кругах не устают повторять, что легитимное разрешение аборта намного ухудшает и без того скверное состояние общественной морали. Однако низкий уровень морали имеет так много других подводных причин — в особенности наше образование со всеми его принципами, которое лишь на йоту ориентировано на воспитание социального чувства, а в большей мере на формирование у личности нездоровых амбиций, что просто абсурдно пытаться сохранять моральные устои там, где одна часть человечества подвергается гораздо большим ударам судьбы, чем другая. Нам придется должным образом разделить огромную ответственность за ту нравственную атмосферу, в которой мы живем, вместо того, чтобы перекладывать тяжесть на самые хрупкие плечи.

Великолепным выходом из создавшегося положения явилось бы создание психологических консультаций по вопросам семьи и брака, а занятые в них специалисты по индивидуальной психологии могли бы предоставить любую информацию по интересующим вопросам.

2. Мужской протест и критика фрейда

Мужской протест [14]

Факты психологического гермафродитизма

Почти каждый исследователь гермафродитизма среди людей отмечал или подчеркивал, что среди выявленных характерных особенностей половой принадлежности можно встретить психологические черты противоположного пола. К данным исследователям относятся Крафт-Эбинг, Дессор, Хальбан, Флисс, Фрейд и Гиршфильд.

Детально изучив явление гомосексуализма в неврозах, Фрейд обнаружил в каждом неврастенике гомосексуальные черты. Это наблюдение было подтверждено многочисленными фактами. (Позже была внесена поправка: у меня была возможность скорректировать это наблюдение как частое проявление несовместимости неврозов с эротизмом.) В небольшой статье [15] я указал на связь между проституцией и гомосексуализмом. Флисс раньше считал, что мужчина-неврастеник страдает от угнетающих его женских черт; женщина-неврастеник страдает от присутствия в ней мужских черт. Подобных идей придерживался и Садгер.

Внимательное изучение неврозов касательно их связи с гермафродитизмом выявляет следующие результаты:

1. Удивительно часто встречается симбиоз физических особенностей противоположных полов — женские черты у мужчин-невротиков и мужские черты у женщин-невротиков. Так же часто имеют место вторичные признаки противоположного пола: у мужчин встречается проявление недоразвитости гениталий, например, гипоспадия (врожденное недоразвитие мочеиспускательного канала, при котором его наружное отверстие открывается на нижней стороне полового члена); мочеиспускательный канал с двумя отверстиями, маленький размер полового члена, малая форма яичек, крипторхизм (задержка опускания яичка в мошонку и остановка его в брюшной полости) и т. д. А у женщин можно встретить следующее: низкий тембр голоса, увеличенный клитор, неразвитость половых органов. Как правило, вдобавок к вышеперечисленному мы находим явление неполноценности и в других органах [16] .

Имеют ли эти физические отклонения с самого рождения какую-либо генетическую связь с психикой противоположного пола, на что указывали Флисс и Крафт-Эбинг, чтобы затем происходило ускоренное развитие проявления женского начала в мужчине, а в женщине мужского начала, — в настоящее время не может быть доказано с высокой степенью точности.

Однако можно предъявить факты, когда дети с недоразвитыми органами, функциональными системами, нарушениями функций секреции часто обнаруживали отклонения от нормы в плане возбудимости и психического развития, а также дефицит роста и подвижности, постоянство болезненного состояния и слабость, особенно в начале своего развития; хотя все это с течением времени часто может измениться в сторону крепкого здоровья и физической силы.

2. Эти объективные явления очень часто дают повод для субъективного ощущения своей неполноценности, тем самым подрывают независимость ребенка, увеличивают его потребность в любви и поддержке и характеризуют его вплоть до совершеннолетия и до самой старости. Слабость, неуклюжесть, неловкость движений, болезненность, детские нарушения типа энуреза, недержания газов, заикания, прерывистого дыхания, слабости зрения и слухового аппарата, врожденных или рано приобретенных родимых пятен, явного уродства и т. д. — все это может способствовать возникновению устойчивого чувства неполноценности на фоне здоровых и сильных окружающих людей, которое сохраняется в душе на долгие годы. Особенно явно это чувство проявляется по отношению к отцу. Существенные черты покорности, повиновения и преданной любви к отцу характеризуют многих детей, особенно тех, кто склонен к неврозам. (На это ссылается и Юнг (1909).

И такие дети тем самым часто оказываются в роли, которая оборачивается для них далеко не похожей на мужскую. Все мужчины-неврастеники в пору своего детства испытывали сомнение в том, что они когда-либо достигнут полной мужской зрелости. Отказ от мужского начала для такого ребенка равнозначен приобретению женственности. В связи с этим начинают проявляться сугубо детские нравственные ориентиры, а именно: мужскими качествами, например, могут считаться такие, как необузданный напор, активность, соперничество, власть, наряду с ними смелость, свобода, богатство, агрессивные или садистские наклонности; в то время как женскими качествами станут все недостатки типа трусости, покорности, бедности и схожие с ними понятия.

3. Некоторое время такой ребенок играет двойную роль. С одной стороны, он выказывает склонность к повиновению своим родителям и воспитателям; с другой стороны, некоторые из его желаний, фантазий и действий выражают стремление к независимости, собственной воле и личной значимости (этакий «мальчик-не-промах»). Так как девочки и женщины обнаруживают качества, более свойственные им, а мальчики и мужчины — присущие более их роду, ребенок приходит к оценочным суждениям, близким к тем, которые распространены во взрослой среде: отказ от агрессии как признак женского начала, повышенная агрессивность — мужского. «Быть скверным» часто отождествляется для ребенка с образом мужчины.

Это внутреннее раздвоение в ребенке является примером и причиной важнейших психологических явлений, особенно в области неврозов, в ситуациях раздвоения личности, а также исходной точки нерешительности, что в последующей жизни может закончиться по-разному. Как правило, можно найти и такого человека, который пытается лавировать между женским и мужским началом и собрать в единую цельную картину разрозненные ее части. В конце концов, мужчинам не дают возможности полностью вжиться в роль женщины и наоборот. Это обычно ведет к компромиссу, например, проявлению в мужчинах женского поведения с помощью мужских средств (так, мы наблюдаем мужскую застенчивость и робость, мужской мазохизм, гомосексуальность и т. д.); а в женщинах можно увидеть мужское поведение, пропитанное женской сутью (эмансипаторские тенденции, многомужество, мания к принуждению как разрушение женской роли и т. д.). А иногда встречается и чисто случайное сочетание «мужских» и «женских» черт.

При лечении неврозов, где мы всегда имеем дело с несовместимостью подобных явлений, их распознание и применение адекватных средств возможно с помощью индивидуальной психологии. Непременным условием, однако, является то, что психотерапевт должен не привносить в анализ свои личные суждения по поводу мужских и женских черт, а приспосабливаться к чувствам пациента и в своем лечении следовать за ними.

Мужской протест

Начальным моментом проявления симптомов женского начала у неврастеника является детское чувство слабости перед лицом взрослого человека. В этой ситуации возникает необходимость в получении поддержки, потребность в любви и ласке, а также физическая и психологическая зависимость и покорность. В случаях раннего недоразвития органов и в связи с этим их осознания (нарушения в опорно-двигательной системе, неуклюжесть, болезненность, различные расстройства в детстве, замедленное развитие и т. д.) данные явления усиливаются, после чего вырастает и зависимость. Это возросшее чувство своей собственной незначительности и слабости (что является причиной заблуждения относительно этой самой незначительности) ведет к отрицанию агрессивных проявлений, а отсюда — к беспокойству и тревоге. Нерешительность и неуверенность индивидуума в своих способностях рождают сомнения и метания между «женскими проявлениями» (беспокойное состояние и связанное с ним поведение) и «мужскими проявлениями» (агрессивность и позывы к принуждению). Структура нервного заболевания (неврастении, истерии, фобии, паранойи и в особенности мании принуждения) часто демонстрирует скопление женских черт, тщательно скрытое и завуалированное гипертрофированными «мужскими» желаниями и проявлениями.

Это и есть мужской протест. Он возникает каждый раз в качестве сверхзащиты в ответ на незаслуженное осуждение детьми проявлений женского начала (нечто подобное случается во время детских расстройств); он сохраняется затем только в рафинированном виде или если есть какие-нибудь дополнительные привилегии (любовь одного из родителей, отсутствие наказаний, поощрение за свою покорность, подчинение и т. д.).

Любая форма внутреннего принуждения сама по себе естественна; и неврастеников можно отвлечь от нее с помощью мужского протеста. Если это удается, налицо сразу же значительное усиление проявлений мужского начала; наблюдается установка очень высоких и зачастую недостижимых целей; развивается горячее желание к удовлетворению и громкому успеху; усиливаются все способности и эгоистические побуждения; обостряются зависть, жадность, амбиции, в душе возникает внутреннее беспокойство, которое делает невыносимым любое внешнее давление, пренебрежительное отношение, несправедливость, отсутствие чувства удовлетворенности. Открытое неповиновение, мстительность, чувство обиды являются постоянными его спутниками. И когда на все это наслаивается резко возросшая чувствительность, начинаются бесконечные конфликты. Обычные, а также нездоровые фантазии о своем величии да и просто грезы навязываются этим сверхмощным проявлением мужского протеста, что на время воспринимается ими как достижение пусть и суррогатного удовлетворения. В арсенале средств мужского протеста также имеется прием ухода в воображаемую жизнь. Каждое видение его при анализе раскрывает тенденцию бегства индивидуума от женской линии поведения к мужской.

Мужской протест в равной степени имеет место как у женщин, так и у мужчин; только у женщин он завуалирован и изменен и добивается успеха с помощью женских приемов. Очень часто во время сеанса психоанализа можно встретить со стороны женщины желание стать мужчиной. Вагинизм, сексуальная фригидность и многие другие хорошо известные явления невротического характера возникают именно на этой основе.

Если читатель примет предложенный мною термин «динамический подход», то он увидит, что все эти явления имеют общее свойство: так или иначе отдалиться от женской линии поведения и приблизиться к мужской. Таким образом, симптомы нервных заболеваний несут в себе иногда чуть больше женских, иногда чуть больше мужских черт; отсюда — каждый такой симптом относится к характеру гермафродита.

Принуждение под влиянием невроза обнаруживает мужской протест; уступка этому принуждению выдает в себе женское начало. Например, при эритрофобии пациент реагирует с яростью и темпераментом (а это мужское начало), если он чувствует или опасается пренебрежительного к себе отношения. Однако эта реакция осуществляется с применением женских приемов, когда лицо заливается краской или когда возникает страх от того, что он сейчас покраснеет. И такая атака прочитывается таким образом: «Я женщина, но мне хочется быть мужчиной».

Таким образом, неврастеник страхует себя от нежелательных последствий, например, оказываемое на него давление он переносит на другого (Фуртмюллер, 1912).

Если пациент не достигает никакого личного успеха; если удовлетворение от его, как правило, псевдомужского протеста потерпело крах в главном направлении, среди которых сексуальный мотив хотя всегда и присутствует, но является лишь одним из компонентов, — тогда невроз, к которому больной давно шел, наконец проявляется во всей своей сути. С этого момента наш пациент пытается удовлетворить свою мужскую амбицию с иной стороны: он переносит свою активность на других людей и на достижение других целей; или наоборот, происходит почти полное замыкание в себе. Подобные трансформации агрессивного поведения заканчиваются результатом, который я описал в своей работе «Проявление агрессивной тенденции в жизни и при неврозах» [17].

Демонстрация агрессии и ее изменения играют важнейшую роль в неврозах, но стройность данной концепции страдает биологизированностью, что не позволяет полностью осознать нервное заболевание как явление. В конечном счете можно подвести основания под концепцию невроза, относящуюся сугубо к отдельному человеку и рассматривающую явления в отрыве от биологических характеристик, принимая во внимание лишь психологический аспект, или с учетом общепринятой психологии. Я же предлагаю — и это согласуется с позицией Фрейда, — что в каждом неврастенике (каждом человеке) мы встречаем как мужские, так и женские черты поведения, как в сочетании, так и в поочередном их проявлении. В чистом виде эта концепция представляет собой проблему свободы или проявления определенной воли. Несмотря на нашу внутреннюю уверенность, что воля носит навязанный характер, мы ведем себя так, словно не связаны ничем; таким образом ошибка находится в самой постановке проблемы. Другими словами, наличие этих двух разных по своей сути проявлений имеет место в поведении неврастеника, при анализе которого этот факт и надо иметь в виду.

Структура невроза

Говоря о структуре невроза, любая из ее составляющих имеет существенное значение. Тенденция, обусловливающая женскую, мазохистскую линию поведения (с точки зрения больного), начинает превалировать и создавать именно эту, описанную выше картину невроза; в то время как пациентом овладевает болезненная чувствительность против «погружения» в женственность, против пренебрежительного отношения к себе, против притеснения, всяческих лишений и обидных слов в свой адрес.

Проявления слабости, ощущение неполноценности, наличие женских черт тщательно скрываются или маскируются компромиссной линией поведения, а также доводятся до неузнаваемости с помощью их возвышения и символизации. Однако это приводит, временно или постоянно, лишь к расширению и интенсивности применяемых уловок; и в конечном счете все становится явным, и их истинная суть обнаруживается в форме полнейшего безволия, мрачного юмора, депрессии, возбужденности, гримас, чувства беспокойного ожидания, сомнения, паралича, импотенции, неудовлетворенности и т. д.

Чувство неполноценности, таким образом, подгоняет течение жизни, безгранично увеличивает желания, провоцирует сверхчувствительность и возбуждает стремление к удовлетворению, которое совершенно не допускает половинчатости; и результатом всего этого являются постоянные, бурные ожидания и страхи. В таком гипертрофированном стремлении, в такой страсти к успеху, неистовом мужском протесте находится источник поражения; но в них также находятся и предпосылки будущих достижений какого-либо гения или артистической натуры.

Невроз возникает тотчас, как только мужской протест терпит фиаско на своей главной линии. Начинают явно выступать женские черты, но их проявление происходит под влиянием увеличивающегося мужского протеста и патологических попыток хоть как-то воссоединиться с мужскими чертами. Подобные попытки отчасти могут иметь успех и без достижения истинного удовлетворения и гармонии; или, как это зачастую и случается в неврозах, они могут провалиться и тем самым все дальше втягивать больного в исполнение женской роли, состояние апатии, беспокойства, умственной, физической и сексуальной слабости и т. д. И все это в дальнейшем используется в качестве средств для достижения своей власти.

Исследование полностью обозначившегося невроза (как, например, вышеописанный случай) всегда выявит следующие черты и укажет на способность создавать внутренние связи:

  1. женские черты;
  2. гипертрофированный мужской протест;
  3. компромиссные варианты образований между а) и б).

Неудача мужского протеста в случае психологического гермафродитизма возникает и практически имеет место в силу следующих факторов:

  1. Излишнее подчеркивание мужского протеста. И цель как таковая, принимая во внимание возможности больного, недостижима.
  2. Чересчур высокая цель. Подобная переоценка своих возможностей (как у Дон-Кихота) носит неосознанно значимый характер с тем, чтобы не разрушить роль героя, которую играет пациент. В этом случае горькие разочарования не заставят себя ждать.
  3. Тенденции к проявлению женственности, задающие общее настроение и препятствующие возникновению агрессивности. Часто в критический момент или до предполагаемого действия «женское чувство» пробуждается в форме преувеличенной веры в авторитеты, сомнения, беспокойства, что ведет затем к унижению и покорности в сочетании с непрекращающимся ростом протеста; или оно трансформирует сомнение, возбужденность и прочее в некое орудие, которое доводит покорность до абсурда.
  4. Устойчивое чувство вины, которое тянется еще с детства и в зависимости от влияния легко может измениться. Это чувство укрепляет женские черты и пугает пациента возможными будущими последствиями его поступка (тип Гамлета).

Укрепление женской линии поведения

В продолжение темы о структуре невроза необходимо отметить другие источники усиления в ребенке линии женского поведения, которые в той или иной мере выходят за рамки психологического аспекта и, как правило, представляют собой возможности для преувеличения мужского протеста. У меня была возможность выявить следующие причины и механизмы возникновения невроза у значительного числа неврастеников обоих полов, поэтому я могу уверенно говорить об обоснованности обнаруженных результатов; тем более, что раскрытие сути неврозов сделало возможным приступить к их лечению.

1. Страх наказания. Он усиливается из-за повышенной реакции к боли и сверхчувствительности кожи, строгости воспитателей и применения телесных наказаний. Показателем мужской реакции на это являются равнодушие к наказанию, вызывающая стойкость и безразличие к боли, частая потребность испытывать мучения (явный мазохизм, см. Вексберг, 1914), демонстративные заявления пациента о своих возможностях выносливости, ответ на угрозу наказания в форме активного сексуального поведения, которые могут варьироваться в силу индивидуальных психологических особенностей личности (см. Азнауров, 1913).

2. Поиск симпатии со стороны окружающих посредством демонстрации своей слабости или страдания. А вот как выражает себя мужской протест: идеи о своем величии (в качестве компенсации за женское заблуждение о своей никчемности), негодование по поводу симпатии к себе со стороны окружающих, смех вместо слез, цинизм, неприятие зарождающегося чувства любви, а также подшучивание над другими. Различные вариации постоянно имеют место. Детские расстройства, такие, как энурез, заикание, слабость, головные боли, потеря аппетита и т. д., могут усугубиться в силу притязаний пациента на симпатию или из-за открытого неповиновения окружающим. Почти всегда возможно сочетание этих проявлений. Мужская реакция поведения использует свою слабость, чтобы досадить родителям и, выказывая неповиновение, сохраняет тем самым болезненное состояние, гарантируя себя от поражения. Большинство энуретических снов демонстрирует попытку пациента действовать как настоящий мужчина (опорожнять мочевой пузырь стоя, как это делают мужчины, и как можно большей струей, а также вычерчивая струей фигуры на песке). В то же время это является демонстрацией мужской реакции против страха наказания, часто с использованием каких-нибудь выдумок, как будто пациент опорожняется в воображаемый ночной горшок или в писсуар туалета.

3. Ошибочное толкование роли полов, невежество в вопросах о различии между мужчиной и женщиной, а также некоторые мысли о возможностях трансформации мальчиков в девочек и наоборот. Очень часто возникает смутное ощущение о наличии в себе свойств гермафродита. Физические показатели, ошибки в воспитании, непонятные для ребенка действия окружающих (женское одеяние на мальчиках, длинные волосы у мальчиков и короткие у девочек, совместное купание, недовольство родителей полом ребенка и т. д.) возбуждают или усиливают детские сомнения до тех пор, пока он не сумеет различать особенности противоположных полов. Подобным образом ребенка приводят в смущение и сказки, касающиеся рождения детей, или ложные представления об этом (рождение через анус, поцелуй, с помощью пилюль или телесных прикосновений). Раннее приобретение ложного сексуального опыта или видений, в которых рот или анус играют роль полового органа, способствует затушевыванию основного отличия между мужчиной и женщиной, и таким образом создает у ребенка предосудительный взгляд на эту проблему.

Сексуальные расстройства

Гомосексуализм возникает на почве попыток создания неопределенности своей сексуальной роли. Мужчины-гомосексуалисты отличались в детстве умением представить себя в роли девочек. И если, как всегда, возникает мужской протест, то трансформация в гомосексуалиста происходит из-за нежелания быть рядом с женщиной.

В целом понимания проблемы можно достигнуть, если проследить за мужскими попытками к протесту, как, например, принудительная мастурбация, которая, подобно любому принуждению, означает попытку поступать как мужчина, чтобы тем самым избежать исполнения своей роли как пола. Та же самая тенденция наблюдается в случаях поллюции и преждевременной эякуляции. Поспешность действий, а также присутствие побочных явлений (слабая эрекция, гомосексуальные видения) выдают слабое место мужчины, которое и выражает вышеназванная тенденция (поллюция, преждевременная эякуляция). Приступая к анализу видений, следует обратить внимание на кошмары; на сны, в которых человеку препятствуют что-то сделать; а также на сны, в которых присутствует беспокойство в связи с приобретением женских черт и поражением. И все же в этих видениях почти всегда как протест возникает мужское проявление (через вскрики, спасание бегством или пробуждение).

Проявление эксгибиционизма возникает вследствие желания показать себя в качестве мужчины. Когда девочки и женщины пренебрегают женской скромностью, сдержанностью или отказываются от дамской одежды, то это кажется им достаточным для достижения эксгибиционизма. Та же самая тенденция к достижению своей значимости характеризует и нарциссизм. В случаях фетишизма немужское проявление обычно становится доминирующим (предпочтение дамскому белью, блузкам, фартукам, золотым украшениям, женской прическе и т. д.), однако это всегда сопровождается нежеланием оказаться под пятой своего партнера. Проявления гермафродитизма и самоэротизма имеют общие корни: фетишизация дамских перчаток и туфель скрытно ведет к женскому началу (и достигает его); отдаляя от мужской роли, он подводит пациента к мазохистскому характеру поведения. Уход от предполагаемой опасной зоны всегда становится очевидным. По своей природе мазохистские черты, подобно ипохондрии и преувеличенной чувствительности к боли, относятся к женским характеристикам выносливости. Как и любое психологическое явление, эти черты всегда проявляются наряду с любой возможностью для демонстративного показа величины страдания и для ухода от осуществления жизненных задач ввиду предчувствия своего поражения.

И это очень объяснимо, когда ребенок использует черты своей матери, чтобы представить женское начало, а также черты отца для изображения мужского начала («От отца мне досталась моя фигура...»). Мужской протест усиливает желания ребенка, который впоследствии пытается превзойти своего отца в любой ситуации и тем самым входит с ним в конфликт. Таким образом, начинают проявляться побочные линии поведения, соответствующие желаниям, которые направлены в сторону матери (Эдипов комплекс).

Терапия

Задачей образования и психотерапии является раскрытие этой динамики и помощь в осознании ее природы. Если это удается, то надуманное и преувеличенное предположение о наличии в себе женских и мужских черт исчезнет и детская самооценка уступит место более зрелому взгляду на порядок вещей; более того, асоциальные мотивы, раздвоенное сознание и внутреннее противостояние двух начал сойдут на нет. Отсюда — ослабление сверхчувствительности и появление способности пациентов терпеть напряжение, исходящее от окружающего мира, без ущерба для своего здоровья и настроения. И поскольку он раньше был «игрушкой темных, неосознанных желаний, то теперь он становится осознанным творцом или жертвой своих чувств».

Противоречивая апперцепция и сложившиеся представления [18]

Мы считаем, что движущей силой невроза является «желание достичь главной своей цели — полного самоуважения. Эта сила всегда пытается заявить о себе с особой интенсивностью. Она заключается в нашем стремлении и желании, которые глубоко укоренились в человеческой природе. Это побуждение к действию можно было бы назвать «волей к власти» (Ницше). Выражение и усиление данного побуждения говорит о появлении особой компенсирующей силы, позволяющей покончить с обычным для человека ожиданием опасности.

Непреклонностью поведения, которая овладевает сознанием, неврастеник пытается упрочить свое положение, чтобы внести в окружающий мир расстройство. И совершенно не имеет значения, насколько и в какой степени он осознает эту овладевшую им движущую силу. В любом случае он как не понимает механизма, так и не способен ни самостоятельно раскрыть, ни разрушить аналогичное поведение, имевшее место в детстве, а также свою зависимость от него. Это возможно достичь только с помощью метода индивидуальной психологии, который позволяет индивиду предположить и понять сходство его нынешнего состояния с поведением в детстве посредством абстрагирования, уменьшения и упрощения общей картины, а также наблюдения за ним с точки зрения условно изолированного психологического явления.

Так происходит, что неврастеник впадает в состояние апперцепции по аналогии с антитезой и обычно даже знает и принимает только противопоставляемые взаимоотношения. Такое упрощенное отношение к миру, которое встречается еще у Аристотеля в его категориях противопоставлений и у Пифагора в таблицах противоположностей, — появляется с рождением чувства неуверенности, опасности и представляет собой простейший способ логического размышления. То, что я описал как полярные стороны гермафродитизма [19] , Ломброзо (Lombroso) как биполярные отношения, Блеулер (Bleuler) в качестве двойственности переживаний к происходящему, возвращает нас к данному виду апперцепции, которая проявляет себя в соответствии с принципом антитезы.

Однако не следует совершать обычную ошибку, когда антитезу соотносят с сутью вещей, просто необходимо воспринимать ее в качестве обыкновенного практического метода, одной из точек зрения, которые измеряют общие параметры предмета, силу или определенный опыт с позиции противоположности, подходящей для данного случая.

Апперцепция с позиции противопоставления

Индивидуум, подверженный неврозу, имеет строго очерченный, абстрагированный тип апперцепции с большим диапазоном. Так, он группирует в сознании как внутренние, так и внешние события в соответствии с четкой схемой антитез, нечто похожее на графы дебита и кредита в бухгалтерии, и не признает никаких промежуточных показателей. Такой ошибочный подход в размышлениях больного, идентичный чрезмерной отвлеченности от рассматриваемого предмета, также вызывается болезненной тенденцией к предосторожности. Этой тенденции необходима строгая определенность в выборе линии поведения, идеалов, а также домовых, в которых верит неврастеник, с тем, чтобы сделать точный выбор, чтобы суметь предусмотреть и приступить к действию.

В этом случае он оказывается отстраненным от конкретной реальности, когда вместо непреклонности нужна гибкость, вместо поклонения и обожествления как раз необходимо абстрагирование. В конце концов, нет такого жизненного принципа, который бы подходил на все ситуации; даже самые верные решения проблем иногда мешают течению жизни, когда они выставляются в качестве жупела, как если бы кто-то делает чистоту и правду целью всех своих устремлений.

В психологической жизни неврастеника мы находим его склонность к изображению событий и окружающих людей в как можно более ясной и определенной степени, что как раз и встречается в примитивном размышлении, мифологии, легенде, космогонии, теогонии, примитивном искусстве, в зарождающейся философии. Согласно такому подходу, явления, не имеющие ничего общего, должны, естественно, быть строго отделены друг от друга с помощью отвлеченных измышлений. Необходимость прибегать к этому возникает из желания правильно ориентироваться в окружающей действительности, которое в свою очередь формируется из тенденции к предосторожности. Эта необходимость часто оказывается для него настолько существенной, что требует искусственного разделения целого, частного и даже самой своей личности на две или несколько противопоставляемых частей.

Одна из двух противоположностей часто становится все более выпуклой: чувство неполноценности против возросшего чувства самоуважения. Прибегая к соединению противоположностей, ребенок примитивно пытается ориентироваться в жизни и обезопасить самого себя. Среди этих противоположностей я обычно обнаруживаю: 1) верх — низ и 2) мужское — женское начала. С точки зрения пациента, а не, как правило, с точки зрения здравого смысла, его воспоминания, побуждения к действию всегда, таким образом, располагаются по категориям: низший — снизу — женский в противовес могущественный — сверху — мужской. Эта классификация имеет важное значение, потому что она может быть ложно принята и материализоваться в воле: она способна исказить общую картину окружающей действительности, вследствие чего неврастеник надолго может сохранить в себе установку на униженность и покорность. Вполне естественно, что опыт больного о его физической неполноценности приходит здесь к нему на помощь, так же, как и растущая враждебность со стороны окружения, которое постоянно раздражает его невротическое поведение.

Стремление неврастеника к своей безопасности, постоянной предосторожности можно понять, если принять во внимание его собственную оценку противостоящих факторов, иными словами, его ощущение опасности извне. Как безопасность, так и опасность являются результатом раздвоенного суждения, которое стало зависеть от искусственно созданного идеала личности и формирует неверное субъективное оценочное мнение. Ощущение безопасности и его противоположность — ощущение опасности извне, возникающие на фоне противопоставления чувства неполноценности и собственного идеала, являются, как и в случае с последней антитезой, необоснованной парой оценок происходящего. Они представляют собой один из видов психологического построения, о котором Вайхингер (1911) сказал так: «Реальная действительность в этих ощущениях искусственно раздваивается, в то время как они имеют значение и ценность только в сочетании, а взятые в отдельности ведут в силу своей изолированности к размытости, противоречивости и надуманным проблемам».

При анализе психоневрозов, часто становится очевидным, что вышеописанное противопоставление близко противопоставлению «мужчина — женщина», взятому как таковое. Следовательно, движущие силы невроза могут часто рассматриваться и быть осознаны больным таким образом, как «если бы» он пожелал изменить свой пол из женского в мужской или захотел бы скрыть свои немужские проявления. Эти тенденции во всей своей полноте составляют картину того явления, которое я и назвал «мужским протестом».

В плену догматической установки

Неврастеник всегда находится в предчувствии опасности извне. Отсюда и «ход мыслей по аналогии», то есть апробированный метод решения проблем по аналогии с предыдущим опытом — наиболее ярко и сильнее выражен, чем у обычных людей. Его страх ко всему новому (misoneism Ломброзо), а также к тестам и необходимости выносить решения, перед которыми всегда стоит человек, возникает из недостаточного уровня уверенности в себе. Он настолько крепко привязал себя к действующим установкам, настолько буквально воспринимает их и с таким желанием ищет пути к их реализации, исключая любую альтернативу решения, что отказывает себе в свободном от предрассудков и предубеждений подходе к вопросам реальной действительности.

Чувство внешней опасности заставляет неврастеника прочно придерживаться своих нереальных замыслов, действующих установок, идеалов и принципов. Эти ведущие принципы берутся на вооружение также и нормальным человеком, однако для него они лишь форма речи (антонимы) для того, чтобы отличать высшее от низшего, левое от правого, верное от ложного; он не теряет открытости взгляда, когда его ставят перед проблемой, ждущей решения, когда призывают освободиться от ложных представлений и считаться с реальностью. Также и явления окружающей действительности не представляются для него в полярных соотношениях; наоборот, он постоянно стремится к тому, чтобы мысли свои и действия не соотносить с нереальными установками, а приводить их в состояние гармонии с реальностью. А тот факт, что он все же использует вымысел, возникает из предпосылки, что каждое вымышленное явление полезно для общей оценки окружающей жизни.

Однако неврастеник, как зависимый ребенок, все еще оторван от мира; и как примитивный человек, он привязывается к выдумке, к пустячным мыслям и идеям, преувеличивает их значение, приписывая им с видом знатока жизненность и реальность, и ищет пути для их реализации в жизни. Однако для этого вымысел непригоден; он более непригоден и тогда, как обычно происходит в случаях психоза, когда он превращается в догму или идола. «Поступай так, как будто ты сбился с пути, как будто ты высшее существо, как будто тебя больше всего ненавидят». Символ «modus dicendi» превалирует в нашей речи и мысли. Неврастеник воспринимает его буквально, психически больной человек пытается его реализовывать. В своих идеях, внесенных в теорию невроза, я всегда подчеркиваю и поддерживаю данную точку зрения.

По сравнению с нормальным человеком, неврастеник более стойко и целенаправленно формирует для себя своего бога, своего идола, свой собственный идеал и неотрывно следует своей установке; и чем туманнее его цель, тем скорее он теряет чувство реальности. Обычный же человек всегда готов к тому, чтобы не прибегать к помощи и поддержке вымышленных образов. В этом случае неврастеник напоминает человека, который считается только с Богом, предлагает себя Всевышнему, а затем доверчиво ожидает от него руководства к действию. Образно говоря, неврастеник прикован гвоздями к кресту своих ложных идей. Нормальный человек тоже способен создать свое божество и воздавать ему почести. Но он никогда не потеряет чувства реальности и всегда прибегнет к нему, когда от него потребуется какое-либо действие или выполнение работы. Неврастеник же находится в своеобразном плену вымышленного плана жизни.

И здесь я полностью согласен с остроумными выводами Вайхингера, который утверждает, что исторически идеи имеют тенденцию проходить эволюцию от вымысла (будучи нереальным он в практическом плане безвреден) до гипотез, а затем и до догм. В индивидуальной психологии подобная динамика течения мысли различается у нормального человека (вымысел есть средство для достижения цели), у неврастеника (это уже попытка реализации данного вымысла), у психически больного (неполный, но обеспечивающий безопасность антропоморфизм и превращение вымысла в догму).

Примером такой прогрессии могло бы быть усиление осторожности в сторону беспокойства и временами изменение ожидания беды в депрессию. Эти три ступени достижения безопасности можно квалифицировать следующим образом.

1. Предосторожность (у нормального человека выступает в качестве фикции): «как будто бы» я мог потерять свои деньги, «как будто бы» я мог оказаться ниже по положению. 2. Беспокойство (у неврастеника выступает в качестве гипотезы): «как будто бы» я собирался лишиться своих денег, «как будто бы» я собирался оказаться ниже по положению. 3. Депрессия (у психически больного выступает в качестве догмы): «как будто бы» я лишился своих денег, «как будто бы» я был ниже по положению. Другими словами, чем сильнее ощущение опасности извне, тем выразительнее становится фикция через увеличение разрыва между абстракцией и реальностью и тем скорее она приближается к догме. Пациент создает в сознании и выдумывает все новые и новые образы, которые с каждым разом приближают его к ведущей установке поведения, которая в свою очередь дает ощущение безопасности и потому эффектна и устойчива, хотя и не во всей полноте. В этом процессе реальность обесценивается в разной степени, а верные пути, которые помогают адаптироваться в человеческом сообществе, на поверку оказываются далеко неподходящими.

Критика теории либидо фрейда [20]

В настоящем размышлении мне хочется провести не столько критическое исследование, сколько разъяснить свою собственную точку зрения, в связи с чем я позволю взять на рассмотрение три фундаментальных положения из продуктивных и ценных изысканий Фрейда, которые я считаю ошибочными, поскольку они могут помешать правильному пониманию природы неврозов.

Либидо, проблема цели, «воля к власти»

Первое возражение касается понимания либидо как движущей силы невроза. Именно невроз в большей степени, чем обычное, нормальное состояние показывает, что цель направляет чувство удовольствия, его изменение и силу по соответствующему пути. Так, призвав на помощь здоровые силы своей внутренней энергии, неврастеник может, так сказать, следовать за соблазном получения удовольствия, в то время как для его воспаленного мозга «высокие цели» вступают в действие. Если либидо перевести как «любовь» со всевозможными ее значениями, то тогда, умно и во всей полноте используя формулировки, можно как угодно изложить словами любое событие в космосе, — но только не суметь его при этом объяснить. Взяв на вооружение подобный парафраз, многие люди думают, что в любом человеческом побуждении присутствует «либидо»; в действительности же счастливый исследователь извлекает только то, что сам когда-то заложил. Последние интерпретации Фрейда как будто бы показывают, что его теория либидо почти стыкуется с нашей точкой зрения о социальном интересе и стремлении человека к идеалу собственной личности («идеал моего ego»). В интересах растущего взаимопонимания эти поправки Фрейда можно только приветствовать.

Мы пришли к выводу, что целью неврастеника является повышение его чувства собственного достоинства (Erhohung des Personlichkeitsgefuhls), и простейшую формулу этой цели можно обнаружить в преувеличенно подчеркнутом мужском протесте. Суть этой формулы: «Я хочу быть настоящим мужчиной»; и она является главной «идеей фикс» (так сказать, фундаментальной апперцепцией (Иерусалем))в каждом неврозе и требует для себя более высокие неподдельные ценности, чем, скажем, это необходимо для психически уравновешенного индивида. Этой путеводной идее подчиняются и либидо, и сексуальное побуждение, и любая склонность к отклонению, по какой бы причине они ни возникали. Ницшевские «воля к власти» и «желание казаться» содержат в себе большинство идей нашей концепции, которая также перекликается по многим пунктам со взглядами Фере и прежними авторами, согласно которым чувство удовольствия зиждется на вкусе власти, а неудовольствие покоится на ощущении бессилия.

Сексуальная этиология, метафора

Второе возражение касается основного положения Фрейда о сексуальной этиологии неврозов. Вначале Пьер Жане (1894) интуитивно близко подошел к этому положению, когда поставил вопрос: «Следует ли тогда считать сексуальное чувство центром, вокруг которого группируется все остальное, что относится к психике человека?». Полезность сексуальной метафоры заставляет многих, а особенно неврастеников считать ее идентичной сексуальному чувству. Часто можно встретить среди мистиков, например Баадера, подобные обороты. Язык также часто прибегает к аналогии, расставляя значительные ловушки для ничего не подозревающего исследователя. Эта полезность не должна вводить психолога в заблуждение.

Сексуальное удовольствие в неврозах возникает, главным образом, из вымышленной антитезы «мужское — женское» и представляет собой измененную форму мужского протеста. Сексуальные побуждения неврастеника как в его фантазиях, так и в реальной жизни, ориентированы в сторону мужской цели; однако это не столько проявление влечения как таковое, сколько принуждение к нему. Весь синдром сексуального невроза находится не на поверхности, а скрыт внутри; это своеобразная метафора, которая отражает отдаленность пациента от его надуманной конечной цели как мужчины, а также его попыток либо справиться с этой целью, либо навсегда сохранить ее в себе.

Странно, что Фрейд, являющийся знатоком всего символического в жизни, не смог преодолеть условности сексуальной апперцепции, чтобы признать сексуальное особой спецификой, признать его своеобразной modus dicendi.

Детские желания, вызванные целью

Но мы сможем понять это, если рассмотрим третью из главных ошибок Фрейда, которая заключается в том, что неврастеником движут его детские желания (особенно желание инцеста). Он считал, что они возникают каждую ночь (теория сновидений), а также при определенных обстоятельствах и в реальной жизни. Однако в реальной жизни все детские желания сами уже находятся под влиянием выдуманной конечной цели; обычно они и сами имеют характер руководящей, пусть и скоординированной мысли и из-за ее экономичности очень удачно служат в качестве условных показателей.

Больная девочка, которая особенно ощущает опасность извне, в течение всего детства льнет к своему отцу, посредством чего хочет быть выше по отношению к матери, и однажды ей покажется, что ее психологическая связь с отцом является не чем иным, как условным инцестом, как будто она добивается того, что хочет стать его женой.

В то время как ее конечная цель определена и достигнута: разделить с отцом угнетающее ее ощущение опасности. Ее медленное психическое развитие, уязвленная грустными воспоминаниями прошлого память отвечают на предчувствие опасности той же агрессией: она начинает искать убежище возле отца, как будто она является женой. И там она достигает более высокого уровня чувства собственного достоинства, которое для себя определила в качестве цели и которому обязана мужским идеалом своего детства, — и все это было для нее самой высокой компенсацией за собственное чувство неполноценности.

Когда ее пугает чье-то ухаживание за ней или замужество, в тревоге за сохранение чувства собственного достоинства (поскольку соприкасается с большими трудностями в данном случае, чем с отцом), она начинает вести себя весьма символично. Ополчается против своей женской доли и ищет безопасность там, где всегда и находила — рядом с отцом. Она прибегает к какому-нибудь приему, ведет себя несколько нелепо, но тем не менее с успехом может добиться своей цели, чтобы избежать женской роли.

Чем сильнее ощущение опасности, тем крепче эта девочка привязывается к своей «идее фикс» и пытается пользоваться ею почти буквально. Поскольку человеческий разум имеет склонность к символическому абстрагированию, пациент иногда — и даже с определенной долей усилия, анализа — добивается успеха, используя свое нездоровое стремление к безопасности, в применении приема побуждения к инцесту, чтобы, находясь рядом с отцом, иметь преимущество перед другими.

В этом намеренном поведении Фрейду пришлось усмотреть возобновление детских желаний, так как он признал их движущими силами. Нам представляется, что в Данном детском методе, в широком использовании предостерегающего предположения, который мы должны отнести к невротической «идее фикс»; в этой тотальной подготовке, в этой тенденции к строгой абстракции и символизму и присутствуют наиболее подходящие приемы, используемые неврастеником, когда он хочет добиться безопасности, повышения чувства собственного достоинства, мужского протеста.

Невроз демонстрирует нам, как он претворяет в жизнь ошибочные цели и стремления. Источники того, что думает и как действует человек сегодня, можно обнаружить в его детском опыте. Так, касаясь положения Фрейда о «возвращении к истокам», душевнобольной человек не так уж и отличается от здорового. Отличие заключается лишь в том, что психически больной человек строит свои представления на ошибках, которые заходят слишком далеко, и что он выбирает не лучший способ отношения к жизни. Само по себе, возвращение к истокам, к прежнему состоянию это нормальная форма образа мышления и действия.

Сексуальность в состоянии невроза [21]

Ограниченная роль сексуальности

Сексуальное влечение имеет для каждого человека большое значение. Поэтому было бы несерьезным спрашивать, может ли больной обходиться без него. Вопрос скорее состоит в том, считать ли сексуальные мотивы началом и концом всего сущего, включая в этот аспект и возникновение всех невротических симптомов. На это мне хотелось бы ответить кратким описанием, но не сексуального влечения как такового, взятого в отдельности, а их развития в совокупности всех других мотивов.

С точки зрения биологии вряд ли корректно заявлять, что каждый мотив имеет сексуальную окраску, включая потребность есть, видеть, трогать и т. д. И наверное, надо признать, что органическая эволюция привела к развитию всего того, что мы должны считать как видоизменение первоначальных возможностей клетки. Так, орган пищеварения следовал за потребностью насыщения; органы осязания, слуха и зрения удовлетворяли потребность и необходимость чувствовать, слышать и видеть; органы деторождения отвечали потребностям продолжения потомства.

Защита всех этих органов стала настолько необходимой, что она шла по двум каналам: через ощущение боли и удовольствия. Но этого было недостаточно, и, таким образом, получил развитие третий орган, отвечающий за безопасность, это орган мышления, т.е. мозг. Мастерская природы может предоставить вариации всех трех охранительных органов. Могут иметь место как дефекты в различных частях организма, так и повышенная чувствительность боли и удовольствия в неполноценном органе. Самый непостоянный, изменчивый участок, центральная нервная система, получает компенсацию за издержки в самую последнюю очередь.

Утверждение о том, что ребенок — это полиморфное, страдающее половым извращением существо, меняет наше представление о порядке вещей и является не чем иным, как поэтической вольностью. «Сексуальная конституция» может целенаправленно развиваться только через опыт и воспитание, особенно когда мы имеем дело с неполноценностью органов. Даже преждевременное ее развитие может быть подавлено или наоборот расширяться. Садистские или мазохистские влечения представляют собой не что иное, как развитие более безвредных отношений — постоянно присутствующей необходимости в поддержке и стремления к независимости, стоит только подключиться к ним мужскому протесту с его усиленной яростью, злостью и открытым неповиновением. Лишь половой орган и только он содействует развитию сексуального фактора (как в жизни в целом, так и в нервном заболевании. Как сексуальность, так и другие побуждения входят в различные связи с жизненным стимулом и причинами, которые его вызывают. Приблизительно к концу первого года жизни, до того, как сексуальные побуждения достигают заметного уровня, психическая жизнь ребенка уже довольно богата и насыщенна.

Открытое неповиновение и оценка мужественности

Фрейд упоминает точку зрения более ранних авторов, к которым позднее присоединился Черны, о том, что дети, проявляющие упрямство в опорожнении прямой кишки, часто становятся нервными. В противовес другим авторам, Фрейд видит истоки проявления этого непослушания в том, что такие дети испытывают сексуальное наслаждение в тот момент, когда они удерживают фекалии. Хотя мне не приходилось встречаться с неопровержимыми фактами подобного рода, я согласен, что дети, которым действительно присущи подобные ощущения при задержании фекалий, будут предпочитать именно этот вид сопротивления, когда становятся непослушными. Решающим фактором здесь является неповиновение, в то время как неполноценный орган определяет локализацию и отбор этих симптомов.

Я гораздо чаще наблюдал за тем, как такие открыто неповинующиеся дети ходят под себя до или после того, как их привели в туалет или как раз около него. То же самое касается и мочеиспускания у подобных детей. Так же происходит во время еды и питья: стоит только ограничить их в жидкости, их «либидо» возрастает до безграничности. Стоит только рассказать им, насколько важно регулярно питаться, как их либидо падает до нуля. Можно ли всерьез, не говоря уже о том, чтобы действенно, принимать подобные «проявления либидо» и использовать их для сравнений? Я видел мальчика тринадцати месяцев, который еще едва научился стоять и ходить. Если мы усаживали его, он вставал на ноги; если мы говорили ему: «Сядь», он продолжал стоять как будто назло. Его шестилетняя сестра сказала в одном из таких случаев: «Ну и стой», и ребенок тут же сел. Все это — начало мужского протеста. Зарождающаяся между тем сексуальность постоянно подвергается ударам и давлению этого протеста.

Оценка мужских качеств тоже начинается заметно рано. Я наблюдал за годовалыми мальчиками и девочками, которые явно предпочитали лиц мужского пола. Может быть их привлекал голос мужчин, их уверенность, рост, сила и спокойствие. Я отнесся к этой оценке критически и раскрыл ее в рецензии на работу Юнга «О конфликтах в душе ребенка»22, насколько можно судить сегодня, довольно успешно (см., Хитшман, Юнг, 1913). Эта оценка постоянно вызывает желание стать мужчиной.

Однажды я услышал, как маленький мальчик двух лет говорил: «Мама глупая, няня глупая, Тонни (кухарка) глупая, Узи (сестра) глупая, бабушка глупая!» Когда его спросили, что может быть дедушка тоже глупый, он ответил: «Дедушка большой». Все заметили, что он исключил отца из своего списка. Это было воспринято как знак уважения. Но любому понятно, что он хотел объявить всех членов своего окружения женского пола глупыми, а себя и лиц мужского пола умными. Он идентифицировал глупость с женским началом, ум — с мужским. Подобное положение вещей придавало ему самому значимость.

Я отмечал в нескольких своих работах, что особенно у тех детей, которые имеют заметную физическую неполноценность и которые страдают от этого, которые не уверены в себе и больше всего боятся унижения и наказания, развивается суетливость и сильная увлеченность чем-либо, что в конечном счете приводит к неврозу. В раннем возрасте они будут избегать проверок их личных качеств или оскорбления чувств. Они застенчивы, легко краснеют, уклоняются от тестирования их способностей и рано теряют детскую непосредственность. Это стесняющее обстоятельство заставляет их искать защиту. Они хотят, чтобы их баловали или сторонятся всех, страшатся любого вида работы или постоянно читают. Как правило, они не по годам развиты. Их страсть к знаниям компенсирует неуверенность в себе. Довольно рано их начинают занимать вопросы деторождения и различий между полами. Эти напряженные и продолжительные размышления следует понимать как стимул к половому влечению, поскольку примитивные знания о половом акте он уже получил. В этом случае целью также является подтверждение их мужских качеств.

Когда взгляды ребенка, связанные с деторождением и кастрацией, мысли о неудаче или о том, что его может сбить машина или он может задохнуться, возникают во время невроза, они являются ни выражением желания, ни тайными фантазиями, а довольно символично отражают присущий ребенку страх поражения, от которого неврастеник пытается защититься или держит в уме как предупреждение.

Боязнь женского доминирования

Довольно распространенным типом, который я, однако, рассматривал редко, являются сыновья решительных, мужеподобных матерей. В них глубоко сидит боязнь женщины. В их мыслях заметную роль играет тип женщины, которая хочет быть на вершине, стремится выполнять мужскую роль. Или их преследует фантастическая идея о вагинизме, то есть страх не суметь освободиться от женщины, который утвердился у них в результате наблюдений за совокуплением собак. Из чувства осторожности они склонны к преувеличению. Их собственная чувственность кажется им громадной, а женщина становится демонической фигурой. Таким образом, их недоверие и сомнения вырастают до таких пределов, что они становятся невежественными в половых вопросах. Они очень тщательно проверяют и следят за каждой девочкой (Гризельда!). Снова возникает вопрос: действительно ли то, что неврастеник хочет показать нам как либидо, носит истинный характер. Мы бы ответили, что нет. Его ранняя половая зрелость носит навязанный характер. Его мастурбации служат защитой и вызовом женщине — демону, а его любовные интриги нацелены только на победу. Его «рабство в любви» — это игра, смысл которой заключается в том, чтобы не покориться партнеру, а его мысленные и даже физические измены служат тому, чтобы защититься от любви. Они становятся для него ее заменой, но только потому, что он хочет играть главную роль героя и боится оказаться под каблуком у женщины, если он будет вести себя как все нормальные люди. Центральная проблема невроза — фантазии об инцесте — обычно служит укреплению веры в собственное подавляющее либидо и тем самым избежанию всеми возможными средствами любой настоящей опасности.

Случай из практики о сексуальности как выражении устремлений индивида [23]

Я расскажу вам о случае из практики, которым все еще занимаюсь. Но сама структура невроза этого человека уже настолько ясна, что я могу привести выдержки из его истории болезни в качестве доказательства моих утверждений. 22-летний пациент, чертежник по профессии, жаловался на частую дрожь в руках в течение последних полутора лет и на частые ночные поллюции. В пятилетнем возрасте он потерял отца, который еще раньше ослеп и в течение последних трех лет едва мог ходить или даже стоять самостоятельно. Но до 17 лет пациент не знал, что его отец умер от сухотки спинного мозга, болезни, которая, как полагают, может быть вызвана чрезмерным количеством половых актов. К этому времени пациент уже долгое время занимался мастурбацией и у него появились основания бояться за свое будущее.

У пациента до этого момента было достаточно поводов для этой боязни. Будучи маленьким, он был слабее и меньше братьев и сестер, а также товарищей по играм и постоянно искал защиты у своей матери, которая заметно баловала его как самого младшего. Он всегда был робким и застенчивым. Однако вскоре начал настаивать на том, чтобы ему принадлежало последнее слово в играх и он был бы первым среди сверстников, поэтому никто с ним не заводил дружбу. Затем он захотел узнать все как по школьной программе, так и о вопросах половых отношений. Он мечтал стать великим человеком, и он был единственным среди своих братьев и сестер, кто поступил в колледж.

То, что я опишу дальше, отражает проявление мужского протеста в детстве нашего пациента. Он лежал на спине в траве и ему привиделся в облаках отец, который был наверху, над ним в позиции мужчины, а сам пациент снизу в позиции слабой женщины.

Еще совсем недавно у него были некоторые женские черты характера, а ребенком его часто просили играть женские роли в школьных пьесах в одежде девочек. Долгое время мальчик делил постель со своей двухлетней сестрой, что позволило ему удовлетворить его сексуальное любопытство. В мечтах он часто думал об инцесте по отношению к своей матери и сестре.

Его мать была моралисткой, и он мог наблюдать за ее резким отношением к любовным связям старших сыновей. В вопросах о браке своих детей она была главным образом озабочена материальными вопросами и в течение многих лет изводила свою невестку за то, что девушка была из бедной семьи. А так как пациент относился к любимчикам матери, стоит ли говорить, что она управляла им безоговорочно.

У нашего пациента были эрекции и он мастурбировал с девяти лет. Позже эрекция возникала, когда он находился в компании девушек. С 14 лет подросток начал мастурбировать регулярнее. Он больше не нуждался в компании девушек и предпочитал оставаться в одиночестве. Он убедился, что его сексуальное либидо было таким громадным, что с ним было трудно справиться.

Когда юноша узнал о болезни своего отца и ему пришлось признать, что его отец был таким же чувственным, как и он сам, то это стало для него таким шоком, что он тотчас же перестал мастурбировать. Иногда он позволял себе поцеловать девушку, несмотря на страх, что возникнет эрекция, но после этого довольно долго избегал любого места, где можно было бы встретить девушек.

Было ли его либидо таким большим, как он предполагал? Действительно ли оно было так велико, что он должен был предохраняться от столкновений с девушками? Определенные моменты указывают на совершенно обратное. Мальчик вырос в сельских условиях, а затем жил один в колледже, где было много возможностей для сексуальных отношений. Некоторые девушки всерьез пытались завоевать его. Как уже отмечалось выше, узнав о болезни отца, он сразу перестал мастурбировать. Вскоре после этого у него были нормальные половые отношения, но не слишком часто, поскольку его легко удерживала от них мысль о цене подобных связей. Девушек, желавших оказать ему услугу, он оставлял после их завоевания из боязни, что не сумеет отделаться от них позже. Он представлял себе каждую женщину в роли демона, чрезвычайно чувственной, жаждущей власти над ним, и по отношению к которой он может оказаться слабее. Но оставался сильным. В то же время он смотрел на женщин свысока, считал их неполноценными, приписывал им эгоистические побуждения в поступках.

Два года назад он встретил красивую, но бедную девушку, которая сразу очаровала его. Когда они думали о свадьбе, он стал страдать от частых поллюций и преждевременных эякуляций и импотенции во время встреч с проститутками. Именно тогда появилась дрожь в руках на работе, в связи с чем он чертил с большим трудом и стал заикаться. Но эти симптомы давали о себе знать только после полового акта или поллюции накануне ночью.

Наиболее очевидное предположение, объясняющее его дрожь, что он видел подобное состояние своего отца и теперь только повторял его, не убедило пациента. Но он вспомнил старого школьного учителя, который также дрожал и заикался. Потом наш пациент заметил, что подобное происходит с людьми в возрасте, которые в молодости имели частые половые акты. Он также читал памфлет, в котором заикание и дрожь считались последствиями поллюций.

Среди мыслей, не дающих ему покоя, были мысли о близкой женитьбе. Его мать будет недовольна; богатые родственники будут смотреть на него сверху вниз; девушка, возможно, выходила за него только из материальных интересов; она была чувственна и в конце концов подавила бы его своей страстью; он сам отличался чувственностью, и последствия его мастурбаций, поллюций и половой жизни уже дали о себе знать. Оперируя этими доводами, он порвал с девушкой, не представляя на самом деле, как он может от нее избавиться полностью. Его сомнение эквивалентно его отказу и в то же время это своеобразная защита от других девушек. Дрожь в руках уводит от главного страха пациента — снова оказаться под властью женщины, как это было у него в отношениях с матерью. Он дрожит, чтобы избежать судьбы своего отца или старого учителя. Он дрожит, чтобы избежать демонических женщин, так же, как и своей собственной чувственности. Он дрожит потому, что хочет, вопреки себе, удовлетворить потребности матери и отказаться от женитьбы на этой девушке и тем самым в конце концов вновь доказывает свою зависимость от женщины.

Есть довод, говорящий о причине его чрезвычайной сексуальности, так же, как и его эрекций и поллюций. Последние происходили часто потому, что он хотел и нуждался в них, потому что постоянно думал о сексуальных контактах, представляя их в своем воображении.

Я снова спрашиваю, как можно расценивать половое влечение данного неврастеника, где все стало придуманным, искаженным, преувеличенным, специально организованным и представляло собой умышленно неестественное явление, но и положительное качество и проявление ответственности в одно и то же время?

Следующее сновидение отражает все эти особенности и подчеркивает наиболее важную тенденцию в его снах — охранительную. «Пышногрудая молодая женщина сидит на постели. Я не знаю, что она говорит». Он думает о проститутке, и разум покидает его, когда он видит обнаженную женщину. «Она пытается соблазнить меня». Демоническая женщина. «Я хотел подойти, но в последний момент понял, что близок к поллюции, и ушел от нее». Попытка взять курс на жизнь без женщин. Весь сон был предупреждением против поллюций и половых связей, как факторов, вызывающих сухотку спинного мозга.

Простое объяснение того, что туберкулез спинного мозга является результатом сифилиса, не имело воздействия. Только осознание пациентом, что его дрожь в руках является проявлением ненормальной предохранительной тенденции, помогло от нее избавиться.

В чем же суть проблемы его страха? Его фантазии относительно инцеста служат также цели обеспечить веру в его преувеличенные, криминальные выдумки. Подавление склонности к мастурбации, что оказалось для него довольно просто, вызвало замену их другим эквивалентом или лучшей защитой — поллюциями. Только когда он фактически уже женился и лишь испугался вновь оказаться под гнетом как прежде (не как мужчина, отец — сверху), вновь попасть под влияние женщины и тем самым признать свою неполноценность, он «заболел».

Между прочим, он также едва переносил насилие со стороны мужчин, будь то его коллега, которого он постоянно унижал и с которым был в плохих отношениях; будь то учителя, которые часто появлялись в его кошмарах об экзаменах; или его босс, перед которым он в определенные дни испытывал сильнейшие приступы страха.

Как в таком случае сексуальность связана с неврозом и какую роль она играет в нем? Все это начинается и развивается, когда присутствуют сильное мужское начало и комплекс неполноценности; его расценивают как нечто огромное, чтобы человек мог защититься в один прекрасный день, или, если это выгодно, данный факт обесценивается и просто игнорируется. Вообще нельзя принимать сексуальные порывы неврастеника или нормального человека как искренние и считаться с ними, не говоря уже о том, чтобы продолжать рассматривать их, независимо от того, как они расцениваются, фундаментальным признаком здорового или душевнобольного человека. Они никогда не являются причиной, а лишь отработанным материалом и средствами стремлений личности.

Подлинное отношение к жизни можно ясно усмотреть уже в первых сновидениях и воспоминаниях индивидуума. Это доказательство того, что воспоминания представляют собой что-то вроде планомерной процедуры.

Самое раннее запомнившееся сновидение нашего пациента было примерно в пятилетнем возрасте. «Бык преследует меня и хочет забодать». Больной уверен, что видел этот сон сразу после смерти отца, который долгое время был прикован к постели. Когда проведем связь этого сна с его фантазией об отце в облаках (Бог?), становится очевидным страх мальчика перед смертью. Последняя «реконструкция» (Берстайн, 19.13), возможно, приняла во внимание сухотку спинного мозга у отца и его смерть, которые так потрясли пациента. Бык, по-видимому, представлял мужское начало для мальчика, который вырос в деревне и знал, что тот, кого преследуют, исполняет не мужскую (а значит, женскую) роль. Даже если не заходить далеко в объяснениях, видно, что мальчика мучает какое-то тревожное предчувствие.

Второй сон продолжает те же дурные ожидания. Он чувствовал, как будто выпал откуда-то и приземлился на твердую поверхность. Сновидения о падении всегда свидетельствуют о пессимистической озабоченности спящего, который борется с плохими условиями, тем, что может оказаться «снизу».

По мнению пациента, самым ярким воспоминанием детства был его первый школьный день, когда он пришел в школу для девочек и плакал, когда его отослали в школу для мальчиков. Мы можем рассматривать это воспоминание как метафорически выраженное желание не быть слабым, жалким, умершим под чьим-либо влиянием, как его отец, но добиться здорового и крепкого будущего в соответствии с женской ролью, которую он нашел в своей сильной матери, ведшей свои дела по утверждению всех как мужчина.

Сомнение (из-за недостаточной подготовленности) в своей мужской роли со всеми его проявлениями, включая сюда и неврастенические явления, стало основой его психологической жизни. Его сексуальная жизнь с необходимостью стала ему соответствовать.

Критика сдерживания чувств

Сдерживание чувств — распространение культуры

Я могу предположить в этой связи, как «сдерживание чувств» рассматривалось и описывалось Фрейдом. Тем не менее, причина подобного сдерживания, а также путь от подавления чувств к неврозам вовсе не так очевидны, как обычно представляется фрейдистской школой. В попытках объяснения создано очень много вспомогательных истолкований, часто бездоказательных или даже не обоснованных, не говоря уже о том, что эти объяснения в самой ясной манере прибегают к помощи аналогий из области физики или химии, таким, как «запруживание», «фиксация», «увеличение давления», «тяготение», «отлив на детскую тропу», «проекция», «регрессия».

Причины сдерживания чувств представлены слишком суммарно в исследованиях этой школы и носят характер догматических стереотипов, а также интуитивных выводов, основания которых стоят того, чтобы их определить. Если рассматривать успешное и безуспешное сдерживание чувств, эта проблема становится еще более мистической, если проследить ее в «сексуальном плане». Простое определение сдерживания чувств, тем не менее, не имеет психологической подоплеки. Причины «сублимации» и «образования замены» должным образом не объяснены; вместо этого та же идея повторяется другими словами.

Термин «намеренное сдерживание чувств» используется не более как запасной выход, показывающий, что возможны различные изменения в способах действия; и это вряд ли имеет какое-либо отношение к теории неврозов. Таким образом, принимается во внимание: сдерживаемые побуждения и синдром желаний, сдерживаемые комплексы, сдерживаемые фантазии, сдерживаемые попытки, сдерживаемые желания.

И знаменателем всего этого является парящая как dius ex machina магическая формула — удовольствие, о котором так удачно выразился Ницше: «Все виды удовольствий мечтают о вечности, бездонной, бескрайней вечности» (Заратустра, III, 15). И у Фрейда мы находим следующее: «Человек не может отказаться ни от одного из удовольствий, которые он когда-либо испытал».

На фоне этого предположения возникают такие необычные формы, что у последователей Фрейда непременно можно будет увидеть: мальчика, которого принуждают сосать материнскую грудь, неврастеника, который вновь и вновь ищет наслаждения в купании в вине или в наркотической купели; а касаясь более добродетельной сферы, можно увидеть мужчину, который ищет единственную для него девушку и не сможет никогда ее найти, потому что он по сути ищет никем незаменимую мать.

Данный способ наблюдения показал определенное продвижение в методологии. Однако он поддался материализации и своеобразной остановке психики, которая в реальной действительности постоянно занята работой и думами о будущем. Принятие концепции комплексного характера проблемы стало дальнейшим шагом вперед в сторону приоритета топологического подхода над динамическим. Естественно, дело не зашло настолько далеко, чтобы принцип энергетики (все находится в состоянии непрерывного движения) оказался бы поздно родившейся идеей.

Отсюда возникает конкретный вопрос: является ли сдерживание чувств движущим фактором неврозов или (как мне хотелось бы представить это на время в качестве нейтральной терминологии) этим фактором является сама возбужденная, раздраженная психика, при изучении которой мы также можем обнаружить момент подавления чувств?

В связи с этим прошу обязательно отметить: феномен сдерживания чувств возникает под давлением культуры, под давлением внутренних побуждений личности, которыми управляют мысли о ненормальном сексуальном сложении и раннем половом созревании.

Вопрос: Откуда исходит наша культура?

Ответ: Она исходит из сдерживания чувств.

Попытки и подходы к окружающей действительности

А что можно сказать о концепции «внутренних побуждений», такой же расплывчатой и малосодержательной, как и некоторые другие? Разве эти побуждения не имеют того же «чувственного» характера, как и сексуальные побуждения? Внутренние побуждения не являются застывшими и изолированными, но, согласно наблюдениям индивидуальной психологии, они представляют собой усилия и подходы к сближению с окружающей жизнью, желание индивида быть значимым, стремление к власти, доминированию, стремление быть по положению «наверху». На основе этого понимания мы должны теоретически и практически заострить внимание на двух возможностях: желание стать значимым а) может сдерживать, подавлять или смягчать определенные побуждения; б) оказывает главным образом стимулирующее воздействие.

Основной фактор для нас это культура, общество и его институты. Побуждения, удовлетворение которых обычно рассматривается как цель, должны быть сведены к средствам, определяющим направление развития с тем, чтобы приступить к их удовлетворению в неопределенном будущем. Глаз, ухо, а также кожа приобрели специфическую способность расширения нашего радиуса эффективности пределами телесной пространственной сферы. Посредством предчувствия наша психика переступает через настоящее, то есть временно становится выше ограничений примитивного удовлетворения побуждений. Увеличение усилий здесь так же настоятельно, как и сдерживание чувств; и такие отношения включают в себя необходимость в обширной защитной системе, в которой неврозы — лишь небольшая часть. Это означает, что неврозы представляют собой прежде всего защитный механизм.

Эти усилия начинаются с момента рождения и изменяют все физические и психологические тенденции до такой степени, что то, что мы видим, например, никогда не является чем-то оригинальным и первостепенным, чем-то, не подвергшимся какому-либо влиянию, или чем-то, изменившимся только в последнее время. Вместо этого процесс адаптации ребенка направляет и видоизменяет его побуждения до тех пор, пока он не приспособится каким-то образом к окружающему миру. На этом первом этапе жизни никто не может говорить ни о постоянной модели, ни об отождествлении, когда ребенок ориентируется на какую-либо конкретную модель, так как это единственный путь для немедленного удовлетворения желаний.

Если мы примем во внимание различные способы и темп, с которыми желания удовлетворялись где-либо и во все времена, а также то, как сильно это зависело от социальных институтов и экономических условий, мы придем к заключению, аналогичному вышеприведенному, а именно, что удовлетворение желания и соответственно его качество и сила во все времена различались и потому не поддаются измерению. Как отмечалось раньше, исследования полового влечения у неврастеников привели меня к заключению, что явно возбуждающие чувственность и сексуальные наклонности неврастеников, так же как и у здоровых людей никоим образом не позволяют делать вывод относительно силы и характера их полового влечения.

Адаптация, послушание и непослушание

Каким образом ребенок приспосабливается к определенной семейной обстановке? Вспомним, как различаются детские организмы, даже в течение первого месяца жизни, когда еще мы можем постичь общую картину. Некоторые дети никогда не могут насытиться, другие вполне умеренны в еде; некоторые отказываются изменять свою диету, другие же едят все подряд. Это касается слуха, зрения, выделений, купания и отношений к другим людям в своем окружении. Все же уже в первые дни ребенок чувствует свою защищенность, когда мы берем его на руки. Воспитательные воздействия, облегчающие жизнь ребенку, имеют здесь большое значение.

Уже эти первые шаги адаптации к миру несут в себе эмоциональное отношение к окружающим людям. Ребенок спокоен, чувствует себя в безопасности, любит, слушается и т. д.; или он становится неуверенным, робким, вызывающим и непослушным. Если с ранних лет вмешательство в жизнь ребенка будет носить разумный характер, то это будет содействовать созданию атмосферы жизнерадостности и прощения; и едва ли ребенок почувствует принуждение, которое содержится в воспитании. С другой стороны, ошибки в воспитании, особенно когда организм недостаточно развит для таких недостатков и чувства неудовольствия, что ребенок начинает искать защиту. В общем, из этой ситуации вытекают две основные тенденции: чрезмерная покорность или протест и стремление к независимости. Послушание или неповиновение — человеческая психика может пойти в любом из этих направлений.

Эти определяющие направления видоизменяют, сдерживают или принимают каждый возникший импульс до такой степени, что любые явно врожденные мотивы могут быть понятными только сквозь призму этой точки зрения: «Прекрасное — это дурное, все дурное — это прекрасное», — как говорится в песне ведьм из «Макбета». Горе становится радостью, страдание сменяется удовольствием, жизнь теряет смысл, а смерть кажется желанной, как только в жизнь ребенка вторгается неповиновение. То, что любит его противник, он будет ненавидеть, и то, что другие не принимают, будет оцениваться высоко. То, что запрещает культура, что не рекомендуют родители и учителя, именно это и будет выбрано как самая желанная цель. Объект или личность будут иметь ценность лишь в том случае, если другие пострадают от этого. Непослушные люди всегда сами докучают другим, и в то же время считают, что это их преследуют. Таким образом, возникает алчное и опрометчивое желание, имеющее одну лишь аналогию, а именно: смертельная борьба всех против всех, разжигание зависти, скупости, тщеславия и амбициозности в нашем современном обществе.

Напряженное отношение одной личности к другой носит слишком выраженный характер в неврастенике. Его главное побуждение настолько усиливается, что он постоянно ощущает себя охотником за своим триумфом. Обращение неврастеника к нарушениям, присущим ему в далеком детстве, таким, как сосание большого пальца, энурез, обкусывание ногтей и заикание, можно объяснить следующим образом. В случаях, когда подобные, носящие явно чувственный характер наклонности становятся постоянными, мы с уверенностью можем говорить о непослушании.

Это же относится и к пресловутой мастурбации, раннему половому развитию и преждевременным половым связям. Я знал семнадцатилетнюю девушку из хорошей семьи, которая жила половой жизнью с 14 лет. Тем не менее она была фригидна. Когда бы она ни ссорилась со своей матерью, а такое случалось постоянно через короткие промежутки времени, девушка всегда знала, что день она завершит половой связью. Другая девочка мочилась в постель, а также пачкала ее фекалиями после каждого упрека со стороны матери.

Отсутствие успеха в школе, забывчивость, неудовлетворенность деятельностью и постоянная подавленность подобны у неврастеника проявлению протеста. В борьбе против оппонента эти средства представляются ему ценными, хотя я и не утверждаю, что приятными. Частичное описание подобной психики дано Зигмундом в «Валькирии» Вагнера: «Сколько бы я ни встречал их, где бы я их ни находил, ухаживал ли за другом или братом, я всегда подвергался остракизму. Несчастья преследовали меня. То, что я считал правым, другие считали неверным. Что бы ни казалось мне дурным, другие высоко ценили это. Я ввергался в борьбу, куда только ни попадал. Куда бы ни уезжал, везде встречался со злостью. Когда жаждал счастья, получал лишь боль». Так развивается характер неврастеника, который я описал более подробно в работах «О склонностях неврастеника»[25] и «О структуре невроза»[26] .

Стремление к своей значимости в состоянии невроза

Приведу два случая из практики.

В силу каких причин происходит это страстное желание к собственной значительности, получения удовольствия в извращенной форме (Lust am Verkehrten), это вызывающее следование ошибкам, эти меры по безопасности против всего того, чего слишком много или слишком мало, — почему же больной прибегает ко всему этому, умаляющему его личность, чтобы только затем или где-нибудь отстоять свои права?

Как вы знаете, я выделил два существенных момента в психологическом развитии личности, ответственных за эту ситуацию, которые представлены мною здесь чисто конспективно. Первый из них связан с появлением повышенного чувства неполноценности, которое я всегда рассматривал в совокупности с недоразвитием отдельных частей организма. Другой лежит в плоскости более или менее выраженного симптома ранних страхов впасть в положение женской роли. Оба эти момента в такой степени выражают склонность к бунту и неповиновению, что всегда способствуют дальнейшему развитию невротических проявлений, независимо от того, считают ли пациента нормальным, лечат ли его от невроза, приписывает ли он себе роль героя или преступника.

С этой точки зрения ощущения больного всегда имеют искаженный характер. Мы имеем уже дело не с простыми и естественными взаимоотношениями, но с погоней, а затем и с присваиванием себе надуманных побед, которые умозрительно видятся соблазнительными впереди и формируют болезненную манию к ним. Жизнь и помыслы неврастеника более устремлены в будущее, нежели у здорового человека, и он обычно избегает ежедневных ситуативных тестов, предлагаемых жизнью. Очень часто самые характерные черты неврастеника скрыты от посторонних глаз. И это объясняет тот факт, что когда я давал по ним разъяснения, их признавали редкими, относящимися исключительно к эксцентричности.

Что же говорит неврастеник по поводу наличия у себя этих черт? Некоторые осознают их присутствие, даже если и не понимают их степени и значения. Многие, однажды признав их существование, затем забывают о них в силу своей амбиции и тщеславия. Позднее они могут обезопасить себя от этого недостойного эгоизма каким-нибудь противоположным действием. В таких случаях мы наблюдаем, как проявление эротических побуждений нездорового толка, например, жадность, мстительность, злобность, жестокость, заменяется другими побуждениями этического характера. Таким образом, «страсть быть значительным» должна находиться глубоко внутри и руководить оттуда всем поведением больного.

Случай 1. Хорошим примером подобного проявления сдерживания чувств является случай с заиканием, о котором я делал сообщение в своей лекции перед обществом философов в Вене.

Заикание является расстройством, которое во всех отношениях вызывается механизмом мужского протеста. Наш пациент вручил 7-му району Вены пожертвование в размере 20 тысяч крон на благотворительные цели. При всей внешней щедрости он был невероятно скуп. Так, ему необходимо было в урочное время прийти в известный ресторан, находящийся в самом центре города, к тому же в этот момент он ощущал чувство голода. Несмотря на дурное настроение и усталость, он тем не менее весь путь прошел пешком. Как впоследствии показал анализ его действий, он отказался от транспорта из желания сэкономить деньги. Как и во всех случаях невроза, больной хотел иметь все для себя, все деньги, всех женщин, всех людей и непрерывно при этом стремился унижать других.

Он пристрастно относился к тому, как оценивают его особу окружающие. Он мог бы вести и жизнь аскета, если бы это принесло ему всеобщее признание; он мог бы всецело погрузиться в учебу, если бы встал вопрос о том, чтобы превзойти других; он мог бы быть щедрым и милосердным, если бы люди это заметили; но был скуп даже в мелочах, когда видел, что никто его не замечает. При виде успеха другого человека у него сразу портилось настроение; видя, что предпочитают не его, он бросался в атаку. Больной постоянно находился в ссоре со своим отцом и не боялся прибегать к угрозам самоубийства, когда возникала необходимость проявить свою волю. Его заикание также было направлено против отца, расстраивало все отцовские планы, что создавало для нашего пациента большие возможности для маневра. В то же самое время он обезопасил себя от вступления в брак. Молодой человек порывал любые отношения со всеми девушками по истечении некоторого времени, объясняя это тем, что поскольку он заикается, то не может жениться. Подобный пример «череды любви», как называл ее Фрейд, который ошибочно относят к Эдипову комплексу, возник потому, что наш пациент хотел иметь всех женщин, подобно Дон-Жуану, и боялся только двух вещей, от которых хотел себя обезопасить: 1) что подпадет под пяту женщины и будет служить для нее неким средством и ему придется отказаться от других; 2) что со своим эготизмом (который он осознавал, хотя это проявлялось только в эмоциях, но не в каких-либо намерениях) он станет плохим мужем и отцом и, таким образом, будет обманут женой и детьми в качестве наказания за это.

Вскрытие подобных черт протеста обычно является первой частью анализа, за которым, как правило, следует улучшение; однако периодически проявляется и сильное противодействие, выражающееся в попытках принизить значение терапевта.

Случай 2. Следующий мой пациент прибыл на лечение из Венгрии и, как выяснилось из собеседования, по причине того, что он не мог вынести, как его сестра, также прошедшая у меня курс лечения, хорошо отзывалась обо мне. Вы скажете, что он любил свою сестру. Правильно. Но только в том случае, если она была хорошего мнения о каком-либо другом мужчине. Вначале пациент был вежлив, покорен. Он скромен, преисполнен сдержанности и открытости. Когда же я раскрыл ему его мстительность, жадность, непорядочность и зависть, он пребывал в ярости в течение долгого времени, но в конце концов согласился со всеми моими оценками. Однако он также объявил, что отныне ему придется остаться в клинике до тех пор, пока не наступит улучшение, даже если на это уйдет несколько лет. Когда я ответил, что он будет находиться у меня столько, сколько я посчитаю нужным, он задумался, затем спросил с улыбкой: «Кто-нибудь из Ваших пациентов уже покончил с собой?» Я ответил: «Еще нет, но я готов к этому в любое время». «Выбить оружие из рук противника» — такова цель любой психотерапевтической тактики, когда необходимо ослабить нездоровые приемы неврастеника.

Помимо всего прочего, этот пациент страдал также бессонницей. Он настоял на том, чтобы мы обсудили этот момент, доказывая, что получит облегчение, только если вернет себе назад свой спокойный сон. Раскрытие этого недуга прошло без эксцессов, и вскоре он полностью избавился от бессонницы. Однако он сообщил мне об этом только через продолжительное время.

Сумел ли больной избавиться от нездоровых черт? Нисколько. Стал очевидным весь его мужской протест, однако не в том виде, который казался ему обидным, как внутренне, так и внешне. Однако Фрейд примерно так же описывает результаты безуспешного подавления побуждений личности. Отголоски сдерживаемых побуждений всегда можно безошибочно распознать в неврозах, в изучение которых он сам внес существенный вклад. Их можно наблюдать не только в фантазиях неврастеника и его грезах, но прежде всего через психоанализ, который учит нас понимать низкую и высокую степень дисгармонии, а также отсутствие у больного общих точек соприкосновения с реальной жизнью, и содействует разрешению этих проблем.

Перерождение чувства неполноценности в мужской протест и начало невроза

Естественно, наша работа будет неполной, если остановиться только на раскрытии образа неврастеника. Однако это тоже важно, если учесть, что знание данного аспекта представляет собой предостережение для больного. Более трудная часть лечения в моей практике почти всегда переходит в разрешение двух вопросов психологического развития неврастеника и ведет к источникам невроза: чувству неполноценности и мужскому протесту.

А сейчас обратимся к главному вопросу: в силу каких причин неврастеник становится больным? С какого момента невроз становится очевидным? Фрейд уделил этому аспекту меньше всего внимания. Однако известно, что он допускает наличие причины в некой случайности, из-за которой усиливается сдерживание побуждений и приобретает новые очертания старый конфликт психологического свойства. В этом случае определенно теряется всякая ясность. Возможно, последующее обсуждение поможет разрешить данную проблему.

В своей практике я пришел к выводу, что человек, склонный к неврозам и фактически всегда страдающий, на любое проявление пренебрежительного отношения или даже намек на него реагирует резким или привычным нападением. Это определяет время начала невроза. Новые импульсы к сдерживанию чувств имеют случайный характер и под ярко выраженным давлением мужского протеста формируют побуждения к достижению значимости и собственной безопасности.

Случай из практики о сексуальности (продолжение) [27]

Страхи по поводу женского превосходства

Подобные страхи я хочу продемонстрировать на примере с уже упоминавшимся пациентом. Наш больной вспомнил, как у него впервые возникла дрожь в руках во время игры на скрипке; это произошло в тот момент, когда ему предстояло твердо пообещать жениться на Альбертине, девушке, которую он явно очень любил. Из-за возникшей дрожи он прекратил игру на скрипке. И выясняется следующее. Альбертина была превосходной пианисткой, и он часто подумывал о том, что неплохо бы аккомпанировать ей на скрипке, если только он превзойдет ее в игре на инструменте. А если он женится на ней, возможно, у них будет и совместный концерт, на котором его жена будет определенно выделяться в лучшую сторону. Этот страх преследовал ею всю жизнь: жена, которая во всем может стать выше его.

Я еще не встречал такого неврастеника, который не боялся бы всего этого, пусть даже в самой глубине души. Из литературы мне хотелось бы только напомнить случай, связанный с Гановером, переложенный Александром Виттом; кроме этого, совершенно аналогичный случай, взятый из мемуаров Стендаля. Оба случая демонстрируют нам детские воспоминания женщины, перешагнувшей через дитя. Небылицы о великаншах, которых называли Валькириями, о женщинах, связывающих или истязающих мальчиков и делающих это временами в форме псевдомазохизма; сказки о ведьмах, нимфах, женщинах с мужскими гениталиями, с рыбьим хвостом; или нечто схожее с детским воспоминанием Леонардо да Винчи, — довольно часто встречаются и находят отражение в сходных фантазиях у неврастеника, связанных с рождением ребенка, кастрацией или желанием играть роль девушки. Последнее часто встречается в мягкой форме в виде вопроса: «Что же может чувствовать девушка?»

У нашего больного было подобное воспоминание детства, оно касалось образа служанки, которая была выше его. А это означало: «Женщина сильнее мужчины!» Ранние детские воспоминания, подобно мечте о выборе профессии, всегда содержат в себе личностные наблюдения за жизнью, независимо от того, являются ли эти воспоминания подлинными, вымышленными или переосмысленными (Бирштейн, 1913).

Эта реминисценция детства нашего пациента не была ничем не заглушена и не забыта, однако ее ничто не связывало с его нынешним и прежним психологическим состоянием и таким образом она была лишена значимости. Имела ли здесь место какая-либо причинная связь? Никто не может этого утверждать. История болезни больного показывает, что его воспоминания берут начало в детстве, проведенном с энергичной матерью, которая, будучи вдовой, одна руководила всем своим хозяйством, вполне обходилась без мужа и про которую люди говорили, что она была похожа на мужчину. Мать, баловавшая его, а также, конечно, наказывавшая, определенно была для него недосягаемой.

Когда впоследствии пробудилась его острая тоска по поводу того, что он, будучи слабым ребенком с телосложением девочки, писающий в постель, за что его часто высмеивали и наказывали, должен стать мужчиной; и когда он стал выражать свой мужской протест в мыслях, грезах и в открытом протестующем желании мочиться в постель, — на помощь ему приходили воспоминания о том, как часто во время участия в школьных пьесах он облачался в девичью одежду и как в свой первый школьный день он пошел со своими старшими сестрами в женскую гимназию и как слезно противился пойти в мужскую. К тому же имелись еще и другие усугубляющие мотивы, которые все дальше уводили его в сторону мужского протеста. Его волосяной покров появился поздно, а пенис оказался короче, чем у его ровесников. Он ставил перед собой все более высокие цели, он хотел достигнуть совершенства в невероятных вещах, хотел быть первым в школе, в профессии, пока не встретил Альбертину, превосходство которой испугало его.

Склонность к унижению

Наш пациент унижал всех девушек и женщин, включая и свою мать, обычным способом, далеким от страха. В них не было смысла, не было проявления независимости, они были поверхностны и незначительны. Вот слова Гамлета: «Вы приплясываете, вы припрыгиваете, вы начинаете щебетать и давать прозвища божьим созданиям, и хотите, чтоб ваше беспутство принимали за неведение. Нет, с меня довольно: это свело меня с ума». Наш больной к сказанному добавлял свое, а именно, что женщины дурно пахнут.

Фактор обоняния. Между прочим, Фрейд неоднократно придавал фактору обоняния особое значение в качестве сладострастного, чувственного, возбуждающего компонента; однако, как показывает практика, этот феномен представляет собой скорее всего невротический обман. 54-летнюю пациентку, серьезно заболевшую нервным расстройством из-за страха деторождения, до конца курса лечения преследовало следующее недвусмысленное наваждение: «Я распаковываю яйца, а они все воняют. Я говорю: «Фу, как они пахнут!» На следующий день предложили приехать ее мужу. К тому времени она отказала в компетентности всем крупным специалистам по медицине в Германии и Австрии.

Нервнобольная актриса в разговоре о своих любовных похождениях сказала: «Я совсем этого не боюсь, и я фактически полностью свободна от моральных устоев. Но есть только один момент: я заметила, что все мужчины дурно пахнут, и это оскверняет мое эстетическое чувство». Станет понятно, что с таким отношением любой может позволить себе быть аморальным, не подвергаясь никаким опасностям. Мужчины-неврастеники ведут себя подобным же образом; это есть их месть по отношению к женщинам.

Европейцы и китайцы, американцы и негры, евреи и арийцы надуманно укоряют друг друга за запах, якобы исходящий от их визави. Четырехлетний мальчик, проходя каждый раз мимо кухни, говорит: «Ну и воняет». Повар — его враг. Нам хотелось бы назвать этот феномен «тенденцией пренебрежения», аналогию которой можно найти в басне о лисе и зеленом винограде.

Сексуальные отношения. Откуда проистекает тенденция пренебрежения? Она возникает из-за страха оскорбления в адрес собственной чувствительности. Она подобна тенденции самосохранения, получившей толчок для достижения значительности, и психологически имеет ту же окраску, что и желание быть выше, вкушать сексуальные победы, летать или стоять на приставной лестнице, на краю лестничного пролета, на фронтоне дома. Довольно часто встречается такая картина, когда неврастеник одновременно питает к женщине пренебрежение и имеет к ней же тягу к половой близости. Чувства неврастеника выражаются откровенно: «Я хочу унизить женщину посредством полового сношения». Потом он, вероятно, оставит ее и обратится уже к другим. Я называю это неврастеническим донжуанством. Оно соответствует «череде любви», введенной Фрейдом, которую он интерпретирует в эксцентричной манере.

Унижение матери, так же как и всех других женщин, побуждает многих неврастеников искать убежище в среде проституток, где они избавляются от нудной необходимости умалить достоинство женщин, и, кроме этого, видят яростное отношение к себе со стороны родственников. Юноша знает или подозревает, что быть мужчиной — значит быть наверху. Обычно мать для него женщина, с которой он пытается установить дистанцию. Он хочет играть роль мужчины по отношению к ней: унизить ее и возвысить самого себя. Он даже может называть ее обидными словами, бить или насмехаться над ней, становится непокорным и буйным в общении с матерью, пытается командовать ею и т. д.

Эдипов комплекс или мужской протест?

Насколько сильно и имеет ли вообще место в данном случае либидо, совершенно все равно. Мужской протест неврастеников может также обернуться против других девушек и женщин; и, как правило, по отношению к служанкам и гувернанткам на почве их малейшего сопротивления. Позже он привыкает к мастурбации и поллюциям, сочетая их в своем предохранении от демонической женщины.

Это наблюдение также относится и к нашему пациенту Когда он не мог достичь своей цели стать хозяином положения с матерью, он переходил на служанку, с которой в возрасте 6—7 лет имел больше успеха. Он видит ее нагой и забирается ей под юбку. До настоящего времени эта форма агрессии была основной формой его сексуальной активности. Он мог иметь половую связь только с проститутками до тех пор, пока ему приходилось доказывать себе, что он не может жениться. Потом начались поллюции и половое бессилие, наступил страх перед чудовищной сексуальностью на фоне страшного будущего с его параличом и дрожью в преклонные годы. Или, скажем так: дрожь, заикание наступают как поллюция и импотенция, потому что могут защитить его от женитьбы. Возможно, он смог бы вовремя порвать отношения с Альбертиной и избавиться от невроза, если бы на авансцене не появился третий объект. Для его гордости это было уже слишком много. Однако он не хотел огорчаться, хотя и не мог этого до конца понять. Возникшее сексуальное влечение, желание обладать Альбертиной полностью овладели его сознанием. Но подсознательное твердо говорило ему «Нет» и удерживало от ухаживаний за девушкой, выдвигая доводы, настраивающие против женитьбы. В этом же русле была и его мысль: «Я могу жениться, только если у меня будет хорошая работа». Однако доводы против стали настолько прочными, что идея о браке отпала сама по себе.

Что же оказывало давление на нашего пациента, что тревожило его? Возможно, сексуальный мотив, либидо? Он настолько чувствовал в себе наличие этих импульсов, что только и думал, как бы от них избавиться. Наваждение? Его наваждением, говоря коротко, было ощущение того, что женщина оказывается выше и сильнее его. Мне пришлось многое сделать, чтобы показать ему связь между этим и схожими с ним наваждениями и его неврозом. Однако затем обнаружилось, что наваждение само по себе было лишь средством для достижения собственной значимости, пусть и окольными путями.

Подавил ли он в себе сексуальные побуждения по отношению к своей матери, иначе говоря, страдал ли он от Эдипова комплекса? В моей практике было много больных, которыми сильно овладел этот Эдипов комплекс, без видимых признаков к улучшению. В то время как один из них ценил в Эдиповом комплексе мужской протест, другой при объяснениях не мог уж просто ограничиваться фантазиями и желаниями. Когда-нибудь мы поймем, что явный Эдипов комплекс это всего лишь верхушка айсберга, которым является нервная болезнь со всеми ее проявлениями; что это лишь одна из фаз мужского протеста, который, взятый изолированно, ничего собой не представляет, хотя в определенном контексте также имеет свое влияние. Мы имеем дело с ситуацией, к которой надо подходить символически и рассматривать более с позиции категорий, к которым принадлежат те или иные больные, как мы обычно и поступаем в других случаях.

Часть II. сексуальность и личность

3. Сексуальность

Развитие сексуально-половой функции [28]

Мы должны начать с фундаментальных физиологических и психологических фактов из-за существования запутанных, неподтвержденных и обманчивых толкований о половой функции. Это не дает повода для принятия неестественных взглядов о человеческом либидо, доминирующем над человеческим разумом и психикой. Такая искаженная теория, как теория Фрейда и с некоторыми вариациями теория Юнга принимается из-за: а) новизны, б) многих затруднений у большинства людей с неврастеническими проявлениями, в) открытого или скрытого чувства неудовлетворенных желаний у людей, для которых выполнение желания является основной проблемой в жизни.

Человечество — индивидуумы и группы — всегда стремилось найти универсальную силу, стоящую за всеми явлениями и случаями из жизни. Индивидуальная психология в более широком и глубоком смысле принимает факт жизни как таковой, в его объяснимых и необъяснимых аспектах. Один из первых среди них тот, что все усилия, мысли, чувства, характерные черты, выражения и симптомы личности направлены к успешному решению социальных задач.

Большое число неудач в любви и браке, так же как и другие неудачи, возникает из-за отсутствия соответствующей подготовки. Мы не признаем сексуальный объект. Любовь и брак — задача двух равных человеческих существ, образующих союз, которая может быть правильно решена, только если люди подготовлены к реализации социальных интересов.

Индивидуальная психология отвергает взгляд о том, что желания личности, или отрицательные последствия их подавления, являются основной проблемой в жизни. Подобная концепция выдает эгоцентричную природу человека, как это часто наблюдается у избалованных детей. В равной степени неконструктивно ссылаться на наследие наших предков, которые по каким-то причинам не достигли настоящего (также недостаточного) уровня развития социального интереса. Возможно, эти авторы обращают свои взгляды на наследственность и предков, так как их более удовлетворяет ссылка на наследственные признаки, чем усилия по использованию, их для нового вложения в благополучие человечества, для повышения социального интереса.

Социальная адаптация функций

Насколько можно видеть, человек остается человеком, и его не случайно так назвали, так как он обладает всеми наследственными потенциальными признаками, необходимыми для решения социальных проблем. Но для того, чтобы справиться с ними, он должен как можно в большей степени развиваться физически и психически. Основной вопрос, который вытекает из этого, — зачем? Ради какой цели индивидуум должен стремиться к развитию своего наследственного человеческого потенциала? Индивидуум и человечество как единое целое используют свои возможности как дар наших предков, для увеличения этого наследия в мире, изменяемом людьми для пользы всей человеческой расы. Это доступно, конечно, только до тех пор, пока позволяет уровень развития социального интереса. Кроме того, мы должны понять, что все проблемы жизни могут быть решены адекватно только при наличии достаточной степени социального интереса.

Все человеческие функции, принесенные в мир новорожденным ребенком, как потенциальные возможности для развития в обществе должны быть адаптированы к требованиям внешнего мира. Прием пищи, зрение, слух, издавание звуков, движения становятся более или менее приспособленными к достижению этой цели.

Все названные функции в начале жизни находятся в состоянии беспорядка, имеют характер непроизвольных реакций и очень медленно входят во взаимодействие с другими функциями организма и окружающей средой. Постепенно творческие силы ребенка принимают вызов внешнего мира, впитывают в себя социально значимый опыт и реагируют на них так, как считают успешным для участия в окружающей его общественной жизни. Его способ приема пищи становится правильным, то, как он смотрит, слышит, трогает и двигается, доказывает его желание сотрудничать. Его мышление и речь содержат все больше и больше общепринятых ценностей и здравого смысла. Функции выделения находятся, или, по крайней мере, должны находиться в соответствии с общепринятыми нормами поведения. Сосать палец, грызть ногти — эти и другие привычки, являющиеся источником инфекции, прекратятся, если ребенок примет правила игры окружающей его среды. Если нет, то единственная причина в том, что он не нашел пути к общественной культуре и стремится к достижению собственного превосходства.

Начальная половая фаза

Половая функция, безусловно, носит врожденный характер и проявляется вначале в большей степени приятных ощущений. Расширяясь вместе с другими, она ведет к припухлости тела, эрекции и соответствующих чувств через непроизвольные импульсы. Прикосновения к половым органам и приятные в связи с этим ощущения ведут к раннему повторению этого действия, и это происходит тем чаще, чем больше ребенок в целом любит делать все по-своему и чем более он склонен стремиться к исполнению своих желаний, чем к сотрудничеству, как в случае с избалованными детьми.

Таким образом, требуемое сотрудничество откладывается на более поздний срок, что принуждает ребенка оставаться на начальном этапе развития половой функции. Пока он не достигнет возраста, необходимого для превращения половой функции в задачу для двоих людей разного пола (что является вторичной социальной стороной половой функции), для него доступен только самоэротицизм в его многообразии.

Обычная ступень на начальном этапе развития — это мастурбация. Социальное чувство человеческой природы противостояло и всегда будет противостоять этому, потому что подсознательно человечество хочет, чтобы наступила вторая фаза развития. Но здесь есть противоречие между постепенным развитием второй фазы и сильным сопротивлением тому, чтобы разрешить детям совершать это из-за различных последствий, и необходимостью позволить это только физически и морально зрелым мальчикам и девочкам. Это ставит детей младшего возраста в неразрешимые ситуации. Не только родители и учителя, а также опасные и глупые книги повышают противоречия в уме ребенка, но и его социальный опыт, сформировавшийся в первые три года, также противостоит самоэротицизму. Врачи и духовные лица все больше и больше соглашаются с тем, что начального этапа невозможно совершенно избежать, так как это является естественным развитием и не может рассматриваться так жестко; а также с тем, что это не наносит какого-либо вреда ребенку ни физически, ни морально.

Во время начального этапа можно увидеть силу социального интереса. Угрызение совести и отклонения являются обычными и охотно принимаются. Уменьшается и частота обращения ребенка к мастурбации. Но избалованный и жадный ребенок, не способный сопротивляться соблазну, находится в худшем положении и часто использует самоудовлетворение в других целях — чтобы злоупотреблять вниманием родителей, соблазнять других детей или же в качестве алиби в случае неудач в школе или в будущей жизни.

Виды самоэротицизма

Позднее в состоянии отчаяния дети переходят к другим видам мастурбации, таким, как углубление в эротические фантазии, использование эротических картин и других средств возбуждения, а иногда и другого ребенка. Это открывает дорогу к так называемому гомосексуализму, который на самом деле является лишь одним из видов мастурбации и часто встречается среди эгоцентричных, тщеславных взрослых, которые держатся за начальную самоэротическую ступень сексуальной функции.

Проблема так называемого естественного развития сексуальности не так проста, как учит, например, психоанализ, потому что все, что принято рассматривать как нормальное, естественное развитие сексуальности, может иметь место, когда внешние обстоятельства требуют обязательного развития. Нужно помнить, что ни один детский поступок не рассматривается так серьезно и не наказывается так жестоко, как развитие относительно сексуальной нормы. Можно быть уверенным, что когда дети ведут себя как то по детски, неестественно сексуально, к ним не отнесутся дружелюбно и обычно наказывают. Взрослые испытывают ужас, когда ребенок ведет себя в соответствии с сексуальными нормами. Поэтому то, что мы все больше и больше замечаем в детях, может быть рассмотрено как влияние внешних обстоятельств. Мы не знаем, как будет развиваться сексуальность, если мы не будем вынуждены противостоять ей.

Определенные типы в состоянии сексуального возбуждения, будучи рассерженными или испытывающие страх, предаются садистским или мазохистским мечтам и снам, в то время как другие реагируют на это учащенным сердцебиением или же расстройствами кишечника и проблемами с мочевым пузырем. Первые позднее могут стать законченными неудачниками в осуществлении своих сексуальных функций и обязанностей из-за развития отклонений — садизма и мазохизма.

Все другие отклонения — фетишизм, содомия, некрофилия и т. д. — это все виды начальной ступени сексуального развития. Они всегда выдают неправильное представление и стиль жизни избалованного и запущенного ребенка, который не дорос до ступени социального интереса, достаточной для полного сотрудничества с другими. Это также относится и к людям, которые не разборчивы, занимаются мастурбацией или часто посещают проституток.

Невротические симптомы сексуальных расстройств, импотенция, фригидность или вагинизм, а также преждевременная эякуляция тоже указывают на начальную ступень сексуальности. Они не переступили эту ступень из-за недостаточного развития социального интереса.

Вторая ступень сексуальности

Любовь как задача двух равных лиц различного пола требует физического и душевного влечения, признания исключительности другого, полной и окончательной отдачи. Правильное разрешение этой задачи — благословение для социально заинтересованных (приспособленных) лиц, которые доказали свое отношение тем, что имеют друзей, готовы к полезной работе и проявляют взаимную преданность.

Выражение стиля жизни [29]

Многие психологи считают, что развитие сексуальности — это основа для развития всего мышления и психики, так же как и физических способностей. По мнению автора, это неверно. Скорее вся форма и развитие сексуальности зависят от личности человека — стиля жизни и прототипа.

В детстве дело усложняется психологическими отношениями с родителями. Плохое половое воспитание случайно для психологических конфликтов ребенка и родителя. Противостоящий ребенок, особенно в подростковом возрасте, может злоупотреблять сексуальностью специально, чтобы навредить и сделать больно родителям. Известно, что часто девочки и мальчики вступают в сексуальные отношения сразу после ссоры со своими родителями. Дети используют подобные средства мщения родителям, особенно когда понимают, что они остро реагируют на эти вопросы.

Сексуальные побуждения следует направить к полезной цели, в которой выражаются все виды деятельности. Если цель выбрана верно, ни сексуальность, ни какие-то другие жизненные проявления не будут преувеличены... В правильном стиле жизни секс найдет свое достойное выражение. Это не означает, что мы можем преодолеть неврозы и признаки ошибочного стиля жизни только посредством сексуального выражения. Широко пропагандируемый взгляд о том, что подавляемое либидо является причиной невроза, ложный. Скорее ... невротики не находят верного сексуального выражения.

Встречаются лица, которым посоветовали дать свободу выражения своих сексуальных инстинктов и которые последовали этому совету и лишь усугубили свое положение. Причина в том, что такие люди оказываются неспособными соотнести свою сексуальную жизнь с социально значимой целью, которая только и может изменить их невротическое состояние. Выражение сексуального инстинкта как таковое не лечит неврозы, поскольку это расстройство в стиле жизни, если можно так выразиться, и его можно вылечить, только помогая стилю жизни.

Отношение женщин к сексуальности [30]

Нет прочной основы для изучения женского отношения к сексуальности. Согласно современным научным тенденциям, следует изучать состав крови, делать выводы из состояния эндокринных желез и всего, что с ними связано, и предположить, что нормальное физическое развитие приведет к идеальному сексуальному поведению.

Но что мы принимаем за идеал? Зависит ли цель женского сексуального развития только от адекватности прокреативных желез? Что мы считаем хорошим или плохим? Ищем ли огромное счастье, много детей или же полное удовлетворение желаний? Требуем ли мы равноправия двух полов или же подчинения одного другому? Насколько много вопросов, целей развития женщин, настолько много и требований для сексуальных форм жизни! Литература по этой наиболее человеческой проблеме довольно разнообразна.

Более просветительный, нежели научный характер носят работы поэтов, романистов, художников и скульпторов, за которыми следует поток псевдонаучных опусов. Начиная от Библии, мифов и сказок, вплоть до современных коротких рассказов, пьес и лирической поэзии мужчин и женщин, освещаются и разрабатываются эротические проблемы. Но поскольку искусство, как и наука, было исключительно работой мужчин, оно отражает преимущественно мужское знание о душе женщины. Часто важные проблемы остаются неразрешенными, напоминая нам признание старых и новых исследователей, что «женщина — это загадка».

Мужское превосходство среди этих мнений — это действительно бедствие, часто низводящее женщину до объекта мужских и женских побуждений. Задачу женщины обычно видят в том, чтобы быть красивой и рожать детей. Более того, потрясающим недостаткам характера, интеллектуальной свободе, реальному стремлению и способности к профессии и общественной жизни придается такое особое значение, что женское существование оправдывается почти полностью любовью и заботой о потомстве. Это мнение оказывает на женщин сильное воздействие. Они обычно принимают его и, кажется, покоряются роли, предписанной им мужчинами. С преувеличенным протестом Жорж Санд нападает на эту систему со словами: «Достоинство женщин — это удачное изобретение мужчин».

Это предполагает то, что, кроме физических оснований, и другие факторы воздействуют на женское сексуальное отношение, которое еще более изменяет направление эротизма. Среди этих факторов можно назвать влияние культуры, относительное количественное преобладание женщин и огромное влияние мужчины, вызванное его исключительным правом активного ухаживания, его более устойчивым экономическим положением, его лучшим образованием и подготовкой. Насколько мы можем видеть, обучение девушки к роли женщины всегда имеет эти факторы в виду и пытается соответствовать им. Отношение к сексуальности, основанное исключительно на физической ее стороне, — такую сексуальность, обособленную от всех других факторов, если и можно обнаружить, то только среди слабоумных. Во всех других случаях любая форма сексуальности основана на предвзятом, подготовительном отношении к проблеме любви.

Индивидуальная цель

Одно несомненно: женская сексуальность ни в коем случае не однородна и зависит от разных факторов. Разумеется, можно заметить определенное единообразие в разное время и в разных странах, у различных народов в разные века, это похоже на моду. В то же время вся видимость единообразия тем не менее — «их постоянные боли и стоны в тысячи голосов имеют одну причину, один способ лечения» (как говорит дьявол в «Фаусте» Гете), но также очевидно, что каждый отдельный случай отличается, например, от общего желания выйти замуж и иметь мужа. Нельзя делать вывод о том, что достигнут желаемый, то есть социально необходимый уровень сексуальной подготовленности. Ограничение сферы влияния женщин, традиция, чувство собственного достоинства и экономические причины ускоряют выбор партнера, так же как и сексуальные порывы. Несмотря на физиологическую основу, сексуальные побуждения управляются и изменяются в соответствии с образом жизни личности и ее истинных окончательных намерений и могут быть подготовлены в самых противоположных направлениях. Черты сексуальных мотивов формируются с раннего детства под воздействием окружающей культуры и, как все другие побуждения, подавляются или возбуждаются лично приобретаемым опытом, который не ограничен сферой сексуальности. Когда воспитание девушки в целом ведет ее к определенно пассивному отношению к жизни, ее эротическое поведение тоже будет пассивным.

Только в конкретном случае мы можем определить все эти факторы, которые повлияли на сексуальное выражение женщины. В его психологических формах, таких, как женское отношение к сексуальности, нельзя искать настоящую причину. Все естественные чувства и порывы, так же как и опыт, процеживаются через фильтр индивидуальности и воспринимаются с точки зрения индивидуальной перспективы. С точки зрения идеального образца, каждое использование вышеперечисленных факторов, любая самооценка и ее результат развиваются более или менее ошибочным способом. Женщина испытывает и оценивает подходы, ухаживания, внутренние и внешние особенности партнера согласно цели своего образа жизни.

Все так называемые «женские черты» представляют, собой субъект социального равновесия сил между мужчинами и женщинами, ему обязаны своим происхождением, а также могут быть созданы и разрушены им. Даже очевидные врожденные черты, такие, как ожидание поклонника, пассивность, сдержанность, женская застенчивость, материнство и единобрачие, гораздо больше, чем это осознается, подчиняются тенденциям эпохи и управляются конечной целью личности. Черты эксгибиционизма, обычно подтвержденные модой, должны быть оценены как нейтральные, в то время как более точные формы, вероятно, обнаружат более активный характер.

В связи с этим, а также пренебрежением партнера часто происходит преувеличение неважных вопросов, носящее характер фетиша. Это часто ограничивает выбор в любви так же жестко, как и идеальное представление о партнере. Перед лицом этих и других требований любое совершенство может потерпеть неудачу. Часто они представляют собой плохо осознаваемые предлоги, чтобы предотвратить любой выбор. В противном случае, любовный выбор, всегда совпадающий с самоограничением сексуального мотива и его надстройкой, могут преследовать различные мотивы. Впечатления раннего детства, образ отца, брата или родных людей, переплетаясь, часто оказывают сильное влияние. Выбор любимого человека, пока он свободен, всегда будет полностью соответствовать особенностям, недостаткам и преимуществам личностного отношения. Откровенное ощущение своей силы, которое, хотя и редко, можно обнаружить у женщин, содействует тому, что она отдает предпочтение подобным мужчинам. Девушек, втайне ищущих превосходства над кем-либо, часто привлекают слабые люди или калеки, или они выбирают тех, кто ниже их положением. Выбор кого-либо живущего рядом или родственника также свидетельствует о слабости. То же самое можно сказать о предпочтении, отдаваемом мужчинам гораздо старше или гораздо младше по возрасту. Часто материнские чувства укрепляются неплодотворным путем, нацеливаясь на спасение или возвышение униженного партнера и пытаясь подавить порывы нормальной сексуальности.

Благоприятные и неблагоприятные факторы

Эротизм никогда не ограничивается животным сексуальным влечением, никогда, как предполагал Шопенгауэр, не ограничивается соблазнением естества с целью продолжения человеческого рода. Это скорее высокоорганизованная часть социального чувства личности, которая отражает всю личность, так же как и степень ее связи с общественной жизнью и подготовкой к жизни для двоих.

Развитие способности любить продвигается вперед при определенных условиях или тормозится другими. Ситуация в детстве носит решающий характер, как и раннее решение относительно ее будущей роли как женщины.

Вера в собственные силы, оптимистический взгляд на будущее, способность устанавливать контакты с людьми, умение бесконечно радоваться, непридирчивое отношение к факту принадлежности к женскому полу и уважение женской роли всегда являются благоприятными факторами.

Незнание собственной женской роли или сомнения в течение нескольких лет детства, сильная привязанность к одному-единственному человеку в семье, общее ощущение слабости и неполноценности, воспитание без любви, отсутствие уверенности в себе и других, уродство, так же как и красота, и особенно неуважительное отношение к женскому полу могут при любых обстоятельствах нарушить подготовку к любви.

Неблагоприятное развитие

Положение девочки в детстве имеет чрезвычайно большое значение. Неудачная женитьба родителей, грубость, пьянство и безрассудство отца или откровенная неверность заставляют дочерей всю остальную часть жизни думать, что они могут повторить судьбу своей несчастной и глубоко униженной матери. Даже если у них прекрасное сексуальное телосложение, их отношение к мужчинам никогда не будет свободным от подозрений, сомнений и торможения. Их задачей и конечной целью будет избежать унижения, которое им кажется обязательным в женской роли, и они будут делать все, чтобы не допустить для себя этой роли. Это и приносит в их жизнь, а также в отношения с мужчинами системы защиты в форме подавления, нервных симптомов и сексуальных отклонений. Наряду с этим, их взгляд на мир, их логика, привычки и развитие сексуальных побуждений, а в действительности весь ход их жизни заставляет идти в обратном от мужчин направлении. Зависимость от личности, которая начинает развиваться в первые годы детства, опыт и более или менее ошибочная перспектива, единственная, окончательная цель эротизма меняется на другую суррогатную цель (Ersatzziel). Эта цель всегда лежит в области второстепенных проблем (сексуальные отклонения всех типов, выделение некоторых сексуальных деталей), или она осуществляет только частичную сексуальность (фригидность), приносит страх перед мужчинами, безразличие или отвращение, или мужские тенденции и ведет к мужской роли в сексуальных отношениях, так же как и во всем ее образе жизни.

Подобный частичный или полный отход от женской роли имеет характерные черты. Очень часто мы встречаемся с отказом матерей иметь и нянчить детей, но затем вновь, в более благоприятных условиях, ребенок может стать исключительно главной целью, в противоположность мужу. В большинстве случаев симптомы невроза всех видов препятствуют гармоническому развитию эротических отношений. Склонность к проституции и преувеличенные тенденции полигамии также демонстрируют антипатию к женской роли. Вагинизм также является ярким выражением подобного отклонения.

Все эти проявления, умаляющие женскую роль, в своей основе имеют неудовлетворенность девушек своим социальным положением в обществе. Подобная ситуация культивируется явным или мнимым превосходством мужчин, а также ответным активным противостоянием женщин, которое может варьироваться от открытого бунта до вялого подчинения. Стремление изменить эту ситуацию вызывает к жизни идеи о правительстве, состоящем из женщин, и об эмансипации, а в жизни каждой отдельной личности перерождается в сотни форм «мужского протеста». Кант в своей «Антропологии» (1798) указывает на подобные примеры. А в сборнике брачных песен Гердера* всех времен и народов мы находим только печальные песни.

К этому можно добавить, что надуманная общественная установка на женскую неполноценность, почти полное отлучение женщин от высших достижений в науке и искусстве — частично это происходит из-за недостаточной их подготовки, частично в силу мужского влияния на развитие художественных форм выражения — обычно ведут к раздражительности и потере уверенности в себе уже в самом начале, в то время как только в хореографии и в театре женщины очень часто достигают высших показателей. Не удивительно, что неудовлетворенность женской ролью часто приводит к имитации мужчин — в моде, желаниях и фантазиях, в повседневном поведении и эротизме. Не удивительно, что, по наблюдениям опытных медиков, около 70% женщин фригидны, несмотря на их великолепное телосложение.

Вместе с этими доводами против свободного развития сексуальности в направлении общественных и культурных форм ее выражения и обычно неразрывно связанной с ними, имеет место абстрактная или слабая подготовка к вопросам любви, что является серьезным препятствием к сексуальной гармонии. Постоянные взаимные подозрения, непомерное своекорыстие, необходимость превзойти своего партнера, а также страх вдруг оказаться слабее его препятствуют проявлению спонтанной преданности и отравляют любовные взаимоотношения. Непривлекательные девушки просто боятся внезапного охлаждения со стороны мужа, в то время как красивые женщины ощущают подавленность, полагая, что их воспринимают лишь в качестве сексуальных объектов, что оскорбляет их человеческое достоинство. Это их чувство часто усугубляется из-за холостяцких привычек партнера, дурного обхождения или непонимания ими своей мужской сексуальности. Неуклюжесть, грубость, неумение создать психологический комфорт во время первой близости могут привести к постоянным огорчениям. Ограничение мужем свободы передвижения на почве ревности в самом начале замужества, зачатие ребенка вопреки согласию или против желания жены могут иметь те же последствия. Печальный опыт детства, связанный со страхами, разного рода предубеждения, касающиеся боли и опасностей, подстерегающих женщин, еще более увеличивает чувство неполноценности.

Сексуальные расстройства

Развитие сексуальных побуждений подстрекает индивидуума во время пробуждения инстинктов заниматься эротическим самоудовлетворением. Таким образом, рано или поздно, в искушении или по собственной инициативе, частично в страхе от содеянного, частично поощряемый средой и культурой, ребенок так или иначе вкусит удовлетворение через мастурбацию. Безвредная сама по себе, она может способствовать возникновению постоянной привычки к самоудовлетворению, что препятствует нормальному развитию сексуальности и ее содержания, в связи с чем укрепляет мнение против этой практики, поскольку в любое время может уменьшить сексуальное напряжение.

Этот взгляд резко контрастирует с точкой зрения «соматиков». Для нас социальные трудности и ошибки, плохое руководство и не всегда соответствующая подготовка находятся на переднем плане, в то время как те, кто ищет причину прежде всего в физической конституции человека, либо уделяют слишком мало внимания вышеназванным факторам, либо рассматривают их как реакцию на недостаточную выработку желез. Против этого мы бы выдвинули следующие доводы:

1. Даже совершенный организм может развиваться неправильно через заблуждения и ошибки.

2. В некотором отношении неразвитость органов, включая сюда и эндокринные железы, в достаточной степени имеется нами в виду, естественно, в более широком контексте, а не в чисто физическом аспекте. Этот контекст включает в себя взаимодействие неполноценности с требованиями соответствующей культуры, а также то, как эта связь влияет на самоуважение, ведя в конечном счете к заниженной самооценке.

3. Физическое и психическое воспитание, основанное на сексуальной замкнутости женщин, способствует возникновению и других ценностей и интересов, что побочно ведет в свою очередь к изменению органической основы сексуальной функции. На почве этих изменений появляются дальнейшие осложнения. Стимулы, идущие от внешнего мира и способствующие улучшению сексуальной функции, гасятся; импульсы, идущие от самого органа, прекращаются или замедляются и этот орган искусственно «замораживается», что в дальнейшем из-за насильственного изменения образа жизни индивида может привести к полному его расстройству. К примеру, «голодная забастовка» (anorexia nervosa) девушек, которая, возможно, всегда инициируется «мужским протестом» в отклонении женской роли, возможности деторождения и качество эндокринных желез, уменьшается в связи с чрезвычайным истощением организма. Но даже в этом случае вопросы секса исключаются чисто психологически, поскольку нервная система занята лишь проблемами насыщения организма и выделения.

Лесбийская любовь, постоянство сексуальных фантазий, мастурбация и поллюции являются признаками мужского протеста, которые выдают страх женщин перед мужчинами, а отсюда и отказ от них. Гомосексуальные видения не доказывают наличия гомосексуальности, как это обычно принимают в обывательском и невежественном понимании, это всего лишь показатели неверного воспитания. Стремление к полигамии, преувеличенное кокетство, страсть к самокомпрометации, фантазии о роли содержанки, отталкивающее требование мужчины — все это указывает на попытки женщины избежать замужества. Адюльтер всегда является признаком бунта против мужа, актом мщения, что обычно маскируется намеренно возбуждаемым эротизмом.

Первая менструация часто дает сигнал к началу борьбы против женской роли, когда имеет место недостаточная подготовка к этому явлению. Зачастую противодействие с каждым разом вспыхивает с новой силой. Боль, не вызванная какими-либо естественными причинами, видимо, возникает из-за произвольных сокращений, медленного кровообращения и из-за грустной необходимости пережить это явление и желания скорее избавиться от него. Эту точку зрения подтверждает тот факт, что часто после замужества, когда еще далеко до примирения с женской ролью, боль исчезает. Широко распространенное мнение предполагает нечистоту и болезненное состояние, часто поддерживаемое и медиками, снижает у женщин чувство уверенности в себе и нередко способствует возникновению депрессии. Возвышение сексуальных чувств (которые, возможно, потому и возникают, что безопасны сами по себе ) очень часто наблюдается во время этого периода.

Приближение менопаузы, так же как и она сама представляют собой чрезвычайно трудное время для женщин, которые рассматривают молодость и красоту как почти единственную ценность для себя. С этого момента они теряют даже намек на веру в собственную значимость. В состоянии депрессии и отчаяния они часто стараются вновь приобрести это чувства значимости путем усиления требований к своему окружению. Иные вовлекают себя в неблаговидные конфликты на почве эротизма, который в это время не исчезает, но повсюду отвергается, высмеивается и не воспринимается всерьез.

Заключение

Ошибочные взгляды на жизнь мешают мужчинам и женщинам. Хотя мы действительно полностью принимаем во внимание физическую концепцию эротизма, мы Должны настаивать и на том, что личностная позиция имеет решающее значение для направления эротизма и его недостатков.

Если мы хотим назвать предпосылки здорового отношения женщин к вопросам сексуальной жизни, которые не так часто встречаются, то ими должны быть:

1. Раннее просвещение относительно неизменности сексуальной роли и примирение с ней.

2. Подготовка к любви в соответствии с социальным интересом.

3. Уважительное отношение к женской роли.

4. Установление нормальной жизни человеческого общества.

Мужское психосексуальное отношение[31]

Мужское психосексуальное отношение в принципе совпадает с женским. Мы всегда оцениваем последнее в сравнении с идеальным типом мужчины, который мы себе представляем, и в конечном счете ощущаем различия в отношении совместимости человека с другими людьми в целом и совместимости мужчины и женщины в частности. Наша оценка особенностей мужчины также зависит от этих предположений.

Разница между полами заключается в том, что наша культура открыто или косвенно признала за мужчинами привилегии в любви, в которой женщинам стараются отказать. Львиная часть мужской активности в половой жизни обусловлена его более активной деятельностью в жизни вообще, но она намного легче для него, в силу того, что он не может впоследствии забеременеть, что его роль сводится к активному ухаживанию, а также в силу традиций и физической силы. В соответствии с этим у мужчин есть еще одна привилегия: общепринятая мораль сексуальной жизни не устанавливает мужчинам такие узкие границы в сексе, как женщинам.

Раннее развитие

Мужской сексуальный импульс проявляет себя в разной степени, обычно задолго до полового созревания, и может иметь различные ошибочные направления в период отрочества, юности или позже. Таким образом, отношение мужчины к жизненным проблемам всегда будет также влиять на его сексуальное развитие. Это тем более понятно, что нет определенного зафиксированного уровня сексуального побуждения, а его выражения могут увеличиваться или уменьшаться в силу разных причин.

Уже во время отрочества эти причины и психологическая направленность становятся наиболее ясными. Сексуальная подготовка в первую очередь состоит в укреплении адекватной роли мальчика, в растущем понимании сексуальной проблемы и в уверенной постановке цели в отношении любви и женитьбы. Наше общество и его институты принимают на себя часть заботы у тех, кто отвечает за воспитание ребенка. Различная одежда, различные игры и образовательные критерии направлены на то, чтобы развитие шло правильно. Окружающая жизнь, примеры из животного мира, средства воспитания, наблюдения помогают проникнуть в тайну секса; чтение, театры, фильмы, а часто также и соблазн завершают это просвещение. Поскольку мальчик в своей жизни все чаще встречается с фактами любви и брака, поскольку вся воспитательная практика направлена на социальное решение вопросов любви и брака в будущем, и поскольку все возрастающие сексуальные побуждения ищут именно этого решения, в его сознании начинает развиваться юношеское восприятие будущего в этом мире.

Отношение мальчика к противоположному полу вначале обычно носит характер враждебности и превосходства. Сильная антипатия к женской одежде, не говоря уже о нежелании быть в роли девочки, чаще считается преувеличенным признаком тяготения к своей сексуальной роли. К этому можно добавить, что в последующие отроческие годы даже при совместном обучении обычно обнаруживается это чувство превосходства; девочкам отказывают в равноправии, как будто именно так и надо поступать. . «Мальчик гордо отрывает себя от девочки». Внутри этого критического жеста мы находим черты привязанности и влюбленности. Часто уже на четвертый, пятый и шестой год появляются дружеские наклонности, которые могут быть также критического и враждебного характера. Нередко встречается склонность поддразнивать девочек или придираться к ним.

Сексуальное побуждение может дать повод для мастурбации уже во время первых лет жизни. Иногда в раннем возрасте встречаются случаи, когда под влиянием соблазна дети занимаются обоюдной мастурбацией или, особенно в трущобах, обычной половой близостью. Следует также отметить, что для мальчиков в период их развития намного легче перейти от мастурбации к гомосексуализму, чем к нормальному сексуальному поведению.

Половое созревание

Четырнадцатый год обычно уверенно обращает мальчиков к мастурбации, от которой они рано или поздно освобождаются. Во время полового созревания все более охватывающее сексуальное побуждение выражается в более или менее частых поллюциях. Слабость или плохой вид во время этого периода всегда проистекает из-за страха болезни или некоторых нарушений в развитии. Мастурбация и поллюции, присущие данному периоду, могут быть полностью преодолены. Если же они сохраняются в течение долгих лет, то их надо рассматривать как попытки к исключению в будущем женщины.

Во время полового созревания, а затем в течение еще которого времени представления об идеальной девушки формируются в образе недоступного человека. Этот идеал на фоне изменения других идеалов меняет свои очертания. Часто возникает страх опошлить этот образ или саму девушку, которая его олицетворяет. В то же самое время могут иметь место весьма экстравагантные видения. Часто мастурбация становится попыткой материализовать сладострастные желания.

Наряду с этими невинными чувствами часто встречается желание грубой похоти или вступления в сексуальные связи, идя по пути наименьшего сопротивления, обычно с проститутками или служанками. И те, и другие являются отдушиной, позволяющей пройти мимо глубокого чувства любви и брака; в некоторых случаях это происходит постоянно. На эти ошибочные пути молодых людей часто толкают опытные и неопытные «воспитатели». Перекрыть эти каналы могут только те, кто не защищает абсолютную необходимость ранних сексуальных отношений и в то же время не боится давать полное право на существование настоящей любви, где оба партнера готовы поддерживать друг друга.

Обычаи и повседневная жизнь общества, всевозможные встречи, танцы и совместные события, в которых оба пола принимают участие, способствуют и провоцируют вначале сближение, а затем и развитие отношений с девушками. Подготовка к союзу представляет собой непрерывный и развивающийся процесс. В размышлениях на улице, в театре, на живописных презентациях постоянно присутствуют стимулы, которые способствуют возникновению устойчивых помыслов о любви и браке. Сам брак, естественно, в высшей степени связан с экономическими и профессиональными проблемами. До этого момента проходит относительно долгий период, во время которого очень много молодых людей вовлекается в сиюминутные любовные отношения или подвергаются возможности венерических заболеваний.

Брак

Когда мужчина женится, то он сталкивается не только с общими требованиями института брака, но он почти всегда привносит в супружество и свои индивидуальные потребности, которые, будучи в большинстве случаев не к месту, лишь расстраивают брачные взаимоотношения. Новая ситуация окажется своего рода пробным камнем его подготовки к браку. Эта подготовка всегда будет отражать его мировоззрение и отношение к женщинам. Выбор подруги, как правило, всегда обусловлен его требованиями к идеальной женщине и браку.

В зависимости от того, насколько мужчина был доволен своей матерью и сестрой и мог ли он отстаивать свои права перед ними, выбор падает на ту девушку, которая умственно и физически будет похожа на них или, наоборот, отличаться. Если он представляет собой мужчину, мечтающего о сердечности отношений, то выберет девушку, от которой он будет ожидать нежность чувств. Если он любит брать верх в любом соперничестве, то выберет равную себе по силе; или он будет предпочитать тех, кто по характеру, фигуре и силе окажется слабее его. Естественно, это приведет к многим ошибкам, поскольку не каждая девушка будет терпеть постоянное порабощение.

Если же он подготовлен к браку соответствующим образом, то дальнейшее супружество будет всецело зависеть от партнера. Если жена умеет сглаживать углы, то супружеская чета будет представлять собой в сексуальном плане гармонический союз до конца их совместной жизни. Это, возможно, редкий случай, доказательство недостаточной подготовки нашего потомства к браку. В подобных случаях будет развиваться чувство безоглядной дружбы, тесно связанное с сексуальностью, так что непредвиденные сложности не будут иметь значения или будут легко преодолеваться. В таких браках найдется достаточно места и для нового поколения, которое будет вовлечено в то же самое товарищество. Сексуальная проблема найдет обоюдное решение, которое не будет рассматриваться как давление партнера, и ни один из членов брачного союза не будет ощущать себя в качестве объекта. Сексуальная привязанность (Zugehorigkeit) не будет ничем омрачена до тех пор, пока медленно не угаснет в пожилые годы, часто после шестидесяти лет. Половые отношения не будут испытывать изъянов, как и не дадут повода для дурного настроения, истощения, расстройства. Но картина меняется для тех, кого плохо подготовили к браку. В новой ситуации с наступлением половой зрелости, периодом возможной и даже желаемой сексуальности, недостаточная подготовка молодых людей будет остро ощущаться при любых обстоятельствах, причем они сами даже не отдают себе в этом отчет. Чувство опасности извне или недостаточное самоуважение заставляют индивидуума видеть в сексуальности, а отсюда и в женщине и своей преданности ей большую или меньшую угрозу своей собственной значимости. Такие личности будут испытывать недостаток откровенности, что является основным требованием к здоровому эротизму. В их поведении проявятся отклонения, сильнейшими из которых являются гомосексуализм и самоэротизм. Похоже, все другие виды смещения сексуальной роли, такие, как фетишизм, садизм, мазохизм и извращенное поведение, открывают нам все то же ощущение опасности и попытку поставить удовлетворение личных желаний на место тех, что предлагает общество, с тем чтобы таким образом избежать проверки своей собственной значимости. Выбор проституток и предпочтение легко доступной близости без каких-либо последствий выявляют ту же самую слабость. Когда мы правильно поймем это явление, то сможем легко распознать в Дон-Жуане и в случаях полигамии недостаток мужества, что характеризует тех, кто не желает смотреть в корень, а предпочитает достигать дешевого успеха. Сексуальность есть «двухцельность» (Ницше), достижение двух равных партнеров. В любви нет места для стремления одного партнера жить за счет другого, удовлетворяя тем самым свое тщеславие. Речь идет об оскорблении, грубости, это подрывает суть эротических отношений, потому что не считается с законами любви.

Заключение

Таким образом, мы приходим к заключению, что вид и степень сексуального поведения мужчины, так же как и женщины, исходят из его личности, как правило, влияют на его деятельность и до тех пор, пока его половые органы почти девственны, являются результатом его воспитания и подготовки к браку.

Половое воспитание и половая зрелость

Половое воспитание [32]

Внимание к предмету полового воспитания в недавнее время стало сильно преувеличенным. Многие люди, если можно так сказать, просто помешались на этой проблеме. Они хотят освещения этого вопроса в любом возрасте и говорят об опасности сексуального невежества. Но если совершить экскурс в наше собственное прошлое и прошлое других людей, то мы не обнаружим таких больших трудностей и опасностей, как они нам представляют.

Биологическое различие. Ребенку в возрасте двух лет необходимо пояснить, что он или она является мальчиком или девочкой. В этом возрасте им также должны объяснить, что пол человека никогда нельзя изменить и что мальчики растут для того, чтобы стать мужчинами, а девочки — женщинами. Если подобная беседа была проведена, то недостаток других знаний не так опасен. Если ребенка убедили, что девочка не должна вести себя как мальчик, а мальчик как девочка, то сексуальная роль будет закреплена в сознании и можно быть уверенным, что ребенок будет нормально развиваться и подготовится к своей роли. Однако если ребенок верит, что с помощью какого-либо фокуса он или она сможет изменить свой пол, то будущие проблемы не замедлят сказаться.

Причины для беспокойства также очевидны, если родители всегда выражают желание изменить пол ребенка. В «Источнике одиночества» Рэдклиффа Холла мы можем найти превосходное литературное описание подобной ситуации. Родителям слишком часто нравится воспитывать девочку как мальчика и наоборот. Они фотографируют своих детей, одетых в одежду противоположного пола.» Иногда случается и так, что девочка выглядит как мальчик, и люди начинают обращаться к ней как к лицу другого пола. Это может привести к большой путанице, которой легко можно избежать.

Равная значимость полов. Следует избегать любых дискуссий по вопросам пола, которые ведут к недооценке женского пола и восхвалению мужского как высшего. Необходимо приучить детей к мысли о том, что оба пола равноценны. Это важно не только для предотвращения комплекса неполноценности у представителей недооцениваемого пола, но также и для предотвращения отрицательного воздействия на детей мужского пола. Если бы мальчиков не приучали к мысли, что они принадлежат к высшему полу, они бы не рассматривали девочек лишь как обычных объектов желания. Так же как они не оценивали бы взаимоотношения полов в извращенном свете, если бы осознали свои будущие задачи.

Другими словами, истинная проблема полового воспитания заключается не в простом разъяснении детям физиологии половых отношений — она включает в себя формирование правильного отношения к любви и браку. Это тесно связано с вопросом социального приспособления. Если человек социально неприспособлен, он превратит в шутку вопрос о сексе и будет смотреть на вещи только с точки зрения потворства своим желаниям. Это случается, конечно, слишком часто и является отражением изъянов нашей культуры. Женщинам приходится страдать из-за того, что в этих условиях мужчине значительно легче играть ведущую роль. Но мужчины тоже страдают, потому что из-за этого воображаемого превосходства они утрачивают присущие их полу ценности.

Физиологическая фаза. Что же касается физиологического аспекта полового воспитания, то совсем необязательно, чтобы дети узнавали об этом в самую раннюю пору их жизни. Можно подождать, пока ребенок проявит любопытство в этом вопросе, пока захочет выяснить какие-то конкретные вещи. Мать и отец, которые заинтересованы в развитии ребенка, поймут, когда настанет подходящий момент, чтобы ввести ребенка в курс дела, если он сам слишком застенчив, чтобы задавать вопросы. Если он чувствует, что родители его товарищи, то будет задавать вопросы, и в этом случае ответы должны даваться непременно в соответствии с уровнем его понимания. Необходимо избегать таких ответов, которые стимулируют сексуальное напряжение.

В этой связи можно отметить, что нет постоянной необходимости беспокоиться из-за явно преждевременного проявления полового инстинкта. Половое развитие начинается очень рано, по сути в первые недели жизни. Общеизвестно, что даже младенец испытывает эротическое удовольствие и что иногда он старается искусственно стимулировать эрогенные зоны. Не следует пугаться симптомов этого зарождающегося порока, но мы должны сделать все, чтобы положить конец такой порочной практике, не придавая, однако, демонстративно чрезмерной важности подобным проявлениям. Если ребенок обнаружит, что мы обеспокоены этими явлениями, он будет намеренно продолжать свою привычку, чтобы привлечь к себе внимание. Именно вышеназванные действия ребенка заставляют нас предположить, что он жертва сексуального влечения, в то время как на самом деле он использует эту привычку как средство для того, чтобы быть на виду. Обычно маленькие дети стараются обратить на себя внимание, играя своими гениталиями, ибо знают, что их родители боятся подобных явлений. Здесь имеет место та же психология, как и в случае, когда дети прикидываются больными, заметив, что тогда их больше любят и балуют.

Если избежать всех этих форм преждевременного возбуждения интереса, то не будет и оснований для любых опасений. Надо говорить об этом лишь в нужное время и в доступном виде, никогда не раздражая ребенка и всегда давая ответы честно и без обиняков. Более того, нельзя лгать детям, если хотите сохранить их доверие. Если ребенок доверяет родителям, он не станет принимать во внимание объяснения, которые слышит от своих товарищей — а возможно, почти 90% человечества получает знания о сексе от друзей, — и будет верить тому, что говорят родители. Такое сотрудничество, такое товарищество между ребенком и родителями значительно важнее, чем различные отговорки, к которым прибегают, полагая, что они отвечают ситуации.

Резюме. Эти замечания суммируют наиболее важные аспекты проблемы полового воспитания. Мы видим здесь, как и на всех других этапах воспитания, исключительную важность чувства сотрудничества и товарищества внутри семьи. При наличии сотрудничества, а также раннего осознания своей половой роли и равенства мужчины и женщины ребенок хорошо подготовится к любым неприятностям на его пути. А главное, он хорошо подготовится к качественному выполнению своей работы.

Феномен полового созревания [33]

Половое созревание, несомненно, обусловлено процессами как физического, так и психологического развития. Оно начинается и заканчивается у девочек несколько раньше, чем у мальчиков. Физическое созревание касается всех органов и имеет место даже тогда, когда половые железы ослаблены или отсутствуют вовсе, просто в дальнейшем вторичные половые признаки развиваются с отклонениями. Неправильное или несоответствующее возрасту воспитание может стать временной или постоянной помехой для психологического созревания ребенка.

Двойственное проявление полового созревания. На поэтов, исследователей и просто на здравый смысл особое влияние оказали в первую очередь две формы проявления одного и того же явления, которые допускают двойственную точку зрения. С одной стороны, мы замечаем возросшие возможности, которые свидетельствуют о качественном и количественном возрастании способностей. Они включают в себя общественную и профессиональную деятельность, возможность абстрактного мышления, стремление добиваться похвалы, жажду социального и межполового союза, раскрытие и утверждение собственной личности, формирование жизненной цели и вступление в профессиональную сферу. Наряду с этим часто отмечается стремление к идеализму, развитие жизненной философии, проникновение во внутренний мир человека, идеализация и одухотворение сексуальности и формирование ценностной ориентации. Все эти проявления выражают свою явную сущность во время переходного периода от детства к юности, а именно от 13 до 21 года.

С другой стороны, если отнести к данному периоду соответствующие критерии, относящиеся к взрослому человеку, то налицо будут явные недостатки. Неуклюжесть и неловкость, вызванные неадекватным восприятием изменений, произошедших в органах движения, которые стали крупнее и сильнее; проявляющиеся время от времени застенчивость и робость в непривычных ситуациях; открытое неповиновение; скептическое и разборчивое поведение; часто излишне подчеркнутое стремление к своей значительности; исступленный восторг, очарование, избыток энергии; упоение фразами и лозунгами, словно с их помощью возможно разрешение жизненных загадок; пренебрежительное отношение к ранее признаваемым ценностям; сопротивление и противодействие принуждению из принципа, направленное также и против культурных ценностей, — все это характеризует данный период. Он также включает отклонения и крайности всевозможных видов, которые разражаются как протест и открытый или тайный бунт против чувства неполноценности из детства.

Таким образом, жизнь в период полового созревания кажется оторванной от жизни остальной части общества и часто настолько выпукло, что многие люди верят в то, что молодежь подчиняется только своим собственным законам и имеет свой собственный образ жизни. В последнее время стали выделяться молодежные мужские организации, особенно в Германии. Разумеется, они понимают положительное значение товарищества. Но они также питают определенную враждебность к культуре, которая иногда выражается в уединении, состоянии войны по отношению к «отцам» и игнорировании женского общества.

Неразрывная связь с детством. Самое пристальное наблюдение не обнаружит по существу каких-то новых проявлений во время периода полового созревания. Во всех проявлениях этого периода можно легко распознать более развитый уровень того, что уже имело место в детстве. Половая зрелость с ее приближением к взрослой жизни, с созреванием организма и комплексом возрастающих физических и психологических сексуальных запросов сталкивается с ожиданиями будущего, как это происходит при экспериментах. Взрослеющий ребенок принимает это отношение к жизни и ее настоящие и будущие требования в соответствии с предыдущим воспитанием. В социальных проблемах и вопросах взаимоотношения с товарищами по формуле «я — ты» начнут проявляться товарищеские, дружеские и общечеловеческие черты — или же их противоположность, в зависимости от развития социального чувства в детстве.

По отношению к выбору профессии можно заметить приближение к ней или отход от нее в зависимости от степени уверенности в собственных возможностях. Оценка и взгляды на сексуальность и ее истинная цель в ранней юности становятся намного яснее у молодого парня или девушки, если им предоставлена большая независимость и свобода, а также проявляется большая терпимость со стороны взрослых. На эти и другие вопросы по проблеме полового созревания, заданные очень давно, даны ответы, показывающие уровень развития социального интереса индивидуума, его стремление к значительности и чувство неполноценности.

Неправильное созревание. Неграмотное воспитание в детском возрасте состоит в основном в неполной подготовке к жизни, будь то общественная, профессиональная или сексуальная сфера, а также в пренебрежении к вопросам развития у ребенка уверенности в себе и своих силах и формирования мужественности. Жизнь в нашем обществе требует подготовки, а также оптимистического и решительного отношения к ней, а иначе неизбежны конфликты и противоречия, которые возникают уже в детстве, в школе, в семье и в отношениях с товарищами. Их влияние пагубно сказывается особенно на слабых и зависимых личностях в силу их излишней чувствительности и нерешительности, которые постоянно имеют место там, где предполагается наименьшее сопротивление. Таким образом, очень часто в период-полового созревания на пороге взрослой жизни, где необходимо принимать решения, обнаруживается явственное или скрытое отклонение от общепринятых норм поведения, значение которого явно направлено на избежание испытаний.

Если понять все неприятные волнения, связанные с периодом полового созревания, как попытку компенсировать возникшее чувство неполноценности, то многое из того, что считалось феноменом, и влияние полового созревания, объясняется результатом поступательного, но неадекватного взросления. Поскольку детей, как правило, не готовят соответствующим образом к жизни, испытание периодом полового созревания приводит к конфликтам. Молодежь часто пребывает в инфантильном состоянии, основная причина которого кроется в недостатке уверенности в себе у большей части населения, воспитания к подчинению, чрезмерной любви или ее отсутствии и бремени слишком высоких ожиданий от будущего. В результате появляется широко распространенная склонность к уверткам и отговоркам, а также стремление избегать нарастающих требований.

Частые попытки найти отговорки для ухода от социальных, профессиональных и любовных проблем путем нагнетания конфликтов заслуживают особого внимания. Не от силы, а от слабости образ жизни затем часто превращается в имитацию, предполагающую создание иллюзии этой прочности. Часто в семье вспыхивает бессмысленная борьба; никчемные сражения с настоящими и воображаемыми авторитетами отнимают все силы; ненависть, отвращение и просто отсутствие интереса к профессиональной деятельности появляются в основном из страха поражения; естественную способность любить искусственно занижают в процессе постоянной подготовки на почве искаженных представлений, которые кажутся гарантирующими более прочное превосходство индивида. Тенденциозно возникающий культ своего «я» представляет собой удушение социального чувства, приводит к пагубной изоляции и всегда связан со сверхчувствительностью и беспредельными амбициями, что вновь и вновь приводит к конфликтам и последующей изоляции.

В этой критической ситуации возникают многочисленные симптомы, указывающие на регресс, а именно: невроз на почве принуждения, истерия, неврастения, невроз страха и завершение картины полной деградации — слабоумие. Путь к своенравию и преступлениям у более активной части молодых людей тоже является выражением обескураженности по отношению к нормальной роли, как, например, проституция.

Количество самоубийств во время полового созревания увеличивается в связи с потерей мужества, и разрешение конфликтов на почве мщения легко выходит на первый план у подростков данного типа.

Положительная сторона. Наряду с явлениями, доставляющими беспокойство в период полового созревания, всегда также имеют место и высокие ценности. Дальнейшее продвижение прослеживается во всех возможных поступках и способностях. Независимость, надежность и чувство солидарности (Zusammengehorigkeitsgefuhl) становятся более заметны. Долговременная подготовка и умения находят также отражение в более развитых интересах, а постоянное приобретение навыков придает жизни более зрелой личности уже более определенное направление относительно деятельности и призвания. В то время как явная склонность к искусству и науке часто пропадает в этот период, в других же случаях всплеск творческих возможностей удивляет своей оригинальностью. Достигнутые ранее представления о жизни становятся более выпуклыми с ростом личных возможностей, направленных на борьбу за независимость. Путеводные идеалы, обычно всегда связанные с тем, что было увидено, услышано и прочитано, указывают на смысл будущей жизни, которая развивается в данный момент.

4. Любовь и брак

Любовь как жизненная проблема [34]

Чтобы полностью узнать человека, мы должны понять характер его любовных взаимоотношений. У нас должна быть возможность сказать о том, правильно или нет человек поступает в вопросах любви; и почему в одних случаях его поведение можно считать подходящим, а в других — недопустимым. Естественно, перед нами встает следующая проблема: что можно сделать, чтобы предотвратить ошибки в любовных взаимоотношениях. Если считать, что человеческое счастье по большому счету зависит от решения проблем любви и брака, то мы должны признать эти проблемы наиболее важными.

Одна из сложностей называется людьми уже в самом начале. Они считают, что люди неодинаковы и что два человека были бы, возможно, более счастливы, если бы нашли отличающегося партнера. Если допустить эту возможность, то мы придем лишь к тому выводу, что данные люди сделали неудачный выбор. Но мы не знаем, возникла ли эта любовная проблема из-за ошибочного выбора или она возникла бы перед ним или ней в любом случае в силу других, более глубоких причин. Понимание человеческой души и ее движущих сил часто может предостеречь нас от неудач.

Три жизненные цели

Проблема любовных взаимоотношений является одной из многих в человеческой жизни. Ее понимание возможно только при последовательном рассмотрении других жизненных проблем. Жизнь ставит перед нами три основных комплекса задач (Aufgabenkomplexe), от решения которых зависит наше будущее и наше счастье.

Социальная задача. Первой жизненной проблемой является решение социальной задачи в самом широком смысле этого слова. Жизнь требует от каждого определенного поведения и развитой способности к установлению контактов (Kontaktfahigkeit) с окружающими; определенного поведения в семье и формирования его социального мироощущения. В судьбе человека большую роль играет то, какой социальный мотив он изберет в качестве определяющего в своей жизни, в какой степени он думает во время деятельности о собственном благополучии и в какой — о благополучии других. Его внутренний выбор часто трудно вычленить из внешних решений; часто он вообще не может разобраться в социальных приоритетах и часто его точка зрения должна рассматриваться в ином смысле, чем она видится внешне. Это похоже на политические взгляды человека. Люди редко бывают удовлетворены своей политической партией и поэтому его можно было бы причислить к другой партии. Что надо принимать во внимание, так это только поведение личности по отношению к обществу и к окружающим в самом широком смысле этого слова, а не то, что он или другие думают об этом.

Профессиональная деятельность. Второй жизненной задачей является профессиональная деятельность, то есть то, каким образом человек собирается реализовать свои возможности, работая на благо общества. Решение этой проблемы наиболее ярко раскрывает сущность человека. Например, когда молодой человек находит каждое занятие отвратительным для себя, мы, условно говоря, посчитаем его неподходящим товарищем, потому что он, возможно, либо недостаточно созрел для общественной жизни, либо он не достиг зрелости сам по себе. В значительном большинстве случаев выбор трудовой деятельности делается неосознанно. Неосознанно потому, что в момент этого выбора никто из нас не думает о том, что он сделал шаг на благо общества, что он выбрал для себя нишу в общем разделении труда. Конечно, также учитывается то, что он делает по роду своей деятельности. Можно выбрать профессию, но обнаружить при этом свою несостоятельность; или узнать через некоторое время, что ваше призвание совершенно в другом. Частая смена занятий приводит к выводу, что на самом деле человек предпочел бы вообще ничем не заниматься, или, возможно, он считает себя слишком хорошим для любого рода занятий (а практически недостаточно хорошим) и только притворяется, что оно ему подходит.

Любовь и брак. Третья жизненная задача, которую каждый человек должен для себя решить, это проблема любви и брака, чему нам хотелось бы уделить здесь особое внимание. Ребенок врастает в данную проблему постепенно. Все окружающие его люди связаны любовными и брачными взаимоотношениями. Несомненно, что ребенок уже в первые годы своей жизни пытается занять определенную позицию в этом вопросе. То, что мы слышим из их уст, не имеет решающего значения, поскольку как только ребенок соприкасается непосредственно с проблемами любви, им часто овладевает сильнейшая робость. Некоторые дети откровенно заявляют, что не могут говорить на эту тему. Другие, питая нежные чувства к своим родителям, тем не менее не способны выразить свою любовь к ним. Четырехлетний мальчик отвечал на поцелуи пощечиной, потому что порывы нежности он воспринимал как что-то неестественное, они казались ему пугающими, возможно, даже унизительными.

Оглядываясь назад на свою собственную жизнь, мы вспоминаем, что каждое проявление нежности соединялось с ощущением стыда и чувством, что из-за этого можно стать слабее или испортить свою репутацию. Это очень примечательно и требует объяснения. Поскольку наша культура в основном ориентирована на мужской идеал, мы растем с мыслью о том, что проявление нежности позорно. Соответственно и в школе, в литературе, в том или ином обществе дети постоянно учатся видеть в любви что-то немужественное. Иногда они выражают это очень прозрачно, а некоторые заходят так далеко, что можно подумать, будто они избегают подобных эмоций.

Логика общественной жизни

Первые проявления нежности у ребенка появляются очень рано. По мере их развития можно заметить, что все они являются проявлениями социального чувства. Оно, очевидно, врожденное, поскольку возникает в жизни постоянно. По степени развития социального чувства мы можем судить об отношении индивидуума к жизни.

Уже само понятие человеческого существа включает в себя наше всеобъемлющее понимание социального чувства. Мы не можем представить себе, что человеческое существо можно назвать человеком без наличия этого чувства. В подтверждение сказанного, посмотрим на историю и увидим, что ни один человек не жил в изоляции. Они всегда жили в группах, пока их насильственно не отдаляли друг от друга. Дарвин показал, что животные, находящиеся в менее благоприятных условиях в природе, также живут в группах. Их жизнеспособность обеспечивается формированием групп, которые неосознанно следуют инстинкту самосохранения. Те, которые жили отдельно, а значит изначально у них отсутствовало чувство общности, погибли, став жертвами естественного отбора. Естественный отбор также опасен и для человека, так как физически он менее всего приспособлен к условиям природы.

Ситуация, связанная с неполноценностью и неприспособленностью человеческой расы, заставляет человечество и отдельного индивидуума самосовершенствоваться, пока не будет достигнуто состояние относительного покоя и не закрепится определенная форма существования.

Мы все еще на этой стадии, и сегодня самое время осознать, что современное положение вещей является лишь очередным этапом движения вперед, является следующей ступенью человеческого развития. Учитывая все проблемы существующей жизни, эту фазу благополучно пройдет лишь тот, кто поступает в соответствии с ситуацией и подчиняется логике фактов; тех же, кто будет отвергать эту логику, ожидает ужасная судьба. В самом точном своем значении логичность совместного проживания людей характеризует социальное чувство.

Полное развитие ребенка предполагает создание для него ситуаций, в которых он должен проявить социальное чувство. Жизнь и здоровье ему гарантированы, если только рядом есть близкие люди, принимающие в нем участие. Новорожденный детеныш уже в скором времени может отличать ядовитые растения от других. Новорожденный ребенок же в силу незрелости своего организма зависит от социального чувства взрослых. О ребенке должны заботиться в течение длительного периода, его должны учить и развивать до тех пор, пока он сам не будет в состоянии позаботиться о себе.

Когда мы рассматриваем способности, которыми особенно гордимся и которые гарантируют нам верховенство над остальными существами, например, разум, логику, язык, наше понимание и предпочтение всего красивого и хорошего, мы можем заметить, что человек один никогда бы не смог создать их. Они, так сказать, рождаются коллективным разумом (Massenseele). Следовательно, возникающие в будущем потребности никогда не смогут обременить одного лишь индивидуума и всегда будут удовлетворены. Для одинокого человека, находящегося в отрыве от общества, сознательная и осторожная логика была бы не нужна. Он бы не нуждался в общении, для него не представлялось бы существенным хороший он или плохой. Без связи с человеческим обществом или собратьями эти понятия потеряли бы свое значение, как и в случае с одиночными животными. Проявление всех человеческих качеств, всех достижений человеческого ума возможно только в тесной связи людей друг с другом.

Любовь как элемент социального чувства

Необходимость связи между людьми обусловливается не только повседневными нуждами, но и существующими половыми отношениями. Разделение человечества на два пола, далекое от разведения их в разные стороны, означает вечное тяготение одних к другим. Это создает чувство взаимной связи, потому что в жилах каждого течет одинаковая кровь, так как каждый есть плоть от плоти другого.

Брачные законы разных народов могут быть поняты только с точки зрения любви как чувства, объединяющего всю группу. Брак и половые связи между членами одной семьи были запрещены, так как это привело бы к самоизоляции семей. Поэзия, религия, священные заповеди направлены против кровосмешения и призывают к его уничтожению. В то время как ученые еще не разобрались в причине естественной антипатии между членами одной семьи, мы можем легко это объяснить на основе социального чувства, которое развивается в каждом ребенке и которое устраняет все возможности, которые могли бы привести к отторжению человека от общества.

Теперь мы можем понять, что любовь в своей сущности взаимоотношения полов всегда связана с социальным чувством и не может быть разделена от него. Любовь как взаимосвязь двух людей, как элемент социального чувства имеет свои законы и является необходимым компонентом в сохранении человеческого общества. Нельзя представить без нее человеческое сообщество. Тот, кто утверждает необходимость человеческого общества, утверждает тем самым любовь. Тот, кто обладает чувством сообщества, должен благоприятствовать браку или проявлению любви, равной или высшей по значению. С другой стороны, человек с низким социальным чувством, которому не суждено раскрывать свою сущность в среде людей, будет также демонстрировать странную форму любовных отношений.

Теперь мы можем сделать несколько выводов, которые облегчат понимание такой обширной области, как любовные взаимоотношения, и неожиданно прольют свет на эту проблему. Человек, задержавшийся в своем общественном развитии, не имеющий друзей и сам не ставший настоящим товарищем, чье мировоззрение противоречит социальному чувству и чьи профессиональные интересы не нашли достойного решения, то есть человек, частично или абсолютно потерянный для общества, непременно будет иметь трудности в любовных взаимоотношениях. Такие люди едва ли будут в состоянии решить сексуальные проблемы. Они изберут странные пути, станут создавать трудности и, в чем они действительно встретятся с трудностями, прибегнут к ним в качестве спасительного оправдания.

Разлад в любовных отношениях [35]

Рассмотрим поближе те трудности, которые люди создают в своих любовных отношениях, чтобы тем самым высветить всю проблему. В любовные взаимоотношения индивидуума вовлечена вся его личность. Мы сможем понять его индивидуальность через характер этих отношений, так же как и постичь особенности его сексуальных устремлений из понимания его личности в целом.

В поисках власти над партнером

Обязывая через любовь. Очень часто в вопросах сексуальных отношений можно найти ошибочное предположение, что любовь представляет собой обязательство перед партнером. Когда мы посмотрим вокруг, а также понаблюдаем за собой, то заметим, что зачастую совершаем ошибку, полагая, что возлюбленный в чем-то обязан нам уже только потому, что его любят. Эта ошибка, кажется, заложена каким-то образом во всю систему нашего мировосприятия. Это идет еще с детства и семейных взаимоотношений, где, действительно, любовь одного почти приравнивается к обязательству другого. Взрослый человек хранит это ощущение с детства. Возникающие при этом крайности группируются вокруг мысли: «Ты должен делать то-то и так-то, потому что я люблю тебя». В связи с этим часто используются более жесткие нотки в отношениях между людьми, которые на самом деле питают друг к другу нежные чувства. Потребность во власти одного из партнеров, который в силу своей собственной любви хочет соответствия другого его «прокрустову ложу», с необходимостью требует, чтобы поступки партнера, его достижения и чувства осуществлялись в рамках его желаний, «потому что он любит этого человека». Это легко может превратиться в деспотизм, след которого встречается почти во всех любовных взаимоотношениях.

Таким образом, мы видим, как тот же самый фактор, присутствующий в семейной жизни, так или иначе всегда ведет к нарушениям и в товарищеских взаимоотношениях, а именно: стремлению к власти и личному превосходству.

В человеческом обществе необходимо уважать свободу отдельной личности в той степени, чтобы предоставить другому возможности свободного выбора. Тот, кто стремится к личному превосходству, нарушает тем самым свою связь с сообществом. Он не хочет быть составной частью целого, а желает подчинения других себе. Таким образом он, разумеется, разрушает гармонию в жизни, в обществе и в отношениях с друзьями. Поскольку по своей природе никто не хочет быть на положении постоянного раба, те, кто даже в любовных взаимоотношениях стремятся к власти над другими, непременно встретятся с большими трудностями. Если они не умерят свою склонность к самонадеянности и превосходству в сексуальной жизни, тогда им следует найти себе партнера, который бы подчинялся во всем; или им придется бороться с тем, кто сам ищет превосходства и мечтает о личной победе. В случае подчинения любовь трансформируется в рабство, в другом же случае будет иметь место постоянная борьба двух сил, из-за которой гармония никогда не будет достигнута.

Выбор слабовольного партнера. Путей для достижения этого очень много. Некоторые властные личности настолько трепетно относятся к своим амбициям, к своему могуществу, что ищут себе только такого партнера, от которого не исходит опасности превосходства и который всегда и во всем подчиняется сам. Это, безусловно, всегда никчемные люди с высокими амбициями. Одержимость подобным стремлением к власти — широко распространенное явление в нашем обществе, которое наносит безмерный вред развитию человечества.

В свете этого можно понять достаточно часто повторяющийся странный феномен, когда люди при выборе своего предмета любви опускаются на более низший и малоподходящий для них социальный уровень. Например, изучая любовную линию жизни Гете, мы обнаружим, что этот амбициозный человек был весьма неуверен в любовных отношениях. Озабоченный высшими проблемами, он удивил свое окружение (Mitwelt) тем, что женился на кухарке. Поскольку мы признаем и подчеркиваем равное достоинство всех людей, данный факт, естественно, не вызывает нашего возмущения. Однако мы относимся к таким действиям как к выходящим за рамки общепринятого и хотим понять их с точки зрения самого индивидуума, исследуя его конечную цель.

Согласно нашим представлениям, только те люди могут составить пару, кто социально, по своему образованию и подготовке к жизни больше подходят друг другу. Те же, чей выбор выпадает из общих правил, относятся к категории людей, которые воспринимают проблемы любви с чрезвычайной нерешительностью и предрассудками, кто боится своего сексуального партнера и, следовательно, ищет человека, в котором он предполагает меньше власти и силы. Конечно, возможно и то, что некто уклоняется от общепринятых норм из-за силы характера. Но это в основном происходит из-за его слабости.

Такой выбор кажется некоторым из этих осторожных людей чрезвычайно удачным решением, но они не понимают, что их окончательное намерение — это скрыть свои тайные мотивы в любви и сексуальности, и убеждены в том, что здесь подразумевается только Купидон. Но, как правило, подобное супружество оказывается не самым лучшим и имеет много недостатков. Не то чтобы интеллектуально или социально «превосходящий» партнер будет разочарован, или встретятся трудности социального порядка, когда «недостойный» партнер не будет удовлетворять определенным требованиям семьи и общества. Эти и другие внешние факторы могут быть устранены и преодолены, если смогут осознать окончательные намерения «превосходящего» партнера. Но удивительно, что именно «недостойный» партнер не может долго выносить то, как злоупотребляют его слабостью. Даже если он не понимает, что происходит, он тем не менее не может избавиться от чувства, что к его недостаткам относятся не лучшим образом. От этого чувства он переходит к своего рода мщению: попробует доказать, что он не хуже, чем его партнер.

Существует много ярких примеров подобного рода. Часто молодая, культурная и высокоразвитая девушка ввергает себя в руки ничтожного, порой даже безнравственного человека, вероятно, иногда с идеей спасти его с помощью любви от алкоголизма, азартных игр и праздности. Однако никогда еще любовь не спасала таких людей. Этот замысел почти всегда завершается безуспешно. «Недостойный» партнер при всех обстоятельствах чувствует на себе печать дурной репутации. Он не позволяет себе быть любимым и спасенным, потому что движущие силы его отношения к жизни совсем другие и непонятны обычному уму и здравому смыслу. Возможно, он давно уже отказался от надежды когда-нибудь добиться в чем-нибудь успеха, и в каждой ситуации, предъявляющей к нему свои требования, видит лишь новую опасность, при которой его предполагаемое несовершенство станет очевидным.

Есть много людей, которые заинтересованы только в физически неразвитых или более старших по возрасту любовных партнерах. Такие случаи справедливо привлекают наше внимание и требуют разъяснения. Иногда мы находим естественное объяснение какой-либо конкретной ситуации. Но даже и тогда подобная склонность всегда способствует тому стилю жизни, который предполагает использование пути наименьшего сопротивления.

Хищническое желание. Иные люди влюбляются только в тех, кто уже помолвлен с другим. Подобный странный факт может раскрыть различные намерения. Это может означать «нет» по отношению к запросам любви и устремлениям к невозможному или неосуществимому идеалу. Но это также может означать «желание отобрать что-либо у другого», привычку, привнесенную в сексуальность из его стиля жизни.

Биографии знаменитых людей показывают, что в нашем сложном мире люди растут с желаниями воровать и отбирать. За страстным желанием замужней женщины следуют дальнейшие шаги, а именно: попытка завладеть объектом любви, хотя это часто завуалировано наиболее благородной формой. Рихард Вагнер был, несомненно, таким человеком. Почти во всех его поэтических произведениях есть сюжетное осложнение, заключающееся в том, что герой желает женщину, которая принадлежит другому. Собственная жизнь Вагнера также обнаруживает эту характерную особенность.

Бегство от брака

Многие люди недостаточно созрели для общества; они усматривают в любовных и супружеских взаимоотношениях некую опасную зону и выражают свои недалекие взгляды разными способами, которые часто, на первый взгляд, кажутся невежественными. В отношении вопросов любви и брака, которые постоянно волнуют их, они говорят общими фразами, которые в какой-то степени могут быть справедливыми и не обязательно лживыми. Например, когда застенчивый человек говорит, что он не женится «потому, что жизнь такая сложная», каждое его слово верно. Но это также верно и для тех, кто женится. Подобные истины выражаются только теми, кто бы сказал «нет» даже при их отсутствии. В таком случае они могли бы дойти до другой «истины». Было бы недипломатично с их стороны выдвинуть в поддержку своего предвзятого намерения плохие аргументы, когда кругом много хороших. Тревожно то, что многие люди стараются избегать решения жизненных проблем, среди которых есть и сексуальные.

Любовь без взаимности. Частой причиной отказа от брака называется любовь без взаимности. Это средство для достижения жизненной цели, направленной на уход от реальной жизни, от общества. Выдвигая этот довод, люди надеются на понимание и оправдание. В подобных случаях несчастливая любовь далеко не так несчастлива, как это может быть нужно для достижения названной цели. Это заставляет людей с готовностью убегать от жизненных проблем, особенно связанных с любовью, что подкрепляется иногда путем обмана или какого-либо другого приема. Это не всегда чистая выдумка, она связана с некоторыми реальными взаимоотношениями. И потом это не выглядит как какой-то прием, но напоминает явный результат жизненного опыта.

Мы также можем «сделать» человека недосягаемым. Часто поклонник с самого начала чувствует, что его не примут достойно, но он использует этот повод для более значительного действия. Он думает, что не может жить без возлюбленной, и ухаживает за ней, хотя любой объективный наблюдатель посчитал бы невозможным, что любовь его будет взаимной. Даже себе он говорит именно так. Иногда подобное ухаживание принимает такую форму, которая способна вызвать сопротивление, например, чрезмерной страстностью или появлением в тот момент, когда нет никаких гарантий к совместной жизни. Такого рода ухаживания имеют целью вызвать безответную любовь. Необычайно большое количество людей руководствуются именно этой целью.

Некоторые люди внушают себе безрассудную страсть, даже не зная о том, существует ли такой человек. Это ясно раскрывает их окончательное намерение, не имеющее ничего общего с любовью или женитьбой. А их страстная влюбленность, по всей вероятности, никогда не реализуется.

Со стороны можно подумать, что подобное поведение не относится к человеческой натуре. Но это такой человек, который стремится уйти от действительности, и безответная любовь предоставляет ему отличное укрытие. Пока он в течение 5 или 10 лет испытывает любовь без взаимности, ему не нужно искать каких-либо других путей разрешения этой проблемы. Конечно, он страдал, однако это была плата за реализацию своего намерения. Но его цель, которая оставалась для него самого неосознанной до конца и состоявшая в том, чтобы убежать от решения проблем любви и брака, была тем самым достигнута с чистой совестью и хорошим оправданием. Такая цель и такое решение несовместимы с условиями нашего мира и логикой человеческого общежития. На самом деле они являются большой трагедией, а не решением проблемы. Только с помощью глубокого понимания этой ситуации возможны помощь и вмешательство.

Высокие идеалы. Для человека, стремящегося уйти от действительности, особенно рекомендуется один хорошо апробированный прием. Пусть он придумает новую идею, особый идеал. Пусть сравнивает этот свой идеал с людьми, которых он встречает в своей жизни. Однако результатом будет то, что ни один из них не будет отвечать требованиям этого идеала, все они будут далеки от него. Когда он отвергает и игнорирует предложенные образцы, его поступок выглядит благоразумным и рассудительным. Но при рассмотрении конкретного случая мы обнаруживаем, что такой осмотрительный человек даже и без какого-либо идеала сразу же готов сказать «нет». Этот идеал включает в себя такие притягательные качества, как откровенность, честность, смелость и т. д. Но эти свойства можно раздувать и продолжать по желанию до тех пор, пока они не превзойдут все мыслимые качества личности. Таким образом, мы имеем дело с любовью к цели, которую заранее «сделали» недоступной.

Такой способ имеет разные вариации претворения в жизнь. Мы можем полюбить человека, который лишь однажды появился на короткое время, произвел впечатление, исчез и его больше никогда нельзя будет найти. И искать его придется по всему миру. Однако условия для достижения такой любви в нашем мире выше человеческих сил и потому она вызывает наше подозрение.

Страх и недостаток сдержанности

В целом чувство неуверенности в себе содействует проявлению многих форм сексуальности. Есть молодые люди, которым нравятся женщины только старшего возраста. Они ошибочно полагают, что в этом случае жизнь была бы менее обременительной. Они также обнаруживают свою слабость тем, что выказывают определенную необходимость в материнской заботе. Обычно это избалованные люди, которые очень хотят положиться на кого-либо и все еще «нуждаются в няне». Они никогда не могут сохранить ощущение безопасности при столкновении с противоположным полом и становятся при этом очень беспокойными.

В нашем обществе поразительно много таких обеспокоенных своей безопасностью людей с печатью изъяна настоящего этапа развития — страхом перед любовью и браком. Это обычная особенность всех времен. В нашем мире много тех, кто стремится уйти от действительности. В силу некоторых неудачных и ошибочных обстоятельств они живут, словно витая в облаках, и всегда рассеяны и докучливы. Некоторые мужчины самоизолируются и прячутся от чужих глаз. Некоторые девушки даже не осмеливаются выйти на улицу, убежденные в том, что все мужчины будут приставать к ним, и они всегда будут лишь объектом поползновений с их стороны. Это не что иное, как настоящее тщеславие, способное вконец испортить жизнь любому человеку.

Опыт и знания можно использовать как удачно, так и неудачно. Среди неудачных применений — преувеличенное непризнание ошибки, что само по себе уже является ошибкой. Обратной стороной замкнутости и неразговорчивости является откровенность, в связи с чем мы часто встречаем людей, совершавших ошибки из-за своего прямодушия. Эти люди всегда предлагают себя другим. Хотя это и очень мило — так открыто признаваться в любви, мы твердо убеждены, что в нашем сложном обществе это серьезная ошибка. Дело в том, что нет таких людей, которые бы с легкостью приняли подобное предложение; и предложивший его слишком поспешно должен будет не только переносить горечь сожаления и тяжесть от сдерживания чувств, но он также будет беспокоить партнера внезапными проявлениями своих сексуальных побуждений. Из-за обычного, принятого в обществе злоупотребления любовью, из-за существующей напряженности и борьбы между полами, партнер никогда не будет полностью уверен в том, было ли предложение искренним и правдивым, или же, возможно, за этим скрываются дурные намерения. Нет раз и навсегда установленных правил — мы должны принимать во внимание особенности личности партнера и придерживаться принятых нашим обществом условий. Сегодня считается довольно благоразумным отчасти сдерживать свои влечения.

Неординарность ситуации, связанная с творческой личностью [36]

Любовь, как счастливая, так и чаще несчастная, играет важную роль в жизни творческой личности. Безответная любовь сегодня настолько обычное явление, что почти каждый хоть один раз становился ее жертвой со всеми вытекающими отсюда последствиями. Среди людей, воспринимающих жизнь с особой чувствительностью, человек искусства играет исключительную роль. Он выделяется уже тем фактом, что в своем искусстве ищет жизнь в стороне от жизни, он творит не в существующей реальности, а ищет параллельный мир (Ersatzwelt) и почти отвергается действительностью. Тем не менее, он становится художником только тогда, когда, создавая свои произведения, улучшает реальный мир. Творение становится произведением искусства только тогда, когда в нем заложены общечеловеческие ценности, что и возвращает художника назад в реальную действительность и мир людей.

Уходя от реальной жизни, мы пытаемся познать институт любви и брака с его враждебным и беспокойным отношением к реальности. Многие творческие личности узы любви воспринимают буквально как цепи, оковы или препятствия. Развивая их в своей фантазии, они склонны даже излишне преувеличивать их. Приняв однажды их в качестве безграничного препятствия, они с трудом уже могут их преодолеть. В сфере любовных взаимоотношений они предстают перед неразрешимой задачей и в связи с этим демонстрируют не только черты влюбленного, но в то же время (и в большей степени) качества человека, избегающего любви. Это выражается в их размышлениях и творениях, которые отражают человеческие проблемы во всей их глубине и остроте. Партнер противоположного пола кажется им довлеющим над ними и потому принимает очертания опасности.

С этой мыслью буквально в данном контексте можно встретиться во время общения с поэтами и писателями. Все неустойчивые личности имеют эту склонность, так как все они очень честолюбивы и чувствительны и принимают любое ослабление их власти в качестве оскорбления или опасности.

Искусство в наши дни — по преимуществу мужское искусство. Оно содержит примат мужского начала, говорит преимущественно о мужских проблемах и возвышает женщину до волшебного или пугливого существа, каким и представляют ее многие мужчины. Женщины не могут поддерживать такой мужской идеал, воспитанный веками. Сфера искусства кажется им сложной не потому, что она им не по силам, а потому, что они не могут служить надуманному мужскому идеалу.

Относясь к женщине как к опасности, поэт Бодлер* говорит: «Мечтая о прекрасной женщине, я в то же время никогда не мог думать о ней без ощущения исходящей от нее опасности».

Человек, вступивший в эту предполагаемую «опасную зону», начнет последовательно демонстрировать проявления защитного и предохранительного характера. Будучи молодым, Геббель приблизительно так описывает свои чувства в письме к другу: «Конечно, я опять живу здесь напротив самой красивой девушки в городке, и я по уши влюблен в нее. Но я надеюсь, что вместе с этим ядом вскоре сумею найти и противоядие... И если сегодня мне бы довелось вновь увидеть ее возлюбленного, поднимающегося к ней через окно, я бы разлюбил ее». В начале повествования нам вообще-то представлялся иной конец.

Женщина в виде опасности является животрепещущей темой в искусстве; например, картины Ропса изображают женщину как человека, внушающего опасность, страх или, по крайней мере, как враждебную силу. В предисловии к «Тысяче и одной ночи» явно обеспокоенный автор указывает на хитрость и лукавство женщины, которая благодаря непревзойденной изобретательности спасает свою жизнь от мужчины.

Одна из древнейших форм искусства — Библия, которая своим особым настроением захватывает нас всех с детства, также пропитана постоянной мыслью о том, что от женщины исходит опасность. Таким образом, ребенок будет расти с ощущением робости, неуверенности и скованности по отношению к женщине. Гомеровская «Илиада» также с поразительной точностью описывает несчастья, причиной которых является женщина. Во всех поэтических произведениях, на всех полотнах живописи повторяется одна и та же насущная проблема: женщина — это опасность. Грильпарцер говорит о себе: «Я спас себя от любви бегством в искусство».

То, как безответная любовь проявляет себя в конкретном человеке, зависит от его общего отношения к жизни, от его жизненной позиции. Если перед лицом трудностей кто-либо теряет мужество и прекращает свою деятельность, крах в любви для него может означать крах в жизни. Однако это не является следствием безнадежной любви как таковой. Тот, для кого трудности являются стимулом в деятельности, в случае с безответной любовью не потеряет присутствия духа и достигнет значительных результатов. Мужественный человек сделает для себя иной вывод, чем тот, кто потерпел поражение. Популярная психология часто указывает на огромные достижения, которым способствует безответная любовь, и иногда рекомендует ее в качестве лекарства. Но мы знаем людей, которые достигли многого и без переживаний по поводу безответной любви. Зерном истины в этом случае является то, что люди искусства как никто одержимы и увлечены проблемой любви.

Весьма поучительна в этом отношении жизнь Гете. Он всегда видел опасность в женщине и при столкновении с ней и любовью спасался бегством. Движущей силой Фауста является его вечный поиск разрешения проблемы любви. Через свои волнения, побуждения и устремления Гете построил собственный мир, недовольный существующей жизнью, и таким образом просто поставил перед нами общечеловеческие проблемы. Это заслуга его гения, что он затрагивает в нас все фибры души, когда исторгает неизменно новую песню о сложностях противостояния полов. Вовлекаясь в этот взаимный магнетизм, мужчины боятся, что, отдавая свое сердце женщине, они лишатся собственной индивидуальности и возложат на себя ярмо.

В этой связи стоит упомянуть и Шлейермахера, который в своем замечательном очерке пытается доказать, что любовь — далеко не простое дело, и было бы глупо считать, что когда человек вступает в зрелый возраст, он кое-что знает о любви. На самом деле каждому следует пройти определенную подготовку, своеобразные подготовительные курсы для начинающих. Этот истинный идеалист, которого очень почитают наиболее религиозно настроенные люди, также в свою очередь убедился, что мужчинам и женщинам не так легко найти друг друга.

Трудности в любовных взаимоотношениях [37]

Вопросы, обращенные ко мне во время лекций «Проникновение в человеческую природу», которые постоянно посещают около пятисот человек, в большинстве своем касаются любви. Это знак того, что люди разбираются в этой проблеме намного меньше, чем, скажем, в вопросах профессиональной деятельности.

Почему так мало счастливых любовных союзов? Потому что мы еще несовершенные люди, еще не созрели для любви по сравнению с дружбой. Мы всеми силами противостоим любви, потому что напуганы. Подумайте, например, о неприятии совместного обучения, единственной целью которого является то, чтобы уже в раннем возрасте мальчики и девочки смогли избавиться от своей стыдливости и страха и имели возможность получше узнать друг друга.

Не существует универсальных правил, создающих трудности в любовных взаимоотношениях. Особенность эротической природы конкретного человека проистекает из всей его сущности, и это необходимо принимать во внимание в каждом отдельно взятом случае. Чтобы изменить ложную эротическую ориентацию человека, мы должны учитывать его проявления во всей совокупности и изменить его характер и отношения с окружающим миром. Линия поведения человека, которая отразится также и в любви, может побудить его к поиску безнадежной любви и настаивать на ней или позволит быстрее набраться опыта в любви и продвинуться дальше. Если человек болезненно самолюбив и амбициозен и не может выносить отказов ни в какой форме, это может привести к самоубийству. Это ошибка, которая может быть объяснена, исходя из контекста всей жизни. В нашем обществе, которое требует строгой субординации, могут возникнуть возможности для весьма трагических ситуаций, связанных с бегством от действительности, местью обществу и отдельным людям.

Культивирование любви, облагораживание и очищение любовных связей происходят через развитие всеохватывающего социального чувства. Любовные взаимоотношения не возникают внезапно, а основаны на длительной подготовке. Эротическая связь всегда присутствует между человеческими существами, но она должна соприкоснуться с определенными потребностями личности, чтобы ощутить и увидеть ее в качестве любви.

Любовные проявления берут свое начало в тех далеких днях детства, когда они еще не имели эротической сути и сексуального характера, дней, когда проявление социального чувства все еще было в форме привязанности к кому-либо. Только такая естественная человеческая связь, как между матерью и ребенком, и может мгновенно соединить людей. Продолжительная связь между отдельными людьми, которая служит вечности и сохранению рода человеческого и которую мы называем любовью, еще не до конца сформировалась. Это узы и увековечение в одно и то же время. Этивзаимоотношения возможно оформить волевым решением, скорее надо дать возможность для их развития.

Познание всех этих процессов еще не достигнуто до конца, потому что человек способен на самообман в оценке процессов, происходящих в его собственной душе. Оба пола легко захватываются водоворотом своеобразной политики престижа (Prestigepolitik). И тогда их вынуждают играть роль, с которой ни один из них не может справиться и которая ведет к расстройству безобидности и непосредственности их жизни и наполняет их предрассудками, способными погасить любое проявление подлинной радости и счастья.

Человек, впитавший в себя эти мысли, будет просто стоять на месте со своими ошибками, но в конце концов он осознает верный путь и сможет вместо приобретения новых ошибок постепенно упразднить уже имеющиеся.

Осознание задачи брака [38]

В одном районе Германии есть старинный обычай для проверки того, готовы ли молодожены к совместной супружеской жизни. Перед свадебным процессом невесту и жениха приводят на опушку леса, где до этого было срублено дерево. Им дают пилу, чтобы они распилили его. Это проверка того, как долго они захотят сотрудничать друг с другом. Эта задача предназначена для двоих. Если они не доверяют друг другу, то каждый из них будет дергать пилу в обратную сторону, и они не достигнут успеха. Если один из них пожелает все взять на себя, а другой уступит ему, то задача будет выполняться в два раза дольше. Они оба должны проявить инициативу, но эта инициатива должна быть обоюдной. Эти немецкие крестьяне осознали, что взаимодействие — это главное необходимое условие супружества,

Взаимодействие для общего благосостояния

Если бы меня спросили, что означают любовь и брак, бы дал следующее определение, возможно и неполное: «Любовь с ее воплощением в браке — это наиболее сокровенная привязанность к партнеру противоположного пола, которая выражается в телесном притяжении, в товарищеских взаимоотношениях и в решении иметь детей. Можно легко доказать, что любовь и брак — это одна сторона сотрудничества — не взаимодействие ради лишь благополучия двух людей, а взаимодействие также и ради благополучия всего человечества».

Данная точка зрения, что любовь и женитьба — это сотрудничество, направленное на благосостояние всех людей, проливает свет на каждый аспект нашей проблемы. Даже физическая привлекательность — самое важное из всех человеческих устремлений, стало важнейшим условием развития человечества. Как я уже часто объяснял, человеческий род, страдающий от несовершенных органов, не был готов в полной мере к жизни на нашей бедной планете — земле. Главным способом сохранения человеческой жизни было размножение; отсюда наша способность к воспроизведению потомства и постоянное стремление к физической привлекательности.

В наши дни мы встречаемся с трудностями и разногласиями, которые возникают вокруг всех проблем любви. Женатые пары соприкасаются с этими трудностями, они волнуют родителей, и все общество вовлечено в них. Следовательно, если мы стараемся прийти к правильному заключению, наш подход должен быть свободен от предрассудков. Мы должны забыть, что мы узнали раньше, и постараться исследовать, насколько это возможно, без вмешательства других обстоятельств с широким и свободным обсуждением.

Я не имею в виду, что мы должны рассматривать проблему любви и брака полностью в отрыве от других проблем. Человек никогда не может быть абсолютно свободным в этом отношении: он никогда не сможет решить свои проблемы, опираясь исключительно только на свои взгляды. Каждый человек связан определенными узами, его развитие происходит в определенном окружении, и он должен согласовывать свои решения с этими условиями. Эти основные узы обусловлены фактом того, что мы живем в одном конкретном месте нашего необъятного мира и должны развиваться в тех рамках и в соответствии с теми возможностями, которые предоставляют нам жизненные обстоятельства; что мы живем среди себе подобных и должны научиться приспосабливаться к окружающим; что мы живем в виде двух противоположных полов, и будущее человеческого рода зависит от их взаимоотношений.

Если индивид заинтересован в своих друзьях и благополучии всех людей, он будет руководствоваться их интересами во всех своих действиях. Он будет стараться решать проблему любви и брака так, как если бы от этого зависело благосостояние других. Но ему не надо знать о том, что он старается решать это таким образом. Если вы спросите его, он, возможно, будет не в состоянии дать научное объяснение своим целям. Но он будет непроизвольно стремиться к благосостоянию и улучшению человечества, и этот интерес мы увидим в его деятельности. Есть и другие люди, которые не так сильно заинтересованы благополучием людей. Вместо нижеследующей личностной позиции, как-то: «Что я могу сделать для моих товарищей?», «Как мне лучше занять свою нишу в общем жизненном пространстве?», они скорее спрашивают: «Что мне может дать эта жизнь?», «Что я могу получить от этого?», «Сколько это стоит?», «Достаточно ли другие люди считаются со мной?», «По достоинству ли меня ценят?». Если подобная позиция лежит в основе отношения к жизни данного индивида, то он будет пытаться разрешить проблему любви и брака таким же образом. Он всегда будет спрашивать: «Что это мне может дать?».

Любовь — это не чисто биологическая задача, как ее представляют некоторые психологи. Взаимоотношения полов связаны с побуждением или инстинктом; однако вопрос любви и брака не настолько прост, чтобы его объяснить лишь одним побуждением. Куда бы мы ни обратили взоры, обнаружится, что мы развиваем, культивируем и облагораживаем наши побуждения и инстинкты. Мы подавили в себе некоторые из наших желаний и склонностей. Что касается наших отношений с близкими, мы знаем, как не надоесть друг другу. Мы научились одеваться и приучили себя к чистоплотности. Даже будучи голодными, мы не прибегаем к обычному естественному насыщению; у нас появились вкусы, сервировка стола и способы принятия пищи. Мы приспособили наши побуждения к нуждам человеческой культуры; все они отражают попытки, которые мы научились направлять в сторону благосостояния человечества и нашей собственной жизни в сообществе.

Если мы отнесем это понимание к проблеме любви и брака, мы вновь обнаружим, что на первом месте должны быть интересы человечества. Нет смысла обсуждать каждый аспект, касающийся любви и брака, в отдельности, предлагая рецепты, изменения, новые правила или новые институты, пока мы не поймем, что эта проблема может быть решена только во всей совокупности и с учетом благополучия человечества. Возможно, мы изменимся в лучшую сторону; возможно, мы найдем более точные и полные ответы на этот вопрос. Если нам это удастся, то мы получим более достойные объяснения, которые более полно учитывают тот факт, что на земле есть два противоположных пола, и их сотрудничество просто необходимо. И поскольку наши ответы уже принимают во внимание данные условия, то истина в них установится навсегда.

Задачи, стоящие перед двумя равными партнерами

Когда мы используем данный подход, то первый вывод, вытекающий из проблемы любви, это то, что это задача для двух личностей. Для многих людей она всегда будет новой. В определенной степени нас научили работать как самостоятельно, так и в команде или группе. Однако мы имеем незначительный опыт в совместной работе двух рядом с двумя. И эти новые условия, следовательно, выдвигают определенную трудность, но эту трудность легче будет разрешить, если эти двое будут заинтересованы в других, так как они смогут тогда более легко научиться интересоваться друг другом.

Мы могли бы даже отметить, что для полного осуществления подобного сотрудничества двух индивидуумов каждый партнер должен быть более заинтересован в другом, чем в себе. Это единственная основа, при которой, любовь и брак могут достигнуть успеха. Тогда станет понятно, почему многие взгляды по вопросам брака и многие предложения по его реформированию носят ошибочный характер.

Когда один из партнеров более заинтересован в другом, чем в себе, тогда обязательно будет иметь место равноправие. Если появляется сокровенная привязанность, ни один из партнеров не сможет почувствовать себя ущемленным или невостребованным. Равноправие возможно только тогда, когда оба партнера следуют этому подходу. Каждый из них должен пытаться облегчать и обогащать жизнь другого. И в этом случае каждый из них будет в безопасности. Каждый чувствует, что он востребован, что он необходим.

В подобном отношении друг к другу мы видим основную гарантию брака и главный смысл счастья в брачном союзе. Это ощущение того, что вы представляете собой особую ценность, что ничто вас не может оттеснить, что вы нужны партнеру, что ваши поступки безупречны, что вы товарищ и настоящий друг.

В вопросах взаимодействия невозможно для одного из партнеров принимать положение подчиненного. Два человека не могут успешно жить вместе, если один из них желает повелевать и заставляет другого подчиняться. В современных условиях многие мужчины и, по сути, многие женщины, убеждены, что именно мужчине принадлежит право повелевать и командовать, играть ведущую роль, быть хозяином. Это и есть причина того, что так много несчастных браков. Никто не может выносить положения подчиненного без гнева и отвращения.

Товарищи должны быть равноправны, а когда люди равны, они всегда найдут путь для преодоления совместных трудностей. Они найдут согласие, например, в том, чтобы иметь детей. Они понимают, что решение не иметь детей связано с их личным участием в демографической проблеме. Они поймут друг друга и в вопросах воспитания; они будут стремиться к немедленному разрешению возникающих проблем, потому что знают, что дети в несчастных браках находятся в невыгодном положении и не могут нормально развиваться.

В современном обществе людей часто не должным образом готовят к взаимодействию друг с другом. Наше воспитание больше направлено на достижение личного успеха, на установку скорее получать от жизни, нежели что-то отдавать ей. И легко будет понять, что у людей, живущих по законам брака в сокровенной привязанности друг к другу, любая ошибка во взаимодействии, в возможности проявлять интерес к другим людям приведет к печальным последствиям. Большинство людей впервые испытывают подобное тесное взаимодействие. Они не привыкли считаться с интересами другого человека, с его целями, желаниями, надеждами и амбициями. Они не подготовлены к проблемам общего характера. И нам не надо удивляться многим ошибкам, которые мы наблюдаем вокруг; но мы можем изучать эти факты и учиться тому, как избегать этих ошибок в будущем.

Воспитание и формирование умений [39]

Среди взрослых, получивших предварительную подготовку, не встретишь оступившихся. Мы всегда поступаем в соответствии с нашим образом жизни. Подготовка к браку не бывает сиюминутной. В проявлении характера ребенка, в его отношениях к окружающему миру, в его мыслях и поступках мы можем увидеть, как он готовится ко взрослым ситуациям. Основные черты его отношения к любви уже закладываются к пятому или шестому году жизни.

Начальное половое воспитание

Довольно рано в развитии ребенка можно увидеть, как формируются его взгляды на вопросы любви и брака. Не следует думать, конечно, что он выказывает свои сексуальные побуждения в нашем взрослом понимании данного предмета. Просто у ребенка формируется представление об одной из сторон наблюдаемой им общественной жизни, частью которой он считает и себя. Любовь и супружество также являются факторами его окружения; проникая в сознание, они дополняют его концепцию о собственном будущем. У него должно быть свое восприятие и понимание этих проблем.

Когда дети обнаруживают подобный ранний интерес к противоположному полу и выбирают себе партнеров, которые им нравятся, нам никогда не следует интерпретировать это как своеобразную ошибку или глупость или преждевременное сексуальное влечение. И менее всего нам следует это осмеивать или превращать в шутку. Мы должны принимать происходящее как шаг ребенка в его подготовке к любви и браку. Вместо того, чтобы шутить по такому поводу, лучше убедить ребенка в том, что любовь — это великая цель, это задача, к которой следует подготовиться не только ради него самого, но и в интересах всего человечества. Таким образом мы можем внедрить в сознание ребенка данный идеал; и став взрослее, будучи хорошо подготовленными, дети будут способны встречаться друг с другом как товарищи и друзья в атмосфере сокровенной привязанности. И обнаружится, что дети являются истинными приверженцами моногамии — и это несмотря на тот нередкий факт, что браки их собственных родителей не всегда бывают гармоничными и счастливыми.

Я бы никогда не настраивал родителей слишком рано объяснять ребенку физиологическую сторону сексуальных отношений или рассказывать больше того, что желают узнать их дети. Вы должны понимать, что самое главное значение имеет тот факт, под каким углом зрения ребенок рассматривает проблемы, касающиеся брака. Если ему преподнесли ошибочные взгляды, то проблемы супружества он будет воспринимать как некую опасность или нечто выше его понимания. По своему опыту знаю, что дети очень рано — в 4-, 5- или 6-летнем возрасте — познакомившиеся со взрослыми взаимоотношениями, и дети, имевшие предварительный опыт в этой области, всегда в последующей жизни более настороженно и с опаской относятся к любви. Физическая привлекательность для них также несет в себе заряд опасности. Если ребенок не очень рано знакомится с этой запретной темой, то он не настолько напуган и обескуражен: у него гораздо меньше возможностей для возникновения заблуждений в понимании правильных взаимоотношений. Суть нашей истинной помощи заключается в том, чтобы никогда не лгать ребенку, никогда не увиливать от его вопросов, понимать, что стоит за его вопросами, объяснять только то, что по нашему разумению он может осознать. Нотации и назидания способны причинить большой вред.

Касаясь этой проблемы, как собственно и других тоже, для ребенка будет лучше, если он сам по своей инициативе и самостоятельно будет получать знания, которые ему нужны. Если между ним и родителями существует доверие, ему не придется терпеть оскорблений. Он всегда будет у них спрашивать то, что ему надо знать. Существует общее заблуждение, что дети могут получить неверное представление о жизни через своих товарищей. Я еще не видел такого ребенка, здорового во всех отношениях, которому бы очень навредили таким путем. Дети не всегда проглатывают то, что сообщают им их товарищи; в большинстве своем дети очень критичны, и если они не уверены в том, что сказанное является правдой, они спросят об этом у родителей или у своих братьев и сестер. Я должен также признать, что мне часто встречались дети, которые были намного деликатнее и тактичнее в таких вопросах, чем их более старшие сверстники.

Впечатления от ближайшего окружения

Даже физическая притягательность взрослой жизни уже начинает воспитываться с детства. Впечатления, которые ребенок получает касательно симпатий и привлекательности; впечатления, которые он получает от общения с противоположным полом в его ближайшем окружении, являются толчком к началу физического влечения. Когда юноша вбирает в себя эти впечатления от своей матери, сестер или знакомых девочек, то в будущем его ранние впечатления повлияют на выбор именно подобных типов женщин. Иногда на него оказывают влияние произведения искусства: каждого именно таким образом притягивает идеал человеческой красоты. Таким образом, в дальнейшем у индивида уже нет свободного выбора в широком смысле; он имеет тот выбор, который у него сформировался в процессе воспитания.

Этот поиск красоты не является бессмысленным. Наши эстетические чувства всегда основаны на желании иметь здоровое и совершенное человечество с хорошим будущим: именно на этом образе мы и хотели бы развивать наших детей. Вот та красота, которая всегда интересует нас.

Иногда, когда у мальчика возникают трудности в общении с матерью, а у девочки — с отцом (как это часто случается, когда супружеские взаимоотношения некрепки), они обращают свои взоры на противоположные типы людей. Если, например, мать юноши всегда изводит его и придирается к нему, если юноша слаб и боится, что над ним будут властвовать, тогда он может почувствовать сексуальное влечение только к той женщине, которая не будет господствовать над ним. И в этом случае он легко совершает ошибки: он может искать только того партнера, которого сможет подчинить себе; но счастливый брак просто невозможен без равноправия. Иногда, когда он хочет доказать свою могущественность и силу, он ищет партнершу, которая, казалось бы, также сильна, как и он сам: либо он просто предпочитает силу, либо он видит в этой женщине своеобразный вызов для доказательства собственной властности.

Если у него слишком большие разногласия с матерью, то его подготовка к любви и браку может быть нарушена, и даже может быть блокировано физическое влечение к противоположному полу. Существует много видов подобного расстройства, и когда оно будет полным, то юноша окончательно откажется от противоположного пола и станет извращенцем. Мы всегда лучше подготовлены к супружеской жизни, если был гармоничным брак наших родителей. Дети получают свои первые впечатления о том, каким может быть брак, на примере жизни своих родителей; и это не удивительно, что наибольшее число неудач в жизни встречается среди детей от расстроенных браков и из неблагополучных семей. Если родители сами не способны к сотрудничеству друг с другом, то для них будет невозможным научить этому своих детей.

Мы часто можем лучше всего судить о готовности личности к браку, выяснив, в достойной ли семье он был воспитан, и понаблюдав за его отношением к родителям, сестрам и братьям. Важным фактором является то, в какой среде он получил подготовку к любви и браку.

Однако мы должны быть осторожны в этом вопросе. Мы знаем, что мужчину определяет не то, как к нему относятся окружающие, а то, как он сам оценивает свое окружение. Его оценка может принести пользу. Вполне возможно, что он имел печальный жизненный опыт в доме родителей; но это может только стимулировать его поступать намного лучше в своей собственной семейной жизни. У него может появиться стремление лучше подготовиться к браку. Мы никогда не должны судить о человеке или игнорировать его только за то, что у него за спиной в прошлом имеется жизнь в несчастливой семье.

Хорошая и плохая подготовка к браку [40]

Наихудшей подготовкой является то, что личность всегда преследует лишь свои собственные интересы. Если он был воспитан таким образом, то тогда он всю жизнь будет думать лишь об удовольствиях и острых ощущениях, которые он сможет получить от жизни. Он всегда будет требовать для себя свободы и утешения, никогда не задумываясь о том, как облегчить и обогатить жизнь своего партнера. Это губительный подход. Я бы сравнил его с человеком, который пытается надеть уздечку на лошадь со стороны хвоста. Это, конечно, не грех, но это ошибочный метод.

Правильные и неправильные концепции о браке

При формировании нашего отношения к любви нам не следует постоянно искать возможностей того, как уменьшить и избежать ответственности. Товарищеские отношения в любви не могут быть прочными, если в них присутствуют колебания и сомнения. Сотрудничество требует решений, связанных с вечностью; и мы считаем только те союзы примером настоящей любви и настоящего супружества, к которым пришли в результате устойчивого и неизменного решения. В это решение мы включаем желание иметь детей, воспитывать их и подготовить к взаимодействию, сделать из них, насколько это получится, товарищей, поистине равноправных и ответственных членов общества.

Хороший брак — это наилучший способ воспитания будущего поколения человечества и, когда мы говорим о браке, данное обстоятельство всегда следует иметь в виду. Брак — это действительно целая проблема: он имеет свои правила и законы и нельзя вычленять одну часть и игнорировать другие без нарушения вечного закона земли, а именно — закона сотрудничества.

Невозможно иметь истинное чувство преданной любви, если мы ограничиваем свою ответственность до пяти лет или сводим наш брак лишь к пробному сроку*. Если мужчины или женщины предполагают подобный шаг, то они еще не готовы до конца решать эту проблему. Мы не организовываем подобного «бегства» ни от одной из серьезных и важных жизненных проблем. Нельзя любить на запланированное время.

Все эти очень благонамеренные и великодушные люди, которые пытаются найти легкий выход из брачных отношений, находятся на ложном пути. Предлагаемые ими легкие выходы только навредили бы и ограничили попытки вступающих в брак пар, так как им станет намного легче разорвать свой союз и пренебречь решением задач, которые они перед собой поставили. Я знаю, что существует много трудностей в нашей жизни, мешающих людям в верном решении проблемы любви и брака, несмотря на то, что они хотели бы разрешить ее. Однако это не означает, что я хочу пожертвовать любовью и браком; мне лишь хотелось бы избавиться от трудностей нашей общественной жизни.

Мы знаем, какие качества необходимы для сотрудничества в любви: быть преданным, честным и заслуживающим доверия, а также не быть скрытным и своекорыстным.. . Если человек считает, что свобода от обязательств является самым важным на свете, то он еще не готов к браку должным образом. Также невозможно продолжать товарищеские отношения, если оба партнера согласились сохранить для себя личную свободу. Это не товарищеские отношения. В товарищеских отношениях мы не свободны во всех отношениях. Мы обязали себя к сотрудничеству.

Случай из практики

Позвольте привести пример того, как частное соглашение, не имеющее ничего общего с успехом брачных отношений или благополучия человечества, может причинить вред обоим партнерам. Я помню случай, когда разведенные мужчина и женщина поженились. Они были воспитанными и интеллигентными людьми и очень надеялись, что их новый брачный союз будет лучше прежнего. Они не осознали, однако, в чем была причина краха их первого брака, они искали верный путь, не видя того, что у них отсутствует социальный интерес. Они изображали из себя свободно мыслящих людей и желали иметь легкий брак, в котором никогда не подвергнутся риску надоесть друг другу. В связи с этим они решили, что каждый из них должен быть совершенно свободным во всех отношениях, может делать все, что захочет; но что они должны достаточно доверять друг другу и рассказывать обо всем, что происходит с ними. В этом плане мужчина казался более смелым. Когда бы он ни приходил домой, то постоянно рассказывал жене о своих приключениях; и она, казалось, просто наслаждалась ими и была горда успехами своего мужа. Она всегда сама намеревалась начать флирт или любовные отношения с кем-либо, но прежде чем она предприняла первый шаг, начала страдать от боязни пространства. Она не могла больше выйти одна, невроз держал ее в помещении; если она пыталась выйти за дверь, она боялась так, что была вынуждена возвращаться. Эта агорафобия была защитой против того решения, которое она приняла. Наконец, поскольку она была в не состоянии выйти на улицу одна, муж был вынужден оставаться рядом с ней. Вы видите, как логика брака разрушила их решение. Муж не мог больше слыть свободным, поскольку должен был оставаться возле жены. Сама же она не могла воспользоваться своей свободой из-за того, что боялась выходить одна на улицу. Если бы эту женщину вылечили, это помогло бы ей достигнуть лучшего понимания брачных отношений, а ее мужу тоже пришлось бы считать эту проблему задачей, которую необходимо решать вдвоем.

Примеры неправильной подготовки

Другие ошибки делаются в самом начале брака. Избалованный в детстве, мужчина часто не выполняет своего долга в браке. Он не был подготовлен к адаптации в общественной жизни. Такой ребенок может превратиться в большого тирана в браке; его партнер чувствует себя обделенным, помещенным в клетку и начинает сопротивляться. Интересно наблюдать, что происходит, когда двое избалованных детей вступают в брак друг с другом. Каждый из них требует интереса и внимания к себе, но никто не получает удовлетворения своих потребностей. Следующим шагом становится поиск пути к бегству; один из партнеров начинает флирт на стороне в надежде получить больше внимания к себе.

Некоторые люди неспособны любить одного человека; они влюбляются в двух одновременно. Таким образом они чувствуют себя свободными; они могут перебегать от одного к другому и никогда не брать на себя полные обязательства в любви. А любовь к двоим означает отсутствие ее как таковой.

Есть и другие люди, которые изобретают романтическую, идеальную или недостижимую любовь; они могут таким образом наслаждаться своими чувствами без необходимости иметь партнера в действительности. Завышенный идеал любви может также использоваться, чтобы исключить все возможности, поскольку невозможно найти такого человека, который мог бы полностью отвечать этим требованиям.

Многие мужчины, и особенно многие женщины, из-за ошибок в воспитании развили в себе чувство неприязни и нежелания исполнять свою сексуальную роль. Они затормозили свои естественные функции и физически уже не способны без вмешательства врача достичь успеха в браке. Это как раз то, что я назвал мужским протестом и что очень сказывается на переоценке мужчин в нашей современной культуре.

Если детей оставили в сомнении относительно их сексуальной роли, они весьма склонны ощущать свою незащищенность. Поскольку считается, что мужская роль должна преобладать, естественно, как мальчики, так и девочки будут считать мужскую роль более завидной. Они будут сомневаться в своей собственной способности исполнять эту роль, обостренно относиться к важности мужской роли и попытаются избегать предлагаемых жизнью испытаний.

Эта неудовлетворенность сексуальной ролью очень распространена в нашем обществе. Мы можем подозревать ее во всех случаях женской фригидности и импотенции на почве невроза у мужчин. В этих случаях наблюдается сопротивление любви и браку и это сопротивление оправдано. Невозможно избежать этих неудач, пока мы действительно не признаем, что мужчины и женщины равны. До тех пор, пока одна половина человеческого рода имеет причины быть неудовлетворенной своей позицией, мы будем иметь серьезные препятствия к успеху в браке. Рецептом в этом случае является воспитание к равенству; и нам никогда не следует оставаться в неведении о своей будущей роли.

Я считаю, что сокровенная преданность в любви и браке будет лучше всего сохранена, если отсутствовала добрачная сексуальная близость. Я обнаружил, что большинству мужчин в глубине души не нравится, если их возлюбленная способна до брака вступить в половую связь. Иногда они считают это признаком «легкого поведения» и потому бывают потрясены этим. Более того, учитывая состояние нашего общества, если половые отношения состоялись до брака, то для девушки это бремя всегда тяжелее, нежели для юноши.

Также является большой ошибкой, если брак совершается из страха, а не из смелости. Мы можем понять, что мужество является одной из сторон сотрудничества, и, если мужчины и женщины выбирают партнеров из страха, то это признак того, что они не хотят реального сотрудничества. Это происходит и в том случае, когда они выбирают себе в партнеры пьяниц или людей ниже их по социальному статусу или образованию. Они боятся любви и брака и хотят установить положение, в котором их партнер будет относиться к ним с уважением.

Дружба и сфера деятельности

Одним из путей, в котором может развиваться социальный интерес, является дружба. В дружбе мы учимся смотреть глазами другого человека, слушать его ушами и чувствовать его сердцем. Если ребенка расстраивают, если за ним всегда наблюдают и охраняют, если он растет в изоляции без товарищей и друзей, у него не развивается способность идентифицировать себя с другим человеком. Он всегда думает о себе как о самом важном в мире и хочет обеспечить собственное благополучие. Воспитание в дружбе — это подготовка к браку. Игры могли бы быть полезны, если бы они проходили во взаимодействии, но в играх детей часто можно обнаружить лишь конкуренцию и желание превосходить. Очень полезно создавать ситуации, в которых двое детей работают вместе, учатся вместе и познают мир вместе. Я полагаю, что нам не следует недооценивать танцы. Танцы являются видом деятельности, в котором двое людей вынуждены выполнить общее задание, и я думаю, что полезно воспитывать детей в танцах. Я вовсе не имею в виду те танцы, что мы имеем сегодня, в которых больше шоу, чем исполнения общей задачи. Тем не менее, если бы у нас были простые и легкие танцы для детей, это стало бы огромным подспорьем для их развития.

Следующая проблема, которая также помогает раскрыть нам подготовку к браку, — это проблема трудовой деятельности. Сегодня решение этой проблемы поставлено на первое место до решения проблемы любви и брака. Один из партнеров или они оба должны работать, чтобы заработать средства к существованию и поддерживать семью. И становится понятным, что правильная подготовка к браку включает в себя также и правильную подготовку к трудовой деятельности.

Ухаживание и сексуальная привлекательность [41]

Мы всегда можем найти нужную степень мужества и возможности сотрудничать в подходе к противоположному полу. Каждая личность имеет свой особенный подход, свой характерный темп и темперамент в ухаживании; это всегда соответствует его образу жизни. Данный любовный темперамент показывает нам, уверен и демократичен ли он, и говорит ли «да» будущему человечества; или он зациклен только на собственной персоне, страдает от страха перед публикой и терзает себя вопросами: «Как я выгляжу?», «Что они думают обо мне?». Человек может быть медленным и осторожным в ухаживании или поспешным и опрометчивым; в любом случае его любовный темперамент соответствует его цели и стилю жизни и является одним из его выражений. Мы не можем судить о готовности человека к браку исключительно по манере его ухаживания, ведь здесь он ставит перед собой прямую цель, а в других случаях он может быть нерешительным. Тем не менее, это позволяет составить точные приметы его личности.

В наших современных условиях (и только в них) считается, что мужчина должен первым выражать свои чувства, что мужчина должен сделать первый шаг. Поскольку это общественное мнение существует, следовательно, необходимо готовить мальчиков к мужскому подходу — брать инициативу на себя, не сомневаться и не искать пути к отступлению. Они могут быть подготовленными, тем не менее, если только почувствуют себя частью всей социальной системы и примут ее преимущества и недостатки как свои собственные. Конечно, девушки и женщины также занимаются ухаживанием, они также берут инициативу в свои руки, но в существующих условиях они чувствуют себя обязанными быть более сдержанными, и их ухаживание выражается во всем их внешнем облике, в умении одеваться, смотреть, говорить и слушать. Мужской подход, следовательно, может быть назван более примитивным и поверхностным, женский — более глубоким и сложным. Сексуальное влечение должно всегда формироваться с учетом желания человеческого благополучия. Если партнеры действительно заинтересованы друг в друге, у них никогда не возникнет проблемы затухания сексуального влечения. Эта проблема всегда означает отсутствие интереса; она сообщает нам о том, что человек больше не чувствует равноправия, дружбы и согласованности с партнером и не желает больше содействовать обогащению его жизни.

Иногда люди могут думать, что интерес продолжает присутствовать, но влечение исчезло. Это всегда неверно. Временами уста наши лгут, голова отказывается понимать, но движения тела всегда выдают правду. Если эти движения скованы, то все говорит о том, что между партнерами нет больше истинного согласия. Они потеряли друг к другу всякий интерес. По крайней мере, один из них не желает больше решать проблему любви и брака и ищет пути к бегству.

В определенном смысле сексуальное влечение у людей отличается от других живых существ. Оно продолжительно. Это еще один путь, который гарантирует благополучие и продолжение рода человеческого. Это путь, посредством которого человечество может увеличиваться, становиться многочисленным и обеспечить себе благосостояние и выживание. У других живых существ сохранение рода достигается другими способами. Известно, что множество самок в природе откладывают очень большое количество яиц, но не все из них достигают зрелости. Многие из них теряются или уничтожаются, но огромное их количество гарантирует, что некоторые обязательно выживут.

То же и с людьми. Один из способов выживания — это иметь детей. В связи с этим мы обнаружим, что в проблеме любви и брака те люди, которые действительно заинтересованы в благополучии человечества, скорее всего обзаведутся детьми; а те, кто, осознанно или нет, не заинтересован в ближних, отказываются от бремени производства потомства. Если они постоянно требуют и чего-то ожидают от других, ничего не отдавая взамен, то это означает, что они не любят детей. Их интересует только собственная персона, а в детях они видят лишь одни хлопоты, беспокойство, неприятности, то, что не дает им следовать своим интересам. Поэтому мы можем сказать, что для полного решения проблемы любви и брака намерение иметь детей просто необходимо. Хороший брак — это, как мы знаем, лучший способ для воспитания будущего поколения, и институт всегда должен иметь это в виду.

О единобрачии [42]

Решением проблемы любви и брака в нашей бытовой и социальной жизни является единобрачие. Любой, кто начинает отношения, требующие глубокой преданности, заинтересованности в другом человеке, не сможет расшатать фундамента этих отношений и искать пути к отступлению.

Урок ориентации

Мы знаем, что есть вероятность того, что взаимоотношения могут дать «трещину». К сожалению, мы не всегда можем этого избежать. Но будет намного легче это сделать, если рассматривать любовь и брак как стоящую перед нами социальную задачу, которую нам предстоит решить. Тогда мы испробуем любое средство для ее разрешения. «Трещины» возникают из-за того, что партнеры не объединяют своих усилий. Они не создают брачные отношения, они только хотят от этого что-нибудь получить. И если они в таком настроении сталкиваются с данной проблемой, то, естественно, их ожидает неудача. Ошибочно рассматривать любовь и брак в виде некоего рая; также ошибочно усматривать в браке финал любовной истории. Когда два человека женятся, с этого момента создаются возможности для их взаимодействия; в течение совместной жизни они не раз столкнутся с настоящими жизненными проблемами и с реальной возможностью творить на благо общества.

Вторая точка зрения, которая рассматривает брак как финал взаимоотношений, как конечную цель, слишком часто встречается в нашем обществе. Это можно увидеть, например, в большинстве романов, в которых автор оставляет нас наедине с мужчиной и женщиной, только что поженившимися и по сути находящимися в самом начале своей совместной жизни. Тем не менее, ситуация представлена так, словно брак сам благополучно разрешил все проблемы и словно наши герои стоят перед завершением своей задачи.

Необходимо понять такой важный момент, что любовь сама по себе не может утрясти все проблемы. Существуют разные виды любви, и лучше полагаться на труд, на интерес, на взаимодействие, чтобы решать возникающие проблемы брака.

В целом в отношениях между людьми нет ничего сверхъестественного. Отношение каждого человека к браку — это лишь один из способов выражения его образа жизни. И мы сможем понять это только в том случае, если хорошо узнаем человека, не раньше. Его образ жизни связан со всеми его попытками и целями. Тогда мы сможем выяснить, почему так много людей ищут покоя и освобождения от брачных уз. Я могу назвать точное количество людей, имеющих подобный подход: это все те, которые и во взрослой жизни остаются избалованными детьми.

Это опасный для общества тип людей: эти повзрослевшие избалованные дети, у которых уже в четыре-пять лет сформировался собственный образ жизни и которыми всегда владеет апперцепция: «Могу ли я получить все, что захочу?». Если они не получают всего того, чего желают, они начинают думать, что их жизнь бессмысленна. Какая польза от жизни, спрашивают они себя, если я не могу получить то, что хочу. Они становятся пессимистами, у них «мертворожденные желания». Они доводят себя до болезни и нервного срыва, и свой ошибочный образ жизни возводят до жизненной философии. Они думают, что их ложные идеи уникальны и чрезвычайно важны. Им кажется, что из-за происков мира они вынуждены подавлять свои побуждения и чувства. Так уж их воспитали.

В свое время они жили в благоприятных условиях, получая все, что хотели; некоторые из них, возможно, до сих пор чувствуют, что долгими стенаниями, протестами и отказом от сотрудничества они добьются исполнения своих желаний. Их не интересует, что происходит в жизни, они заняты только своими личными интересами.

Результатом является то, что они не желают ничем делиться, всегда хотят легко все получать и не терпят ни в чем отказа; как следствие, им нужен пробный брак или брак на короткое время, им по душе браки по расчету, фиктивные браки, разводы без хлопот; в самом начале супружества они требуют для себя свободы и права на измену. Однако если человек действительно заинтересован в другом, это должно быть видно во всех его проявлениях; он должен быть честным и хорошим другом; он должен чувствовать свою ответственность, он должен стать преданным и надежным. Я считаю, что по крайней мере тому, кто не сумел достичь подобной любви или подобных супружеских отношений, следует понять, что в -этом случае его жизнь ущербна.

Также необходимо заботиться о благополучии своих детей. Но если брак основан на тех условиях, о которых было сказано выше, то в воспитании детей могут возникнуть огромные трудности. Если родители ссорятся и легко смотрят на брак, если они не понимают, что проблемы брака всегда можно разрешить, а отношения могут успешно продолжаться, то это не самая благоприятная ситуация, чтобы помочь детям стать социально развитыми.

Неподходящие цели и подходы

Вероятно, существуют причины, в силу которых людям не следует жить вместе; возможно, есть случаи, когда было бы лучше, если бы они жили раздельно. Кому же решать эту проблему? Неужели мы допустим, что ее будут решать те, у кого ложные взгляды, кто не рассматривает брак как задачу, кто заинтересован только в собственной персоне? Эти люди всегда рассматривают вопросы брака и развода в одном аспекте: «А какая из этого может быть выгода?» Это явно не те люди, которые должны решать эти проблемы.

Часто можно встретить людей, которые разводятся и женятся по несколько раз и всегда совершают одну и ту же ошибку. Кто же тогда вправе решать? Можно, вероятно, представить, что при возникших проблемах в браке именно психиатру следует решить, допускать развод или нет. Но в этом есть свои трудности. Не знаю, насколько это относится к Америке, но в Европе я обнаружил, что психиатры в большинстве своем считают благополучие человека самым важным вопросом. В связи с этим, как правило, когда к ним обращаются в подобных случаях, они советуют завести любовника или любовницу, считая это средством для решения проблемы. Я уверен, что в будущем они изменят свою позицию и перестанут давать подобные советы. Они могут предложить подобное решение только в том случае, если их не научили рассматривать проблему во всей совокупности, не показали, что они находятся во взаимосвязи с другими жизненными проблемами, и именно на эту взаимосвязь мне и хотелось бы обратить ваше внимание.

Похожая ошибка совершается тогда, когда люди рассматривают брак как средство для решения личных проблем. Здесь я опять не могу судить об Америке, но я знаю, что в Европе, если юноша или девушка становятся неврастеником, психиатры часто советуют завести пассию и начать сексуальные взаимоотношения. Они советуют то же самое и взрослым. Такой подход в действительности превращает любовь и брак в медицинский препарат, выписываемый по рецепту, и эти люди непременно много потеряют, если им воспользуются.

Правильное решение проблемы любви и брака заключается в полной самореализации личности. В жизни нет проблемы более тесно связанной со счастьем и верной и полезной стороной жизни, чем эта. Мы не можем считать это второстепенным.

Мы не можем смотреть на любовь и брак как на средство от преступности, алкоголизма или невроза. Неврастеник нуждается в правильном лечении, прежде чем станет готовым к вступлению в брак, и если он вступает в эти отношения до того, как становится способным правильно воспринимать их, ему придется столкнуться с новыми опасностями и крушениями. Брак является настолько высоким идеалом, и решение этой задачи требует настолько много сил и творческой активности, что не следует отягощать его новым дополнительным бременем.

Бывают и другие случаи, когда в брак вступают с неподходящими намерениями. Некоторые люди женятся ради экономической стабильности, или из жалости к партнеру, или же чтобы сэкономить на служанке. Для подобных необоснованных причин нет места в браке. Я даже знал случаи, когда люди вступали в брак, чтобы намеренно увеличить свои проблемы. Молодой человек, возможно, испытывает трудности из-за своих экзаменов или будущей карьеры. Он чувствует, что может очень легко провалиться, и в этом случае ему будет необходимо оправдание. Он взваливает на себя дополнительную проблему, связанную с женитьбой, чтобы таким образом впоследствии иметь для себя алиби.

Я уверен, что мы не должны недооценивать или уменьшать значение этой проблемы, и мы должны поставить ее на более высоком уровне. Судя по многим исповедям, которые мне довелось услышать, в основном всегда все тяготы брака лежат на женщине. Несомненно, у мужчин в нашем обществе более легкая жизнь. Это является ошибкой в нашем общем подходе к проблеме. И ее не преодолеть только личным бунтом. Особенно в самих брачных отношениях бунт одного из супругов расстраивает социальные отношения и вмешивается в интересы партнера. Это может быть преодолено только путем осознания и изменения всего отношения нашего общества к данной проблеме.

Моя ученица,{tip Мэри И. Рэйси (Marie I. Rasey) (1887—1957) — профессор по педагогической психологии Вейнского университета Детройта, обучалась у Адлера в Вене в течение лета 1928 и лета 1929 годов. Рэйси отмечает (1947): «Данные были получены по результатам ответа на вопрос «Если бы у вас было волшебное кольцо и вы могли стать, кем хотите, остались бы вы таким, какой вы есть, или хотели бы все-таки поменять свой пол?». Ответы были следующими. (Заметьте уменьшение показателей неудовлетворенности своим полом на протяжении нескольких лет.)}профессор Рэйси из Детройта{/tip}, провела исследование и обнаружила, что 42 % девочек, которых она опросила, хотели бы быть мальчиками; это означает, что они были разочарованы своим полом. Могут ли быть легко решаемы проблемы любви и брака, когда половина человечества разочарована, обескуражена и не согласна со своим положением, возражает против большей свободы другой половины? Могут ли они быть легко решаемы, если женщины всегда ожидают к себе пренебрежения, уверили себя, что они являются лишь сексуальным объектом для мужчин, когда считают естественным для мужчины иметь несколько жен и быть неверными?

  1924 Июнь 1939 Ноябрь 1939
  N = 6000 N = 2000 N = 2000
  Мальчики Девочки Мальчики Девочки Мальчики Девочки
Остаться таким 100% 62% 99% 72% 95% 75%
Изменить пол 0% 38 % 1 % 28% 5% 25%

Вывод

Из всего сказанного мы можем сделать простой, очевидный и полезный вывод. Люди по своей природе не склонны ни к моногамии, ни к полигамии. Но если осознать то, что мы живем на этой планете в сообществе с остальными людьми, равными нам, что мы делимся на два противоположных пола, что мы должны решить те три жизненные проблемы, которые ставят перед нами соответствующие обстоятельства, то это поможет нам понять, что наиболее всестороннее развитие личности в любви и браке может быть достигнуто путем моногамии.

Письмо дочери по случаю ее замужества

(Письмо Адлера, в котором он поздравляет свою старшую дочь Валентину и ее мужа по случаю их бракосочетания, по существу, может служить кратким изложением данной главы. Письмо Адлера взято из биографии Адлера, написанной Филисом Боттомом (1957). С трогательной теплотой в первой части письма излагаются собственные рекомендации Адлера, как добиться успеха в браке. Вторая часть показывает отцовскую заботу по вопросам практического характера, которую мы не посчитали уместным приводить здесь.)

Дорогая Валя и дорогой Джордж!

Я шлю вам самые нежные пожелания, обнимаю и от -всей души поздравляю вас. Мои мысли всегда с вами.

Не забывайте, что жизнь в браке — это задача, над которой оба вы должны работать, и работать с радостью.

Помните, что моногамная форма жизни представляет собой красивейший цветок сексуальной культуры.

Я прошу вас взять на себя мужественное намерение думать больше друг о друге, чем о себе, и всегда пытаться жить таким образом, чтобы сделать жизнь другого легче и прекрасней.

Не позволяйте себе поставить другого в подчиненное положение. Никто не сможет вынести такого положения. Никому не позволяйте оказывать влияние на формирование ваших брачных отношений. Дружите только с теми людьми, которые питают к вам обоим искреннюю привязанность...

Ссылки на работы Адлера:
  1. Миф о женской неполноценности // Menschenkenntnis. Leipzig; Hirzel, 1927.
  2. Разделение труда и половой диморфизм // Там же, р.95—97.
  3. Мужское господство. Р. 97—100.
  4. Взгляд на женскую неполноценность. Р. 103—107.
  5. Мальчики. Р. 98—103.
  6. Девочки. Р. 103, 105—107.
  7. Протест против женской доли. Р. 107—111.
  8. Данные типы женщин в качестве матери. Р. 110—111.
  9. О женщинах зрелого возраста. Р. 116—117.
  10. Случай из практики. Р. 111 —116.
  11. Средства по исправлению. Р. 117—121.
  12. Заключение // Soziale Einflusse in der Kinderstube. 1914, p. 482— 483.
  13. Приложение: Проблема преждевременного прерывания беременности // Liebesbeziehungen und deren storungen. Vienna, Leipzig: Moritz Perles, 1926.
  14. Мужскойпротест // Der psychische Hermaphroditismus im Leben und in der Neurose. 1910, p.74—83.
  15. Zwei Traume einer Prostituierten // Zeitschrift fur Sexual- : wisseschaft, 1908, 1, pp. 103—106.
  16. Studie uber Minderwertigkeit von Organen. Vienna: Urban und Schwarzenberg, 1907.
  17. Der Aggressionstrieb im Leben und in der Neurose. Fortschritte der Medizin, 1908, 26, 277—284.
  18. Противоречиваяапперцепцияисложившиесяпротиворечия // Uber den nervosen Charakter: Grundzuge einer vergleichenden Individual-Psychologic und Psychotherapie. 1912, pp. 246—250.
  19. Der psychische Hermaphroditismus im Leben und in der Neurose. 1910.
  20. КритикатеориилибидоФрейда // Uber den nervosen Charakter: Grundzuge einer vergleichenden Individual-Psychologic und Psychotherapie. 1912, pp. 2—5.
  21. Сексуальностьвсостоянииневроза // Die Rolle der Sexualitat in der Neurose, 1911.
  22. РецензиянаработуЮнга «Оконфликтахвдушеребенка» // Review of С. G. Jung, «Ueber Konflikte der kindlichen Seele». — Zentralblatt fur psuchoanalyse, 1910, 1, p.122—123.
  23. Случай из практики о сексуальности как выражении устремлений индивида // Die Rolle der Sexualitat in der Neurose, 1911, p.95—100.
  24. Критикасдерживаниячувств // Verdrangung und mannlicher Protest: ihre Rolle und Bedeutung fur die neurotische Dynamik. 1911, p.60—67.
  25. Осклонностяхневрастеника // Uber neurotische Disposition: zugleich ein Beitrag zur Atiology und zur Frage der Neurosenwahl. — Jahrbuch fur Psychoanalyse und psychopatalogischeForschung. 1909, 1, 526—545.
  26. Оструктуреневроза // Uber den nervosen Charakter: Grundzuge einer vergleichenden Individual-Psychologic und Psychotherapie. Wiesbaden: Bergman, 1912.
  27. Случайизпрактикиосексуальности (продолжение) // Verdrangung und mannlicher Protest: ihre Rolle und Bedeutung fur die neurotische Dynamik. 1911.
  28. Развитиесексуально-половойфункции // The sexual function, Individual Psychology Bulletin. 1945, 4, pp. 99— 102.
  29. Выражениестиляжизни // The science of living. New York: Greenberg. 1929, p. 125—126, 128, 129—130. .:
  30. Отношениеженщинксексуальности // Psychische Einstellung der Frau zum Sexualleben. Handbuch der normalen und Patologischen Physiologic, 1926. Vol.14 (1), p.802—807.
  31. Мужскоепсихосексуальноеотношение // Psychosexuelle Haltung des Marines. Handbuch der normalen und Patologischen Physiologie, 1926. Vol.14 (1), p. 808-812.
  32. Половоевоспитание. The education of children. New York: Greenberg. 1930, p. 221—226.
  33. Феноменполовогосозревания // Pubertatserscheinungen, Handbuch der normalen und pathologischen Physiologie. Berlin Springer. 1926, p.85—89.
  34. Любовькакжизненнаяпроблема. Liebesbeziehungen und deren storungen. Vienna, Leipzig: Moritz Perles, 1926, p. 3—9.
  35. Разлад в любовных отношениях // Там же, р.9—18.
  36. Неординарность ситуации,связанная с творческой личностью. Р.18-21.
  37. Трудности в любовных взаимоотношениях. Р. 21—23.
  38. Осознаниезадачибрака // What life should mean to you. Boston: Little, Brown. 1931, p.263—268.
  39. Воспитание и формирование умений // Там же, р. 268—272.
  40. Хорошая и плохая подготовка к браку. Р. 272—278.
  41. Ухаживание и сексуальная привлекательность. Р. 278—280.
  42. О единобрачии. Р. 280—286.
 
Научное издание
Альфред Адлер
Воспитание детей. Взаимодействие полов.
Художник Т. Неклюдова
Художественное оформление Г. Нечитайло
Корректоры: Г. Бибикова, Н. Передистый
Лицензия ЛР № 065194 от 2 июня 1997 г. Сдано в набор 22.04.98. Подписано в печать 30.07.98.
Формат 84x108/32. Бум. офсетная.
Гарнитура CG Times. Печать высокая. Усл. п. л. 21.84.
Тираж 10 000 экз. Зак. № 3064.
Издательство «Феникс» 344007, г. Ростов-на-Дону, пер. Соборный, 17
Изготовлено с готовых диапозитивов в ГУИПП «Курск» 305007, г. Курск, ул. Энгельса, 109

Если вы заметили ошибку или опечатку в тексте, выделите ее курсором и нажмите Ctrl + Enter

Не понравилась статья? Напиши нам, почему, и мы постараемся сделать наши материалы лучше!

Прочитано 1556 раз

Подписывайтесь на наши страницы в соцсетях, чтобы быть в курсе новостей:


Форма подписки:
Избранные статьи:
ноября 21, 2015

Рецензия. Практика и теория индивидуальной психологии

Альфреда Адлера вполне обоснованно считают предтечей современной гуманистической социологии и психологии, хотя его имя и его труды известны у нас гораздо в меньшей степени, чем исследования З.Фрейда и К. Юнга. У наследия Адлера странная судьба, его идеи…
декабря 22, 2015

Биография Карла Густава Юнга

Карл Густав Юнг (1875-1961) - швейцарский психолог и философ, основатель «аналитической психологии». Его учитель - основатель психоанализа Зигмунд Фрейд только приоткрыл бездну бессознательного человека, Юнг эту бездну сделал общечеловеческой. Он ввел понятие…
октября 03, 2015

Осознанные сновидения: психофизиология и феноменология

Научные исследования сна Сон – явление человеческой жизни, постоянно притягивающее внимание писателей, философов, мистиков, художников, ученых. По-настоящему глубокие, основанные на объективных методах научных исследований труды о сне стали появляться только…
июня 02, 2016
Видео 9168

Рецензия. «Бог в нейронах» в рамках Теории всего от Атена

«Мы – глобальная сеть нейрохимических реакций». «Бог в нейронах». Теория всего от Атена. Всё новые и новые открытия в области психологии и психиатрии приводят учёных к философским тупикам. Способности науки ограничены уровнем сложности измеряющих устройств и…
Избранные теги:
вверх